Vati, я вернулся!

- Почему ты не берёшь меня? - Не волнуйся, детка. Выполнив задание, я вернусь к тебе. - Да нет же: это Земля, я всё о ней знаю – я нужна там. - Глупенькая, откуда ты можешь знать? - Из книг, наверное… и из фильмов. Пока Рената Рихтер, учительница английского языка и «исследовательница Земли», уговаривала жениха взять её с собой, Густав нетерпеливо переминался с ноги на ногу, ожидая появления своего босса. И вот, из динамиков громкоговорителей зазвучал гимн, и к летающей тарелке подъехал чёрный «Фольксваген» с треугольными флажками, откуда навстречу Адлеру вышел фюрер Кортцфляйш собственной персоной. Все присутствующие тут же вытянулись в струнку, выставив вперёд правую руку. - Хайль, Гитлер! – отчеканил оберфюрер Адлер. - «Хайль, Кортцфляйш!», болван! - недовольно проворчал старик. - Вбей уже это себе в голову. Адлер лишь послушно кивнул, хотя в его взгляде читалось: «Когда же ты наконец подохнешь, старая свинья?». - У нас есть ещё один козырь, - ответил он, и скомандовал. – Показывайте! Доктор Рихтер, самый уважаемый учёный Четвёртого Рейха и один из его учителей, сорвал покрывало с привезённой заранее инвалидной коляски: в коляске сидел пленный американский космонавт, Джеймс Вашингтон. Благодаря «Альбинайзеру» доктора Рихтера этот Вашингтон из чернокожего стал совершенно белым, голубоглазым и светловолосым, как и положено быть истинному арийцу. А когда доктор скомандовал «Зиг хайль!», подопытный, хоть и не без труда, смог вскинуть правую руку и ответить: «Зиг хайль!», под бурные аплодисменты. - Этот пленный стал одним из нас, - не без гордости произнёс Адлер. - Мы летим на Землю, и он поможет нам добыть телефонные компьютеры. Мы вернёмся, и «Сумерки богов» взлетит! - Оберфюрер Адлер, надеюсь, это в рамках подготовки моего возвращения на Землю? – поинтересовался Кортцфляйш. - Конечно,- кивнул тот. - Несомненно. Фюрер с тенью недоверия взглянул на Адлера, и указал на Густава: - Смотрите: Рейх доверяет вам. Это была неправда: Густав не доверял Адлеру, и уже довольно давно. Он видел, как тот ненавидит фюрера и мечтает занять его место исключительно ради удовлетворения собственного тщеславия – а уровень тщеславия у него зашкаливал не меньше, чем уровень тестостерона. За внешней надёжностью и респектабельностью скрывалось тёмное, отвратительное содержимое – как для себя заключил Густав, «снаружи вкусняшка – внутри какашка». Однако именно благодаря Адлеру он мог попасть на Землю уже сегодня. Надо было только добиться согласия от босса: - Мой фюрер, позвольте мне отправиться на Землю сейчас, - подал голос Густав. Старик покачал головой: - Исключено – наша нация должна быть в полной безопасности. Однако у мальчика уже был готов ответ: - Я должен ознакомиться со средой, в которой мне предстоит работать, герр фюрер. Это не менее важно. И потом, я буду вооружён, - он продемонстрировал заранее приготовленную модифицированную версию StG 44. - Вы знаете, я хорошо умею с этим обращаться. Кортцфляйш едва заметно улыбнулся, и ответил: - Хорошо. Но будь осторожен, - напутственным тоном добавил он. Густав весь так и просиял: сердечно пожав руку своему боссу, он побежал к трапу. Через минуту летающая тарелка покинула ангар и взмыла к звёздам. - До встречи в Вальхалле, - с загадочной улыбкой попрощался Кортцфляйш, провожая их взглядом. *** Полёт прошёл без проблем, приземление тоже. Летающая тарелка опустилась в дикой местности, посреди поля; люк медленно открывается, наружу выходят Адлер, Вашингтон, несколько солдат и сам Четвёртый Рейх. Густав привык к затхлым бункерам, и от притока свежего воздуха у него даже пошла носом кровь, так что ему пришлось достать платочек. Но эта мелкая неприятность не могла затмить масштаб полученных им впечатлений: даже ночью, в свете луны и прожекторов летающей тарелки, он видел, как разительно отличается Земля от того, что он видел прежде. Зелень, много зелени, от которой исходит такой непривычный, но приятный запах (чуть позже он узнал, что это был запах конопли), полоса леса и сияющие огнями небоскрёбы вдали… от любования окрестностями мальчика отвлёк неприятный разговор между оберфюрером и Джеймсом: - Отведи меня к президенту. - Что? К президенту? - нарочито насмешливым тоном переспросил негр. - Брось ты – я думал, мы айфонами идём закупаться. Но он недолго смеялся: прямо на глазах у Густава, Адлер со всей силы ударил нахала коленом в живот. - Ты говорил, что знаком с президентом Соединённых Штатов Америки, - прорычал немец сквозь крепко стиснутые зубы. - Да… точно… с президентом, - прокряхтел в ответ Вашингтон, согнувшись пополам от боли. - А меня возьмёшь к президенту? – зазвенел приятный женский голос. Это была Рената Рихтер – она тайком пробралась на борт: Густав не мог не заметить учительницу, но он очень любил и уважал её, а потому не выдал. - Рената! - поражённо воскликнул Адлер. - Что ты здесь делаешь? - А, мисс Рихтер – с прибытием на мою планету! – весело отозвался Джеймс, как будто и не получал ногой в живот. Оберфюрер определённо не разделял его позитивный настрой: - Здесь нечего делать будущей матери будущих детей будущего фюрера – а женщине и подавно. Не сказав ни слова, Рената страстно прижалась к нему и крепко поцеловала. - Моё место рядом с моим мужчиной, - улыбнулась она. «И что она в нём нашла?» - только диву давался Густав, считавший, что его любимая учительница достойна лучшего. Тем не менее, он решил воспользоваться моментом и незаметно слинять; но стоило ему сделать всего несколько шагов в сторону, как он услышал окрик: - Стоять! Куда вы направились? - На разведку, герр оберфюрер Адлер,- немного неуверенно ответил Густав. - Вы должны остаться на борту, ради вашей же безопасности. Это приказ. В сознании Густава что-то «щёлкнуло»: да, он привык подчиняться приказам, но только не на сей раз. Не этому человеку. Он остался стоять на месте. - При всём уважении к вам, герр оберфюрер, вы пока ещё не мой фюрер, и я имею право не подчиниться вашему приказу, - твёрдо произнёс мальчик. - Как это понимать? – нахмурился немец. - Герр фюрер Кортцфляйш был не прав – Четвёртый Рейх не доверяет вам. Адлер был поражён такой наглостью – ему, будущему фюреру, перечит его же будущий подчинённый, да к тому же мальчишка! Но только он раскрыл рот, как совсем рядом из-за кустов появилось дуло двустволки, затем над дулом появилась соломенная шляпа, а под шляпой – копна светлых, но грязных и растрёпанных волос и очень недовольное, но ни капельки не удивлённое лицо. «Тут и не такое увидишь» - словно говорило оно. - Валите с моей земли! - раздался хриплый, сердитый женский голос. БАХ! Пули из двустволки пролетели в считанных сантиметрах от наших космонавтов. «Бежим!» - завопил отбеленный негр и побежал вглубь зарослей конопли. Вслед за ним – Адлер, Рената и несколько солдат. А Густав…. Густав побежал в другую сторону. Вот он, шанс, нельзя его упускать! Выстрелы и крики затихли вдали. Вот он, край поля; впереди – лес. Лицо раскраснелось, волосы растрепались и торчали как пучки соломы, одежда покрылась грязью оттого, что Густав то и дело спотыкался и падал – а он всё бежал, бежал, бежал… *** В районе пригорода к северу от Нью-Йорка было тихо и спокойно. Свежий ветерок колыхал ветви деревьев, в траве стрекотали кузнечики, а на небольшом пригорке возле леса, возле припаркованного «Шевроле», молодой парень отдыхал после долгого рабочего дня. Усилиями президента Альфред пребывал в блаженном неведении, и сейчас, развалившись на траве, любовался звёздным небом, которого не увидишь в городе, и мечтал о том, как его прославит кампания Black to the Moon. - When you wish upon a star… - с довольной улыбкой напел Джонс диснеевскую песенку, увидев, как по небу пролетела звезда. - Я хочу, чтобы эта кампания стала самым незабываемым событием года… ай! В него определённо что-то врезалось. Или кто-то. Потерев ушибленную макушку, Джонс поднялся и увидел довольно странного мальчика: не старше двенадцати лет, но одетого во взрослую военную форму образца сороковых годов, в руках какое-то оружие – по крайней мере, именно это Америке удалось разглядеть в темноте. И в целом вид у нежданного гостя был довольно потрёпанный, как будто он неделю партизанил в окрестностях. - Ты чего? - Они… не преследуют меня? – спросил мальчик, с трудом переводя дыхание. - Кто «они»? – не понял Америка, и пристально всмотрелся в темноту леса. - Я никого не вижу. - А вы кто? «Не местный» - заключил Джонс. – «Наш узнал бы меня даже в темноте. По крайней мере, тот, кто живёт неподалёку». - Альфред Джонс…. – проговорил он, и на всякий случай пояснил. - Америка. Услышав это, мальчик моментально вытянулся по стойке «смирно» и отчеканил: - Четвёртый Рейх приветствует вас! Я пришёл с миром! Альфред невольно фыркнул со смеху. - Парень, ты что, с луны свалился? - Почти, - кивнул «рейх». - Мой дом на тёмной стороне Луны. Судя по тону голоса, он говорил совершенно серьёзно. Альфред совершенно растерялся: бросив Густаву «Подожди здесь», он сбегал до автомобиля, взял фонарик, вернулся и уже при свете внимательно осмотрел мальчика. Орёл, практически полностью скопированный с орла на гербе Третьего рейха на форме, повязка со свастикой на рукаве. А лицо… пусть перепачканное, пусть за огромными квадратными очками – но Альфред был готов поклясться, что видит перед собой детскую версию Германии. - Holy shit… - Простите, что вы сказали? – переспросил Густав. До Альфреда дошло, что он выразился в присутствии ребёнка, и ему стало довольно неловко. - Хе-хе, ничего, - хихикнул он, и вдруг сверкнул глазами и прищёлкнул пальцами.- Эй, кажется, у меня появилась идея… поехали со мной, расскажешь всё по дороге. Он снова побежал к машине, и на этот раз Густав последовал за ним. - А куда мы поедем? – спросил мальчик. - К одному человеку, который может тебе помочь, - отозвался Джонс, достав ключи. Густав немного подумал и кивнул: - Ладно, но только без обмана. Альфред посмотрел на него так, будто ему нанесли смертельную обиду: - Герой никогда не обманывает детей! Мальчик невольно улыбнулся в ответ. И вот они уже в пути. Густав удобно устроился на заднем сиденье, на всякий случай не выпуская из рук автомат – а Америка тем временем достал мобильный телефон: - Алло, Германия? Извини что так поздно, но дело срочное…