Внук генерала влюбился в курсанта

Утро в доме Дилана началось с происшествия. И не с простой ссоры, а с самого настоящего скандала. - Выпусти меня! - кричал хозяин дома, пытаясь вытолкнуть из дверного проёма не менее взбешённого Анджелла. - Не уйдёшь, пока не поешь! - Я не ем по утрам! - Мне не нужен работодатель-покойник! Дилану удалось обманом затащить Ангела в дом, но тот умудрился ухватить его за шкирку и потащить в направлении кухни. - Я не буду есть! Ты меня не заставишь! - верещал омега, схватившись за косяк. - Спеленаю и через воронку накормлю! Наблюдавшие за потасовкой Альфред и Никки не знали, плакать им или смеяться. Дилан ещё никогда не выглядел таким живым и настоящим. Сейчас он действительно был похож на двадцатипятилетнего омегу, а не на изваяние самого себя. Альфа не выдержал и нежно обнял Дилана со спины, отцепив от няньки. Пока омеги в замешательстве искали лучшие траектории для достижения поставленных целей, Альфред сел за стол и усадил Дилана на колени боком. Ник тщетно старался сдержать улыбку, когда альфа невозмутимо повязал салфетку на шее "лялечки", а потом взял ложку и начал кормить Дилана вовремя подставленной Ангелом кашкой. - За Ника, - сказал Альфред, подставляя ложку к губам, которые покорно раскрылись. - За Никки. За Никкушу. Омеги смотрели на парочку с завистью. У Дилана дрожали губы, но он продолжал раскрывать рот, слушая всё более изощренные вариации имени брата. - За... М... - Ура! - вскричал омега, пытаясь соскочить с колен. - Никкуличку, - подсказал Анджелл, подмигнув воспитаннику. - За Никкотунчика, - подхватил подросток, отмечая, что осталось пять-шесть ложек. Последние ложки парочка молчала. Дилан смотрел на грудь альфы, безумно желая прислониться к ней, а Альфред почти не отрывал взгляд от сладких, чуть измазанных кашей губ. Ложка звякнула по дну тарелки, извещая, что завтрак окончен. - Требую моральную компенсацию. Едва Дилан это произнес, как его рот накрыли горячие губы, а язык нагло проник между ещё не успевших сомкнуться зубных рядов. Омега почувствовал, что штаны стали подавливать на пах. Кроме того, под попой Дилана увеличивался немаленький возбужденный... - Спасибо, - отдышавшись, прошептал омега. Альфред посмотрел на припухшие губы, блестящие глаза. Дилан поёрзал,доставляя повару целый шквал приятных эмоций. - Мне пора. Альфа отпустил своего заключенного, который чуть пошатываясь, покинул дом.