Собери пазл

       Привет, мои милые Келли и Ника. Я надеюсь, вам понравился мой сюрприз в коробке? Это была не ошибка, она действительно должна была прийти именно вам. Келли, под своей кроватью ты найдёшь дневник, в котором написана загадка, на разгадку которой у вас есть только полдня. И помните, никакой помощи полиции, иначе вы получите очередную коробку. Игра началась, дорогуши.       Я что, попала в фильм «Пила», или это ярый фанат решил так пошутить? Тогда откуда он знает наши имена? Какие ещё полдня? Какой ещё дневник? Не раздумывая, я повернула обратно в сторону дома и перешла чуть ли не на бег. В моей голове проносилась куча мыслей. Надо позвонить Крису. Блин, он же коп, ему нельзя звонить. А откуда этот неизвестный узнает, что я ему звонила? Лучше не буду рисковать. Я просто влетела в квартиру, даже не соизволив разуться. Все так и сидели за столом. — Ты настолько голодная, что бегом бегала? — шутя спросил Майкл. — Все быстро собрали свои манатки и ушли отсюда. Быстро! — крикнула я и подбежала к подруге. — Келли, что с тобой случилось? — спросила та. — Просто выпроводи их, и я всё тебе расскажу, — быстро сказала я и начала просто выпихивать парней из дома.       Но тут я вспомнила, что в сообщении написано про то, что под кроватью дневник и быстро побежала туда. Дневник действительно оказался под кроватью, точнее, он больше был похож на тетрадь. Открыв его на первой странице, я увидела запись чёрными чернилами. А самое глупое было то, что там просто был набор букв.       Взяв тетрадь, я спустилась вниз и обрадовалась, что парни ушли. Ника с тревожным видом смотрела на меня и начала расспрашивать о том, что произошло. Я рассказала о сообщении, которое она перечитала раз десять вслух и начала читать ещё раз. — Тебе не надоело? Я тебе могу её уже наизусть рассказать, — зло сказала я. — Лучше давай думать, что это за буквы такие, и как они вообще нам помогут? *вот набор букв, которые там были написаны* Йрзъжг чсям мд цта шъомэд Порзцмях энщ ыр фрсия. Чсяъжг мд ъщ съыяэср Прчсяфртцуя нънмоя Ънмг ц пяоъсг л същ Цыцрм, ср ъх нрхыщм. Ылтяб, мд лшъ чсяъжг, Р фрт оъзг нъхзян цыщм. Эцыцжг ицкод эсцчл мъфнмя? Вмр тънмя ъщ нтъомц. Л мъюа ънмг памг тцслш, Прфя ыджцм ъщ ьолыг. Ънуц мд эыоль съ лнпъуя — Съ рмзяцэяхна чоа, Эъыг н мрюрх рнмясъмна Ъщ нъоиъ ц срья. — Откуда я знаю? Что это вообще за бред? Почему именно нам? — Не истери, а. Сейчас это не поможет. — Смотри, тут и цифры какие-то есть, тоже с такими же буквами, — сказала подруга, указывая на самый низ тетради.       Это кому было настолько скучно, чтобы вот так шифровать текст? И зачем? Ради забавы? Это вообще не смешно. — Слушай, Кел, давай-ка мы лучше позвоним в полицию, у них же должны в участке быть всякие эти расшифровальщики, — вдруг резко произнесла подруга и бросилась за телефоном. — Ты с ума сошла? Нам же ясно дали понять, никакой полиции, — крикнула я. — И поверь мне, я думаю, что этот загадочник не шутит.       Спросите, откуда я знаю? Да ниоткуда. Просто мне хватило одной коробки, и поэтому я не хочу получить ещё одну лишь потому, что мы обратимся в полицию. Лучше я напрягу свои извилины и попытаюсь разгадать, что за ерунда написана на этом листке. — И что ты предлагаешь, в таком случае? — Давай поедим. — Серьёзно? Поедим? Тут жизнь человека на кону, а ты о еде думаешь? — истерически прокричала подруга. — Каждый день кто-то умирает, а сейчас я не хочу умереть с голоду, — сказала я и начала снова собираться в магазин.       Да, я эгоистка. Да, это звучит очень глупо с моей стороны, но не думаю, что если я просто буду сидеть дома с голодным желудком, то это чем-то поможет. Лучше пройтись по улице, развеяться, может хоть что-то натолкнёт на мысли, и я смогу понять, как прочитать то, что там написано. — Иногда, ты меня просто убиваешь своим поведением и отношением к людям, — сказала Ника и, взяв тетрадь, пошла в сторону дивана. — Когда приду, не забудь мне объяснить, откуда в твоей сумке оказался этот странный телефон, — бросила я и вышла из квартиры, направляясь в сторону магазина.       На улице была просто ужасная погода: моросил мелкий противный дождик, ветер дул прямо в лицо, да ещё и зонт оставила дома. Я шла, полностью погрузившись в свои мысли, не замечая ни луж, ни людей, абсолютно ничего. Вся моя голова была забита мыслями об этом тексте и о сообщении. По-идее, всё должно быть слишком просто, иначе зачем загадочнику давать нам так мало времени? Но в чём же разгадка? Думай, Келли, думай. Доставая свой телефон с кармана, я начала набирать номер нашего с Никой друга детства, который так же собирался поступать с нами в Сиэтл, но решил, что слишком глуп для такого солидного университета и просто устроился официантом в небольшом пабе. — Скотти, — пропищала я в трубку. — Привет. — Келли? Я думал, ты уже совсем забыла про меня, — с обидой в голосе сказал он. — Не говори ерунду, как я тебя могу забыть. Как твои дела? Как родители? — Всё отлично. Недавно отец твой заходил навестить нас, рассказывал про то, как вы там с Николь устроились. Хоть от него я узнаю, что с вами происходит. — Ну, Скотти, ну не обижайся, ты же знаешь, что я всегда любила тебя и буду любить, — жалостливым тоном ответила я. — Ты же мне как брат, которого у меня никогда не было. — Я не обижаюсь, просто я скучаю по вам двоим. — Мы тоже по тебе скучаем и поэтому приглашаю тебя к нам. — Вот скажи честно, у вас что-то произошло, да? И вам нужна моя помощь? — Откуда ты знаешь? — Потому что просто так мне может позвонить только Ника, но не ты, — ответил он вздохнув. — И ты всегда говоришь, что любишь меня, когда тебе нужна помощь.       Приятно было знать, что твой лучший друг знает тебя так хорошо. Но капелька совести все же проснулась и действительно стало стыдно за то, что звонила ему только по делу всегда. Как и в этот раз. — Ты прав, нам нужна помощь, потому что мы в полной жопе, — вздохнула я, поражаясь, что смогла более-менее приличным словом описать ситуацию, в которую попали мы с подругой. — Ты сможешь приехать к нам? Вопрос жизни и смерти. — Когда ты так говоришь, мне действительно становится страшно, — произнес друг. — Через час буду у вас. Надеюсь, отец не заметит, что его машины нет на месте, — усмехнулся Скотт, сбрасывая вызов.       Дойдя до магазина, я купила всё, что нужно и бегом отправилась домой. Пока мы кушали, я рассказывала Нике о том, что позвонила Скотту, чтобы он нам помог. Он любит смотреть детективы, и просто помешан на них. Так что Скотт — именно тот, кто нам нужен. Тем более, ему можно доверять. Спустя четыре часа мы сидели у нас в гостиной с чашкой чая в руках и тетрадью, которая лежала на столике. Скотт перечитал сообщение около пяти раз, не меньше, и только потом открыл тетрадь. — Ну, что скажете, мистер Шерлок Холмс? — устав молчать, спросила я. — Скажу, что у вас, точнее уже у нас, осталось меньше пяти часов на разгадку, и что я понятия не имею, что здесь написано, — озадачено ответил он. — Твою мать. Мы в дерьме короче, — резко поставив чашку на пол, сказала я, отчего немного чая пролилось на ковёр.       Поднявшись с пола, я побежала в ванную, за тряпкой, а Ника со Скоттом так и смотрели в эту тетрадь. Я отчаянно понимала, что от меня там слишком мало пользы, и что время летит слишком быстро. От великого гугла тоже было мало толку, словно загадочник сам придумал эту шифровку. — Хьюз, принеси ручку или карандаш, срочно, — услышала я крик подруги.       Неужели они поняли, как это расшифровать? Неужели никто не умрёт? — Вот, держи, — протянула я Прайс ручку, которую она выхватила с такой силой, что поцарапала мне руку. — Вы что-то расшифровали? — Появилась одна идея. Вот и решили попробовать, — ответил Скотт. — Моя помощь нужна? — Пока нет. Если что, я скажу.       Скотт что-то постоянно зачёркивал на листе, потом заново дописывал, к буквам приписывал другие буквы. Мы с Никой совершенно не понимали, что он делал. Я тоже пыталась внести свой вклад в разгадку, но как-то неудачно вышло. На улице уже давно стемнело, и, только заметив, как Скотт подсвечивает на тетрадь телефоном, я додумалась включить свет. Однако казалось, будто его это совсем не волновало, он был полностью погружён в работу.       Посмотрев на время, я увидела, что уже было 23:19, а это значило, что у нас есть только сорок минут на разгадку шифра, который так и не получалось понять. Время как будто ускорилось, и от волнения мы все бросались друг на друга, и только и делали, что ругались. — Да заткнитесь вы оба, — крикнула я. — Своим руганьем мы только зря время тратим. — Так ты сама первая начинаешь кричать, — сказал Скотт, и Ника подтвердила его слова. — Который час? — 23:47, — тревожно ответила подруга.       От волнения ладони вспотели, а сердце ускорило свой ритм. Неужели загадочник и вправду убьёт невинного человека только потому, что мы не расшифровали его сообщение? В этот момент у Скотта зазвонил телефон, от звука которого я подпрыгнула. Он нервно достал его и ответил на звонок, как я поняла, это была его мама. — Да, мам. Хорошо мам. Я сейчас приеду. Да не волнуйся ты так, со мной всё хорошо, — ответил он и положил трубку. — Простите, но мне срочно нужно ехать. — Что случилось? Что-то серьёзное? — взволнованно спросила Ника. — Нет, нет, не волнуйтесь. Просто маме нужна моя помощь, вот и всё, — сказал он и начал собираться.       Только он уже начал уходить, как резко развернулся и подбежал ко мне, вырвав из рук тетрадь и начал лихорадочно писать что-то на листке. Как я успела заметить, он написал алфавит в 2 ряда, только второй ряд был в обратном порядке, то есть начинался с буквы «Я». И тут я поняла, в чём заключалась вся шифровка этого текста и начала диктовать ему буквы. В итоге получился стишок: Хочешь знать ты имя жертвы, Прочитай всё до конца Знаешь ты её недавно — Познакомила Николь. Есть и парень у неё — Идиот, но ей сойдёт. Думаю, ты уже знаешь О ком речь сейчас идёт. Видишь цифры внизу текста? Это место её смерти. У тебя есть пять минут, Пока дышит её грудь. Если ты вдруг не успела, Не отчаивайся зря, Ведь с тобой останется Её сердце и стопа. — Люси, — одновременно сказали мы с Николь. — Так, мы должны срочно туда ехать, сколько время? — 00:17, — ответил Скотт. — Нет, нет, нет, — прошептала сестра. — Не может этого быть. Это всё не правда. Нет. — Чего вы стоите, быстро езжайте по этому адресу! — прокричал Скотт, который уже был готов ехать с нами, но вспомнил про звонок матери.

      Nickelblack — If Today Was Your Last Day

      Не тратя время на переодевания, мы с Никой попрощались с другом и поехали по написанному адресу. Я давила на газ как только могла. Если бы патрульные машины нас заметили, то штрафом не отделались бы.       Почему именно Люси? Кому она могла так помешать? Хоть я знала её от силы неделю и она меня сильно раздражала, но именно она всегда разряжала обстановку суровых учебных будней. Она была словно лучиком света и позитива. Я понимала, что мы уже не успеем, что мы опоздали, но ведь надежда умирает последней.       Доехав до нужного места, мы заметили три полицейские машины, что подтвердило мои самые худшие догадки. И спрашивать не надо, что они тут делают, всё и так понятно. Рядом с одной из машин я увидела Криса и быстро побежала к нему. — Пожалуйста, скажи, что это не правда. Скажи, что здесь просто ограбили какого-то чиновника, поэтому тут так много машин, — истерически начала кричать я и бить его кулаками в грудь.       Я понимала, что он ни в чём не виноват, но я ничего не могла с собой поделать. Крис схватил меня за запястья и притянул к себе в объятия. В них было так уютно, что я просто дала волю слезам. Почему я вообще плачу? Я даже не помню, когда в последний раз так плакала. Ведь я толком даже не знала эту девушку. Но понимание того, что именно я каким-то образом причастна к её смерти, не давало мне покоя. Немного успокоившись, я подняла голову и посмотрела на Криса. — Можно я не буду рассказывать тебе, что я здесь делаю и откуда знаю про то, кого убили? — К сожалению, тебе придётся всё рассказать. Вам придётся, — сказал он, и я увидела, что Ника стоит рядом с нами, и её глаза тоже полны слёз. Ведь именно с Люси Николь познакомилась в первый день учёбы, именно Люси стала её первой подругой в этом универе. Не зная, как её утешить, я просто подошла и крепко её обняла: — Мы справимся с этим, милая. Мы со всем справимся, — как мантру начала я повторять эти слова.       Немного успокоившись, Ника отстранилась от меня и начала вытирать слёзы. Я достала тот телефон, на который нам пришло сообщение и протянула его Крису. Он сразу не понял, что делать, но посмотрел на экран, и его выражение лица сменилось с удивлённого на заинтересованное. Он пробежал глазами по сообщению и поднял голову, пристально смотря на нас: — И почему вы не позвонили? — Там же написано, чтобы мы не обращались в полицию, — ответила подруга и стыдливо опустила голову. — Вы всё равно должны были позвонить в полицию или, хотя бы, мне, — прикрикнул он, и от его крика я поёжилась. — Ты такой интересный. Если бы мы обратились в полицию, то её убили бы сразу, а так, у неё был хоть какой-то шанс, — ответила я. — Шанс? Шанс быть привязанной к горячей батарее, от которой на её руках многочисленные ожоги, и ждать вашего спасения? Шанс, из-за которого девушку похоронят в закрытом гробе, так как она потеряла сознание от боли в руках и прислонилась лицом к этой батарее? Шанс, что убийца даже не потрудился убрать её лицо от батареи, а просто вырезал несчастной девушке сердце и отрезал стопу ноги? — Я заметила, как Николь прикрыла рот руками от ужаса, отчего я почувствовала себя ещё хуже. Ведь она предлагала мне обратиться в полицию, но я как всегда решила сделать всё по-своему. — Шанс кому? Её родителям, у которых была единственная дочь? Вот о таком шансе ты говоришь? — уже не сдерживая эмоции, кричал он. — Что ты сказал? Сердце и стопа? — переспросила я и повернулась к Нике, которая стеклянным от слез взглядом смотрела то на меня, то на Криса. Я ведь думала, загадочник в переносном смысле говорил про сердце и стопу. — Да, именно так я и сказал, — ответил он. — Ты только это услышала из всего моего монолога? — Не остри, а, сейчас не место, и не время, — зло сказала я. — И не ори, ясно? Прямо сейчас мы поедем домой, а ты езжай за нами. Ты должен кое-что увидеть, — сказала я и пошла в сторону машины. — Келли, постой, — кричала Ника. — Подожди меня. — Но я не остановилась, а просто пошла к машине.       Почему-то так обидно стало от того, что он так кричал. Такое чувство, будто мы какие-то провинившиеся собаки. Я понимаю, что жизнь — это не фильм, но именно из них я поняла, что лучше не звонить в полицию, если маньяк именно так и говорит. Никто не знает, что у них на уме. Именно Крис должен был знать это лучше всех, ведь его должны были учить этому в полицейской академии. Меня просто распирало от злости, и я ничего не могла с собой поделать.       В зеркало дальнего вида я увидела полицейскую машину, ехавшую за нами. Хорошо, что хоть мигалки не включил. Припарковавшись возле нашего дома, я вылезла из машины, и пошла открывать дверь подъезда, пока Николь ждала Криса, однако в подъезд мы зашли вместе. Быстро поднявшись на наш этаж, я замерла в ступоре, а подруга запищала от увиденного.