My Sweet Prince..

Me and the dragon can chase all the pain away, So before I end my day, remember. My sweet prince, you are the one My sweet prince, you are the one..

      Я бы никогда не подумала, что я почувствую вкус жизни, когда мне станет так стыдно. Когда я начну желать настолько сильно, что противно станет даже от мысли того, что я начала желать. Видимо, не зря это слово начинается с той же буквы, что и словно "жизнь". Пока ты желаешь, ты живёшь. И кажется будто весь мир перевернётся ради того, чтобы твоё желание утешить. Да, так я думала одно время. И предполагала, что оспорить этот факт не сможет никто. У тебя есть будущее. Ты знаешь, что впереди у тебя есть всё, чтобы стать счастливым, исполнить свои идеи и замыслы.

Но Смерть. Она так не осторожна. И так внезапна...

      Хотя откуда мне знать? Я ещё живу. У меня есть руки, ноги, я вполне здорова и совсем ничего страшного, что в детстве я лишилась родителей, зато сейчас я влюблена, причём моя любовь не относится к категории "сорви голову", она осознанная, она чистая и глубокая. Алекс..он потрясающий, правда. Никогда не замечала в нём настоящего мужчины, пока мы росли вместе. Однако, как только его внимание к моей персоне стало столь твёрдым, я поняла, что всю жизнь хотела любить только его. И я со смелостью могу сказать, что люблю его. Без него я бы не справилась.       Очередной вечер, не предвещающий никакого сумасшедшего поворота событий. Очередной звонок в дверь. Алекс дома. Пришёл с работы уставший и слегка потрёпанный. Я целую его, провожу на скромную кухню, где приготовлен ужин.       Отчего мне было не по себе в тот вечер, я не знаю. Я постоянно чувствовала дискомфорт, исходящий от Алекса. Будто его подменили. Или я просто придумала себе это, чтобы хоть как-то оправдаться. Моя жизнь, моё желание - сплошное оправдание. Искупление вины перед самой собой, перед Алексом и перед тем, кто страдал из-за меня. Я старалась всегда быть для всех хорошей. Но одна мысль о невозможности этого меня приводила в некое сконфуженное состояние. Значит, и для Алекса я не так уж и хороша? Ведь нельзя быть идеальной даже для одного человека. Видимо в тот вечер Алекс действительно нашёл во мне кучу недостатков, которые огласил мне. И этот голос был уже не его.

Темнота уже зашла в мой дом, а я просто включила свет, чтобы не замечать её.

      Он что-то неразборчиво кричал, нападая на меня, даже не дав хоть как-то себя защитить. Его голос был похож на рёв голодного пса, а крик на вой одинокого волка.       - Послушай, я работаю, как грешник! И постоянно, приходя домой, я вижу одну и ту же пищу. Неужели нельзя хоть как-то разнообразить наш рацион питания, Элис? Уборка в доме, видимо, тоже не твоё. Ты готова пылинки сдувать со своей гитары, играешь на ней по двадцать четыре часа в сутки, потому что ничего, кроме своей грёбанной музыки ты не видишь! Я человек, Элис! Мы строим с тобой вместе семью. Точнее, мы пытаемся её строить! Потому что каждый мой приход домой с работы ограничивается тем, что я слышу твои скрежеты гитары и вижу на столе картофель фри, сделанный за пять минут до моего прихода! Я устал так жить, Элис! Я прошу тебя, сделай выводы! Ты не понимаешь...       - Пожалуйста, перестань кричать. - Я осмелилась перебить его гнев, но постаралась сделать это как можно нежнее. - Алекс, я всё поняла. Можно я пойду прогуляюсь и подумаю над твоими словами?       Моя непонятная реакция его немного смутила. Он просто кивнул и усердно начал тыкать вилкой в очередную порцию картофеля фри, которую он так ненавидел. Что касается меня, ничего страшного не случилось. У всех бывают порывы эмоций, пусть он и задел мою святыню - музыку - это оправданно. Я забрала свою тетрадь с кривыми строчками души, повесила на плечо гитару и ушла из дома.       Видимо, это было навсегда. Потому что именно за хлопком двери понеслась моя Смерть.       Сказать, что я любила свой город я не могу. Он был немаленький, а я любила тишину. Однако почему-то именно тогда мне захотелось в шумное место. Ничего другого, как известный клуб нашего города мне прийти в голову не могло, поэтому я взяла такси и отправилась в центр нашей вселенной.       - Куда такая юная красавица направляется в столь поздний час? Любите тусовки? - Этот неугомонный старик за рулём меня доставал всю дорогу. - Эх, я никогда не был в клубах, представляете? Мне кажется, как только туда зайдёшь, задохнёшься от запаха пота, алкоголя, секса и наркотиков. Вы так не считаете? Ох, у вас в чехле гитара? Это вы что, едете к той группе, фанаты которой размулёванные шлюхи? А сам вокалист выглядит как конченная лесбиянка? Глупенькие вы ещё, детки...       Я не предала значения ни одному из слов водителя. Но именно "размулёванная шлюха" вертелось у меня в голове весь вечер.       - Я только что подвозил парнишку туда. Признаться честно, я сначала не понял, что везу особь мужского пола. У него волосы до плеч, выкрашенные в яркий белый цвет, глаза накрашены и губы. Видимо, я совсем перестал понимать наш новый мир и современную молодежь, однако мне до сих пор как-то неловко, что я назвал его девочкой.       Внезапно меня осенила одна немаловажная деталь - зачем мне за плечами гитара и тетрадь в сумке, если я еду в клуб к какой-то непонятной группе? Пфф. Идиотка.       - Мы на месте. - Улыбнулся старик. Я рассчиталась с ним, вышла из машины, стукнув гриф гитары о дверку, и медленно поплелась к клубу. Как только я дошла до входа, меня встретила компания, состоящая из четырёх парней и одной девушки. Они громко смеялись. Их дикие лица выражали восторг, от чего я почувствовала прилив психоделического настроения. Один из парней повернулся ко мне лицом:       - Эй, красотка, ты чего-то припозднилась. - Он подошёл ко мне вплотную так, что я ощутила его дыхание на своей щеке, он заговорил тихо, мягко, словно мурлыча. - Там уже четвёртая песня, а меня ещё не вштырило. Не вставляет, понимаешь? - Он резко схватил меня за ягодицы и улыбнулся, показав свой оскал. - Тебе предложить чего-нибудь? Марихуана, кокаин, морфин, кодеин? Или ты по крепче желаешь?       Мне нечего было сказать, я лишь хотела, чтобы он убрал свою наглую руку. К нам подошла девушка, тело которой было украшено татуировками. В её руках была свёрнутая в трубочку маленькая бумажка, в которой явно находилась трава. Насколько она ударяла в мозг и как её вообще надо было вдыхать, я не знала. Но раз уж предложение поступило - почему бы нет? Траву я никогда не пробовала, но моё настроение сейчас прямо твердило, мол, Элис, выкури хоть целое поле этой травы и оторвись на полную катушку. Я сделала первую затяжку. Естественно закашлялась, от чего вызвала немалую насмешку от компании. - В первый раз? - Спросил кто-то оттуда. Я покачала головой в знак подтверждения, зажмурилась и сделала ещё одну затяжку. В голове моей сразу помутнело. Все мысли куда-то испарились, я увидела перед собой уродливого парня, который держал меня на задницу. И вот здесь. Да-да, прямо в этот момент, в эту самую секунду, я услышала голос, доносящийся откуда-то издалека. Такой тонкий, словно стебель родившегося цветка. Я пыталась уловить его, достать его своим слухом, но гул народа и какой-то прочий звук мешал мне найти эту идеальность. Я поменялась в лице, железной хваткой убрала руку наглого парня и направилась ко входу в клуб, чуть пошатываясь от "накуренного" состояния. Я что-то слышала ещё кричащее себе вслед, но не разобрала слов.       Я приближалась к идеальности, которой, как я была уверена, не существует.       Меня зомбировал этот голос, он доносился издалека, но я отчётливо могла слышать слова, которые буквально рвали меня на части: "I know. The past will catch you up as you run faster. I know, the last in line is always called a bastard. I know."       Он знает. Он знает всё. Он исследователь моей души. Каждое слово, каждый звук его дыхания, каждая точка в конце строки давала мне осознание того, что он понимает меня. Он знает меня изнутри. Ему не надо было копаться во мне, он знал всё наперёд. Своими словами, своим голосом. Я шла на звук. Гитара билась о каждого человека, которого я пыталась обходить. Раньше я даже не позволяла другим пальцем тронуть её, но сейчас...Я вливалась в другой поток мыслей. Клубы дыма будто бы запрещали мне идти на источник моего света, прожектора ослепляли, но я шла, заведомо зная, что именно сейчас я меняю свою жизнь раз и навсегда.       Пробравшись сквозь толпу я увидела его. В моей голове пронеслось изображение парня на входе, он действительно был уродлив и накрашен, как размалёванная шлюха. И это была последняя моя здравая мысль за всю жизнь.       Мне казалось, что я напрямую общаюсь с богом, в которого не верила. Он был небольшого роста, смольно-чёрные густые и блестящие волосы спадали по ушам, капли пота поблёскивали на концах, они придавали особую изящность, словно подтверждая то, что этот человек отдаёт себя без остатка микрофону и музыке. Голубые глаза впивались в толпу стеклом. Этот отсутствующий мёртвый взгляд куда-то сквозь доносился и до моих глаз, от чего я теряла дар речи. Хотя и говорить здесь было нечего. Его чёрные ресницы придавали невероятную изящность этим глазам, а накрашенные блеском губы, которые прислонялись к микрофону буквально целовали его. Мне захотелось стать этим микрофоном. Мне захотелось, чтобы он прикоснулся своими губами меня, вдохнул в меня жизнь и стал моим. Навсегда. Я так хотела раствориться в нём, как растворяется сахар в горячем кофе. Он - горький тёмный кофе, я - белый, сладкий сахар. Кроме нас не было никого. Его хрупкое тело, его изящные руки, пальцы которых просто не отдавали себе отчёта в действиях над гитарой, его эмоциональный всплеск и снова его надрывистый голос. Я умирала, убеждая себя в том, что до сих пор живу.       Так я простояла около часа. В последствии всего прочего я узнала, что имя этого человека Брайан. На сцене были ещё какие-то парни, которых он представлял после окончания сета, но я даже не потрудилась запомнить их имена. Мне было не важно кто был там ещё. Я смотрела сквозь туман на идеального человека. И я бы разорвала всем глотки, если бы кто-то попытался сейчас отнять у меня этот воздух.       Концерт был окончен.       Он изящно поклонился, затушив очередную сигарету о свою гитару, мимолётно кинул улыбку в сторону и удалился со сцены. Меня пробило током, как только я поняла, что могу его больше не увидеть. Мне хотелось кричать, стонать от той скрипящей боли, которую подарил мне он. Брайан. Я так хотела кричать ему о своей любви. Той любви, которую он воссоздал во мне за считанные минуты. Так мимолётно, тонко и точно. Он создал во мне чувство бури. Пробравшись сквозь уходящую толпу, я побежала к комнате, в которую зашёл он. Мне даже не показалось странным, что там не было охраны. Эта комната оказалась длинным коридором, в котором был ослепительный свет. Мне вдруг показалось, что я иду к вратам рая, чтобы встретиться с богом, которого только что видела курящим на сцене. Искупить всю вину и остаться с ним навеки. Свет ослеплял меня настолько, что я не знала, куда иду. Но я точно знала, что направление было верно. Здесь я подумала о том, что это всего лишь действие травы, не более. Но его запах. Тот запах, который стал мне уже родным. Я всегда считала, что близость нужно завоёвывать годами, что нельзя с первой минуты полюбить человека и понять, что он твой. Видимо, я ошибалась. Брайан сделал это с счёту раз.       - Девушка, вам плохо?       Да, мне было плохо от нескончаемой душевной боли. Но я сразу же узнала знакомый голос, роднее которого я никогда не слышала. Мне хотелось упасть ему в руки, чтобы он заключил меня в свои объятия и никогда не отпускал. Боже, как же мне хотелось умереть в его руках, чтобы последними моими словами были "Я так люблю тебя, Брайан. И ты ведь это знаешь. Ты всё знаешь". Но я зачем-то до сих пор находилась в сознании.       - Чем же ты себя так накачала?       - Тобой. - Выдавила я, тесно прильнув к его губам. Языком я открыла его сладкие губы и впилась в них поцелуем. Он не сопротивлялся. Он был со мной. Единым целым. Я бы никогда в жизни не хотела расставаться с этим чувством. Я бы хотела всегда целовать его, сжимать его тонкие руки в своих, любить его всей своей душой. Мы поплелись куда-то в пучину неизвестности. Мой низ живота уже ныл от желания впустить его в себя. Не размыкая своих губ, не отрывая своих рук, мы заплели в какую-то каморку, где было темно, и свет не глушил мои глаза, только лампочка освещала замкнутое помещение. Я открыла свои глаза и посмотрела на объект моего восхищения. Он закинул голову вверх и, не сомкнув губ, тяжело вздохнул. Прошло секунды две, он открыл глаза, и я увидела в них ледяную пучину. Ресницы медленно опускались, закрывая этот бушующий океан. Он бросился на меня.       Эти чувства, которые он впускал в меня стали для меня ярким светом. Он дарил себя мне, я принимала его. И это была самая большая любовь, которая могла существовать на всём свете.       - Мой милый принц... - Я тяжело дышала ему в уши эти слова, когда он ускорял темп, отдаваясь мне. - Я люблю тебя. Ты единственный. Мой сладкий принц...- Он затыкал меня глубоким поцелуем. Иглы моего сердца плавились в вулкане его сердца. Когда вся мятежная страсть приблизилась к завершающей нежности, он прошептал мне:       - Ты не должна любить меня. Мы ведь никто. - Острая боль снова подлетела вороном к моему горлу.       - Я люблю тебя, мой милый принц. Я хочу любить тебя!       Он снова тяжело вздохнул. Закурил. О, эти руки, вены, пальцы...Он курил изящнее, чем любая девушка. Это потрясало меня. Мы молчали около пятнадцати минут. В тишине он выкурил три сигареты, после чего оделся, достал мою гитару из чехла и каким-то гвоздём наскрёб на деке адрес.       - Завтра я буду здесь. Приходи. - С этими словами он кинул мне маленький пакетик с белым веществом в руки и вышел из каморки, оставляя меня одну в счастливом одиночестве. Он пригласил меня домой. К себе. Теперь его дверь станет и моей дверью. Мы станем единым целым, как несколько минут назад. Осмотрев пакетик, я поняла, что это наркотик. Я улыбнулась. Кайф от того, что он вкалывал в меня был сравним с этим веществом.

А темнота сжимала костлявую руку Смерти и уже дышала мне в спину.

      Алекса я послала ко всем чертям, за что он выгнал меня из дома с одной сумкой, дал немного денег, которых бы не хватило даже на щепотку кокаина. Урод, что я только в нём находила всё это время... Я не помню как пристрастилась к героину. Я жила с Брайаном в грязной маленькой квартире. Каждый день он приносил домой новую дозу и лимонную кислоту. Ложка у нас была одна на двоих, она уже покрылась известью, но нам было плевать. Мы жили друг в друге. И ничто не смогло мешать нашей нескончаемой любви. Жгутом он перевязывал мне вены, вкалывал очередной кайф, после чего я вкалывала ему. Мы занимались волшебным сексом и курили в самое небо. Вечерами он уходил на концерты, иногда уезжал на несколько дней, но по возвращению обязательно привозил с собой очередную дозу.       Я была счастлива. Я понимала, что вся моя никчёмная жизнь закончилась тогда, когда я захлопнула дверь дома Алекса. Я любила Брайана всем сердцем. Я играла ему песни, посвященные нашей любви. А он пел только лишь "I know", потому что она связала нас. Холод его глаз всегда пронзал меня насквозь, но я не придавала никакого значения этому, потому что уверовала себя в то, что Брайан любит меня точно так же, как и я его.       Видимо я ошибалась. И моё счастье, мой воздух, моя жизнь в лице фарфоровой куклы с чёрными волосами повернулась спиной ко мне.       - Элис, я хотел тебе сказать...       - Не продолжай, пожалуйста. Мой единственный, не стоит. Приляг со мной, прошу тебя.       - Элис, я не люблю тебя. Мне очень хорошо с тобой, ты стала мне очень дорога, но ведь это не любовь. - Он виновато посмотрел на меня. - Это обман, который приносит нам с тобой героин. Прошу тебя, давай мы перестанем жить так. Моя карьера возрастает, скоро я стану знаменитым музыкантом, я не хочу портить тебе жизнь, Элис. Одумайся, моя дорогая, это уже слишком.       - Мой милый принц, что же ты такое говоришь...- Я взяла в свои холодные ладони его лицо. - Я ведь люблю тебя каждой клеткой. Я обнажила перед тобой не только тело, но и душу...       - Мне нужно идти. Ты ещё так молода, не делай глупостей. Ты слишком глубоко пригрелась в моём сердце, чтобы я вот так смог уничтожить тебя. Чёрт знает, может быть это и есть самое большое моё чувство. Но я - не тот, кого нужно любить такой светлой девочке, как ты. Не ставь крест на своём будущем.       - У меня нет будущего без тебя.       Это были последние слова, которые я сказала Брайану. Это были последние слова, которые я произнесла, желая жить. Он захлопнул за собой дверь. Я знала, что он не вернётся. Я осмотрелась по сторонам. Его вещей в этой квартире не было. Разум осенил меня. Брайан знал изначально, что это всё несерьёзно. Он воспользовался мной тогда, в день концерта, он приходил ко мне, потому что его мучила жалость и угрызение совести. Он никогда не любил меня.

Он. Никогда. Не любил. Меня.

      Слёзы хлынули бушующей волной. Я билась о стены, крича его имя, а в ответ лишь пустота корёжила меня своей улыбкой. Меня терзала жгучая боль. Я навзрыд кричала, срывая связки. Ему получилось овладеть мной. Ради него я потеряла рассудок, я жила только им, упиваясь его взглядами и губами. Я летала только с ним в своих мечтах, в своих снах. Кроме него не было никого. Он был единственным в моей жизни. Мой мир начинался и заканчивался только его именем.       Мой Брайан, мой милый принц, я так любила тебя. Простишь ли ты меня за моё отчаяние перед твоим миром? Ты не разделял его со мной в то время, пока я отдавала всю себя тебе. Ты по клеткам уничтожал мою личность, делая меня своей марионеткой. Ты был самым прекрасным и самым жестоким. Порошок. Ложка. Жгут. Игла. Мою боль отпускает постепенное наслаждение.       Передо мной стоит мрак, в нём Смерть. Она протягивает мне мел красного цвета. Я беру его в руки. Еле передвигая ноги становлюсь у гнилой, сырой и чёрной стены. Дрожащей рукой черчу заветные слова, которые никогда не забывала говорить ему: "My Sweet Prince. You are the One..." Зайдёт ли он ещё в эту помойную квартиру, которая пропитана вонью героина и моей болью? Я не знаю. Я уже никогда не узнаю. Смерть подаёт мне лезвие. Я вычерчиваю символ бесконечности на своих венах, повторяя про себя "You are the One, You are the One, You are the One..."       Я засыпаю. Мне снится сон. Алекс. Такой светлый, добрый и чистый. Он улыбается мне, подаёт руку. Сзади него я вижу что-то чёрное, это силуэт гитары, на которой выцарапан адрес. Сон сгущается в темноту. Улыбка Алекса превращается в гнев. Он исчезает. Сон продолжается. Брайан. Его белые крылья окутывают всё пространство. Его мёртвые глаза выдавливают из меня весь свет. Я шепчу ему заветные слова.       Он достаёт из-под крыльев микрофон и ласкает мои уши:

"Never thought I'd get any higher Never thought you'd fuck with my brain Never thought all this could expire Never thought you'd go break the chain. Me and you baby, Still flush all the pain away So before I end my day remember My sweet prince. You are the one.."