Вернуться в реальность

Генри тянул время, старательно флиртуя с молодой служанкой. - Генри! С твоими друзьями что-то случилось, или они уже ушли? - А? – Генри обернулся к полной женщине и изобразил на лице задумчивость. – Да, ушли, наверное. Если Со…Минсону совсем плохо стало… - Да? Какая жалость… - женщина кудахтала что-то еще, но, кажется, не имела ничего против того, что сам Генри еще никуда не ушел.

***

- Уф! Прости, Донхэ, я до этого времени долго сидел на диете, и так много еды, как сегодня, съесть не могу… Донхэ зевнул, прислонившись в тени возле небольшого строения известного назначения и прошептал в ответ: - Ладно, так даже лучше, пойдём искать. - Ага, разделимся… Территория этого двора была действительно большой. Даже несколько больше, чем предыдущие территории. Кем же была семья, живущая здесь, если дом был настолько огромен и, судя по всему, кому-то сходили с рук любые прихоти. Донхэ с Сонмином разошлись в разные стороны, Мин пошел в сторону жилых строений, а Донхэ пошел выяснять назначение других небольших зданий. Помимо складских, разумеется. Такое количество адреналина Сонмин не получал уже довольно давно. Все крутые аттракционы мира ничто по сравнению с тем, что он сейчас испытывал. Было чертовски страшно. Страшно, что его поймают, что его узнают, что его убьют, в конце концов. А еще страшнее было возвращаться назад ни с чем. Конечно, можно было бы отбить кота боем, но его для этого нужно было сначала найти. Итук, кстати, перед самым выходом вручил Сонмину черные с золотым узором нунчаки, выдыхая что-то о том, что думал, что его самого никогда не найдут в завалах Канина. Как Итук узнал, что он вообще умеет ими пользоваться, Сонмин решил не думать на тот момент, а теперь снова червячок сомнений тихо грыз его сознание, а нунчаки были надежно спрятан у голени под штанами. - Минсон! Это был как раз один из тех моментов, которые он бы хотел пережить меньше всего. Парень застыл на месте, слыша уже знакомый голос «тёти Ынджи» - фанатки его нового образа. – Я думала, вы с другом уже ушли. - Я-я-я… - Мин заикался уже исключительно самостоятельно, то есть, не притворяясь. Его прошиб холодный пот, потому что он выплюнул орехи еще возле заветной дверцы, и они лежали в кармане за поясом. – Д-д-дон-н-нхэ у-у-у-шёл, е-е-е-ещё д-д-д-дав-н-н-но. А я с-с-с-сей-час за-за-за… - Заблудился? – у женщины наконец-то кончилось терпение, чтобы его выслушивать, а Мин кивнул. В голове как назло не было ни одного даже самого дурацкого плана побега от любвеобильной женщины. – Ах, бедненький! – снова запричитала она и опять потрепала Мина за щечки и крепко обняла. – Оставайся на ночь здесь! Уже темно, а одну ночь лишний рот никто не заметит. Ну и поможешь, если что. Ты только не разговаривай ни с кем… Женщина продолжила что-то тараторить, уводя Мина в сторону здания прислуги. Сонмин увидел тень во дворе и показал Донхэ большой палец. Как ему показалось, это даже удобнее. Спустя час уговоров скушать хоть что-нибудь, эта неуёмная женщина решила отправить Мина со сладостями к разбушевавшейся в очередной раз госпоже. На него одели фартук прислуги и объяснили куда идти, затем Ынджа от души поцеловала в лоб и ущипнула за задницу. Увы, вытереться или потереть ущемленное сильными женскими пальцами самолюбие не было никакой возможности – поднос со сладостями был очень большой и тяжелый. Так что Мин, перехватив поднос поудобнее и прихрамывая(для конспирации), отправился по указанному адресу. Охранник у двери в одном из коридоров хозяйского дома скептично осмотрел новоявленную прислугу, на что парень посильнее свел глаза к переносице и улыбнулся. Охранник хмыкнул и пропустил парня с блюдом в покои. Это действительно были покои. Большая комната, полностью завешенная разными тканями различной плотности. На полу лежали мягкие ковры, и везде были раскиданы подушки разных размеров и пуфики. По центру стояла большая кровать с балдахином, а в углу достаточно широкий туалетный столик. Сбоку виднелась небольшая дверь, скорее всего, в личную купальню, а за противоположной стеной, наверняка, скрывалась гардеробная. Как только Мин водрузил огромное блюдо на низенький столик, следом влетел тайфун в цветастых шелках. Сонмин видел женщин аджари на улицах города и в селеньях по пути сюда, и они отличались от привычных Мину людей только наличием хвоста. Но если встреченное женское население было одето довольно скромно, или же удобно, они позволяли выполнять элементарные действия, то сейчас представшее перед ним создание напоминало модель какого-нибудь выкидыша «великого» кутюрье так называемой «высокой моды». Вроде бы и красиво, но странно и ни разу неудобно. - Наглый кот! – возмущалась девушка, именуемая «госпожой». Она ходила из стороны в сторону и наличие кого-то еще в комнате ее не смущало. – То есть «если я был с тобой вежливым, то это ничего не значит!» - дразнила кого-то она, - Я! ЯЯЯ! Обратила на тебя свое внимание! А это значит абсолютно все! А он еще от валерьянки никак не отойдет! Представляешь, - непонятно с чего, но вдруг она обратилась к оцепеневшему Мину, беря с блюда пирожное, - отказать мне! Мне! Даже под валерьянкой! Девушка кинула в Сонмина надкушенную сладость и заплакала, уткнувшись в подушки. Ммм-да… - не любил он, когда девушки плачут, даже если они конченные стервы. - И-и-и-зв-вините, - Мин вовремя вспомнил про конспирацию, - я-я-я н-н-н-новенький, м-м-моо… Девушка шмыгнула носом, взяла вторую пироженку и выдала: - Да делай что хочешь! Завтра гипноз сделает своё дело, и у меня будет свой ручной кот! Вариантов у него уже больше не будет! Я даже имя новое придумала. Будет отзывать на Момо. Мин в смиренном поклоне прохромал лунной походкой к двери. - Что ты вообще тут забыл? Вон отсюда! - в Сонмина полетела еще одна недоеденная сладость, когда он выскочил за дверь. Охранник сочувственно хмыкнул, но быстро вернул лицу равнодушное выражение. Кота нужно вытаскивать отсюда сегодня, это совершенно ясно, но как его найти… Мина посетила одна идея. - Г-г-г-гос-п-п-по-д-ди… - Да. Что надо? – не выдержал охранник такого старательного заикания Мина. - Г-г-г-г-гос-п-п-по… - Госпожа? Мин кивнул. - П-п-п-по-по-по-п-п-про…. - Попросила? Кивок. Ах, черт, надо было сказать «приказала»… - П-п-п-…. - Великий волк, да ЧТО? Мин показал на дверь, мол «сам пойди и узнай», на что охранник отрицательно помахал головой и глубоко вздохнул. - П-п-п-п-пе-пе-р-р-р… - Передать? В общем, Мин промучил охранника около получаса, в итоге выдуманное послание выглядело как «госпожа просила передать своему гостю вот эту (Мин прикрыл надкушенную сторону пирожного) сладость» Но Сонмин новенький, и он не знает, куда именно ему идти. В конце этой беседы охранник уже с дергающимся глазом, и сам от души заикаясь, объяснил Мину, куда идти и написал записку, поскольку таких мучений, которые он испытал в течение этого получаса, он не пожелал бы и врагу. Мин с трудом сохранял спокойное выражение лица, он-то думал, что это трюк ему не удастся провернуть. Осталось надеяться только на такую же доверчивость и других охранников. Размышляя об этом, он пришел к нужному зданию и спустился в нужный коридор, находящийся в полуподвале. Здесь было значительно прохладнее, чем в доме, и только у одних дверей стояли два сонных охранника. - Что, правда заикаешься? – скептично хмыкнул верзила, которому была вручена записка. Мин кивнул. – А ну-ка, скажи, как тебя зовут и кто тебя послал сюда. Ну ладно… - М-м-м-ме-ме-ме-ме-н-ня з-з-з-зо-зо-зо-зовут М-м-м-м-ми-ми-ми-ми… - Да чёрт с ним, с его именем, пусть идет, я спать хочу, – прочитав записку, второй охранник остановил Мина и открыл дверь. Сам Мин, наверное, уже и не выдержал бы повторения клоунады. Пока он искал нужное помещение, он долго думал, что же будет делать, когда все-таки найдет своего двойника. В голову кроме одного-единственного варианта ничего не шло. Он зашел в комнату и осмотрелся. У стены стояла кровать с невысоким матрасом, а в углу было отхожее место. На этом весь интерьер комнаты, увы, заканчивался. На кровати лежал парень со светлыми волосами и связанными за спиной руками. Ниже поясницы из нужного отверстия в штанах из стороны в сторону слабо двигался светлый в светло-серую полосочку хвост. - Ну ничего себе, - выдохнул Мин, а лежащий на постели кот вдруг повернул голову и оторопел. - Ты кто? - Эй, шепелявый, - охраннику, видимо, казалось, что заикающихся людей называют именно так, - ты чего там застрял? Покорми и вали отсюда. Мин быстро сообразил, что нужно потянуть время. - В-во-в-в-во-во-во-д-ды. - Воды? Тебе там плохо, что ли? – впал в недоумение охранник. - Н-н-н-неа, – за дверью раздался раздраженный вздох охранника. - Е-е-е-ему. - Парень, держи, только не разговаривай с нами больше, - через окошко в двери была просунута фляга с водой. Убедившись, что окошечко плотно закрыто, Сонмин приложил палец к губам, призывая кота к тишине. - Ты - аджари, - шептал пораженный кот, его зрачки были расширены, должно быть, комната периодически окуривалась нужными травами, - но выглядишь так же... - Тебе лучше съесть это, - ответил Мин, стараясь сосредоточиться на том, зачем он пришел, и атакуя пальцами мягкие ремни на запястьях кота. Можно было бы их и разрезать засапожным ножом, но он подумал, что они могут и пригодиться. Когда руки хвостатого блондина были освобождены, и он принялся за еду, Сонмин снял с себя верхнюю куртку и фартук прислуги. - Все просто, если я верну тебя, то я сам смогу вернуться домой. – с этими словами Мин снял с себя парик и понял, что когда удивляется, действительно выглядит мило. Он похлопал себя по карманам в поисках чего-то острого, но, вспомнив о ноже, начал ковырять замок на ошейнике кота тонким кинжалом. - Снимай свою куртку и надевай мою… так... надо чем-то прижать уши… - Не надо ничем прижимать, я так могу долго ходить – белый кот прижал уши к голове, и теперь Сонмин спокойно мог надеть на того парик. Сонмин скрупулезно заткнул блондинистые волосы под парик и теперь продолжал давать инструкции, одевая на кота фартук прислуги. - Будешь выходить – хромай на правую ногу и непременно сильно заикайся и шепелявь. Если к тебе кто-то обратится. Тете Ындже лучше не попадайся, во дворе найдешь Донхэ… или он тебя, скорее найдет. Я не могу спрятать твой хвост, поэтому прекрати волноваться и не размахивай им. Да, завтра придет гипнотизер, поэтому мы не можем ждать до завтра, чтобы тебя вытащить. Пойдешь сейчас. Если кто-то поднимет тебе челку, своди глаза к переносице. Закончив монолог и маскировку, Сонмин вручил коту фляжку и развернул к двери. Кот колебался. Скорее всего, пары валерианы действовали на него, но ему должно стать легче на воздухе. Все-таки я сильно торможу, когда что-то идет не по плану… - Стой! – Сонмин у двери догнал кота. Выплюнул изо рта пресловутые орехи и протянул коту. Сонмин-кот скривился, но после секундного колебания засунул орехи за щеки. - Все. Поцелуешь от меня Хичоля. Когда кот скрылся за дверьми, и вполне натурально прозаикался, благодаря охранников, Сонмин выдохнул. - Фух, а теперь можно и подумать, как самому отсюда вылезать. Чертова трава, она и на меня дюже успокаивающе действует… Мин надел чужую верхнюю куртку – грязную и изрядно пахнущую замечательной смесью пота и травы, приложил к шее ошейник – замок замечательно сломан, но если сильно не шевелиться, то есть иллюзия, что Мин действительно прикован. Ошейник, кстати, был с внутренней стороны обит кожей, чтобы кот оставался в товарном виде – не все же заказчики извращенцы. Почему он это сделал? Поменялся с котом местами? Все просто, прорваться боем было бы опасно и вряд ли результативно, а вернется ли он домой, никто ему так и не сказал. Скорее всего, всем просто все равно, вернется ли он, всем главное вернуть своего любимого котенка. Но как можно обижаться, по сути, на самого себя? Мин был действительно поражен встретить сам себя буквально нос к носу… он лежал на матрасе, смотрел на маленькое зарешеченное окошко под потолком, и глаза закрывались, сдаваясь без боя успокаивающим нервную систему парам смеси из трав…

***

Темный густой туман в голове потихоньку рассеивался. Хичоль вдруг осознал, что лежит где-то на чем-то мягком, а руки просто сводит, потому что он лежит, а они связаны сзади. Голова была тяжелая, хотелось выругаться, но язык все еще не слушался. Поэтому Хи последующие пару часов развлекал себя тем, что заставлял свой язык шевелиться – выругнется он вслух или все еще мысленно. Когда все же язык начал слушаться, Хичоль перешел к другим частям тела, осознавая, что вот как раз с этим все идет гораздо успешнее. Он смог сесть, из-за чего у него возникло ощущение, что все, что было в его черепной коробке, просто прилипло к правой стороне и пыталось вытечь через ухо все это время. Поэтому Хичоль завалился на левый бок, анализируя практически каждую клеточку тела. Его не ранили, разве что пара синяков ему обеспечена, но даже ошейник на шее обит мягкой кожей. За дверьми его темницы какой-то шум, похожий на звуки борьбы, но это кота как раз не беспокоило абсолютно. Какая разница, если у всех онран одна судьба – в чью-то постель. - Надо отсюда выбираться, – Хичоль наконец-то встал на ноги и потянулся, насколько это позволяли связанные за спиной запястья. Он проверил длину поводка – цепь от ошейника была прикреплена к кольцу под потолком – даже с несвязанными руками было бы тяжело туда добраться. Шум драки за дверью стих, красный кот сильно напрягся, когда дверь открылась, и прошипел. - Не подходи! Не подходи, я тебе сказал! В комнату вошел высокий мужчина в одежде аджари, он вынес из комнаты маленькую курильницу, откуда шел тонкий дымок, и вернулся, уже медленно подходя к коту, подняв руки в успокаивающем жесте. - Щщщ… - как будто пытается успокоить маленького капризного ребенка, начал аджари. – Не дергайся. - Я сказал! НЕ! ПОДХОДИ! - Хи резко подпрыгнул в попытке дотянуться в прыжке пяткой до подбородка слишком близко подошедшего незваного гостя. Гость вовремя отпрянул, а связанная тушка красного кота упала на пол, удерживаемая крепким поводком-цепью на ошейнике. - Уйди! По крайней мере, в сознании я вам не дамся, – Хичоль изо всех сил пытался дотянуться до мужчины, чтобы хоть как-то выпустить собственный гнев. – Я не хочу ОПЯТЬ это переживать, лучше убейте сразу! – сознание почти прояснилось до конца, но перед глазами то и дело плавали цветные пятна, а глаза застилали слезы. Аджари все пытался успокоить Хичоля на расстоянии, но у него не выходило. – Я должен найти котёнка. С ним должно быть все хорошо! Сейчас, когда его любимые котята его не видели, Хичоль наконец-то дал волю чувствам, ведь все время с момента пропажи Сонмина он держался так, как будто все под контролем. А сейчас все даже выглядеть под контролем не могло. В ответ на очередную попытку подойти, Хичоль сначала маленькими незаметными шажками отходил назад, чтобы длина поводка все же дала ему шанс что-то сделать, и теперь от души боднул головой вперед, сбивая с ног аджари. Даже зная, что может прибежать охрана, и тогда коту точно не поздоровится, им нужен сговорчивый товар. Аджари потерял равновесие и упал, и пока кот пытался отпинать того ногами, волк схватил Хичоля за лодыжку, и на это раз потерял равновесие уже онран. Хичоль должен был удариться затылком, но что-то теплое на голове смягчило уадр, а внезапные крепкие объятия не дали снова подскочить для продолжения борьбы. - Щщщ… - эти объятия начали убаюкивающие движения, - все хорошо… - Какое, к черту, хорошо? Я должен вытащить котёнка из лап одной озабоченной собаки, а вместо этого я… Иди к черту, шавка паршивая! Аджари, похоже, обладал бесконечным терпением, он никак не отреагировал на оскорбление, а лишь покрепче сжал в объятиях. - Не переживай, Сиче… Мы найдем его… - Да кто ты такой… - Хичоль уже и так бы в истерике, а теперь просто бессильно трясся в крепких и абсолютно непонятных Хичолю объятиях волка. Хичоль отказывался воспринимать реальность, он ругал себя, он ругал аджари, который его крепко держал, он матерился и иногда звал Кюхёна. - Щщщ… Сиче… тихо… Щщщ.. – волк мог только убаюкивать связанного кота, который то извивался, чтобы вырваться из объятий, то затихал и дрожал. Когда кот чуть-чуть успокоился, и долго не было попыток вырваться, аджари зарылся пальцами в рыжие волосы ХИчоля и начал мягко массировать кожу за пушистыми кошачьими ушами. - Всё будет хорошо, Сиче… - аджари периодически говорил какие-то успокаивающие фразы, но вряд ли их слышал Хичоль, хотя вот… - Стоп. Ты кто? – казалось бы, неожиданный вопрос должен был озадачить, но не этого аджари. Хичоль, видимо, решил, что самобичеваний на ближайшую неделю с него достаточно, и начал анализировать действительность. А волк же обрадовался этому. - Это я, Сиче, ты меня не помнишь? - Ты… - Хичоль вслушался в голос и попытался вспомнить, кто же его так называл. Его так называли недолго и только один человек. Кот извернулся и поднял глаза на того, в чьих объятиях он сейчас находился. – Ты? Ты! ЭТО ВСЁ ИЗ-ЗА ТЕБЯ! Хичоль подскочил из расслабленных уже объятий и кинулся вновь на мужчину в стиле привязанной бешеной обезьяны. - Ты! Если бы не ты, я бы тогда спокойно вернулся к семье, не переживая все то дерьмо, будучи ребенком! Мужчина еле успел откатиться с линии огня чужих пяток. – Прости, Сиче, прости. Единственное, чем я смог помочь, так подсыпал снотворное в еду охране, но меня заперли. В ту ночь я хотел убежать с тобой. - Ч-ч-что? П-повтори, что ты сказал? – Похоже, внутри Хичоля шла целая война, и сейчас всего пара слов решит исход внутренней битвы. - Я хотел убежать с тобой. Хичоль молчал, переваривая услышанное, и не отвечал. Этим двоим было о чем поговорить. Похоже, это было давнее, пусть и не длительное знакомство. Аджари продолжил. - Меня закрыли, я долго не мог даже показать нос из дому, но когда родители не вернулись из очередной командировки, мне пришлось взвалить дела на себя. Мне тоже было тяжело, я несколько раз порывался на твои поиски, но смог только запретить охоту на онран. Как видишь, как тогда, так и сейчас полно людей, которым плевать на запреты. - Ты… ты нынешний правитель аджарского города? - Хичоль сел на пол, сложив ноги по-турецки. Как же так, тогда он думал, что он просто богатый ребенок. Он сам был мелким и не смог пройти мимо зова о помощи – подросток упал в овраг и не мог выбраться, и, как оказалось после того, как он помог ему выбраться, неслабо заблудился. Они провели вместе три дня, семья Хичоля была последней в городе онран, и они как раз покидали его в поисках нового, когда Хань Гэна (так звали подростка-аджари) нашли его соплеменники. Красный котенок был пойман, и пока кто-то из знати наложил на молодую шкурку свои лапы, Гэн ничего не мог сделать. Спустя пару недель мучений Хичолю удалось сбежать из аджарского города (как оказалось, не без помощи спасенного). До ближайшего кошачьего города добраться ему помогли тогда Канин и Итук. - Да, – Хичоль, погрузившись в воспоминания, не сразу понял, что ему освобождают руки и снимают ошейник. – Как видишь, ликвидацией кошачьих охотников приходится заниматься лично. Хорошо, что дядя помогает с делами, иначе я бы не встретил тебя снова. Хичоль потирал запястья и растягивал затекшие мышцы. Он над чем-то размышлял, а затем фыркнул: - Хорошо. Только не думай, что я тебя так сразу простил…