Внук генерала влюбился в курсанта

- Прошло ровно полгода с того дня, как мы обручились, а ты всё ещё меня пилишь, Джилл! - прорычал пузатик, мешая салат. - Просто не верю, что он тебя любит и сейчас не юзает очередную дырку. - Джилл! Омега посмотрел на брата, но ничего нового не увидел. Ни былой агрессии, ни язвительно-презрительных замечаний. В канун нового года Джуллиан, бывший Анджеллин, совсем потух. Старший брат заметил, что младший вздрагивал от каждого звонка телефона, а когда понимал, что пищал не его, становился ещё мрачнее. - Джилл... - Пойду лук порежу. Благо у беременного появилась патологическая страсть к жаренному луку, иначе Габриель не соглашался бы покупать продукт только ради возможности шурину выплакаться. Хотя, альфа ни в чем не отказывал ни одному из омег, живущих в его старой квартире. Ангел уже и забыл, что эти стены когда-то давили на него, казались тюремной решёткой. Сейчас всё изменилось. Но если вспомнить события в начале осени... Габриель вызвался помочь Эштону переехать к Найджелу и Нику. Возвращение в старую квартиру ничего не вызвало в памяти, но вещи, которые были заперты в одной из комнат, повергли альфу в такой ступор, что Эшу пришлось два часа успокаивать мужчину. - Прости, я совсем забыл, что кроме одежды там ещё и вещи Желли. Вина так и сочилась из парня, который поклялся ничего не рассказывать бывшему брату. - Почему? Почему все скрывают, какой сволочью я был? - дрожащим полушёпотом спросил Габи. - Ради Анджелла. Он просил ни слова тебе не говорить, - признался Эш. - Не хочет, чтобы ты вернулся к старым привычкам. Альфы сидели на кровати, в которой было совершенно сорок попыток забеременеть и лишь последняя увенчалась успехом. Габриель листал альбомы с леденящими душу фотографиями. Дневник разбитых надежд стал последней каплей. Альфа расплакался, как ребенок, у которого отняли любимую игрушку. Эш гладил его по голове и пытался объяснить, что всё это в прошлом, что Ангел сам его простил, что нуждается в нём. - Ты же видел, как он изменился, - напомнил Эш. - Это уже не тот забитый несчастный омега с этих фото. Ты сделал Ангела таким, какой он сейчас! - Джилл был прав, я должен был умереть там... - Гейб! - выкрикнул парень, но тут же исправился. - Габи, я... Прости, но ты не один имеешь прошлое, о котором даже не подозревал. Парень протянул ему вскрытый конверт. Альфа непонимающе посмотрел на него. - Это может объяснить тебе кое-что. Надеюсь. Ты сможешь понять. Эштон оставил альфу наедине с письмом. "Мой дорогой мальчик, мой нереализованный шанс на жизнь. Сейчас ты читаешь это письмо, но меня уже нет. Мы больше никогда не встретимся, не поговорим, не узнаем насколько мы разные или схожи. Я не знаю, сколько тебе лет, но надеюсь, что ты ещё не связал себя узами брака или просто меткой. Я это ты, а ты это я. Ты мой клон. Эксперимент по борьбе с гемофилией. Твоя сыворотка может стать лекарством для тысяч больных, если бы опыт удался. Увы, в свои шесть ты сбежал, тебя так и не нашли. А конверт я запечатал с письмом к тому, кого люблю всем своим сердцем. Он ребёнок, моложе тебя, но это моё счастье, мой приз. Никки заслуживает любящего мужа и крепкую семью, но я уже не могу дать ему это. Я слишком стар и болен, но если бы ты, моя копия, оказался рядом... Уверен, он смог бы тебя полюбить, а ты... Ты уже его любишь. Он ждет от меня ребёнка, но я надеюсь на выкидыш. Не хочу, чтобы он растил инвалида, как я. Если ты читаешь это, значит он нашёл тебя. Не знаю как, но нашёл. Ты не знаешь обо мне ничего, но если осудишь, что ж, Эш, это твоё право. Я не сделал в жизни любимого ничего хорошего, но ты смог бы. Если бы только узнал его, почувствовал этого сладкого, родного мальчика. Его запах нужнее воздуха! Он мой, нет, твой истинный, ведь мы с тобой одно и то же. Эш, я так хочу рассказать тебе всё, чтобы ты не совершал ошибок, но это сложно, прости, что не оставил дневников, чтобы ты смог их прочесть. Но с другой стороны, ты имеешь право на ошибки, даже на то, чтобы отказаться от Никки и найти себе другого омегу. Я пойму, но никогда не прощу моих разбитых надежд." - Разбитых надежд, - повторил Габи и вновь открыл фото дневник Ангела. Муж оставлял памятку каждый месяц, у него действительно течки были очень частыми. Альфа просмотрел все альбомы, выбрал случайные, явно не намеренные фотографии, на которых супруги были улыбающимися, смотрящими друг на друга с любовью или хотя бы интересом. Редкие проблески ума, именно так альфа окрестил эти моменты прошлой жизни. Ангел посмотрел на полку, где стояли эти фотографии, вызвавшие у него истерику. Лишь крепкие объятия любимого смогли успокоить юношу. Габи сказал, что это их прошлое, которое он никогда не вспомнит, но хочет повторить. - Я не хочу снова причинять тебе боль, но для этого мне нужно не совершать ошибок. Ты поможешь мне стать идеальным мужем и отцом для наших детей? Ангел согласился. Игнорировал Эша целый месяц, получил выговор от Ника и пинок от Найджела, но согласился. За это Джилл не разговаривал с ним неделю. В конце концов, вот уже три месяца Джуллиан, Джинджер, Анджелл и Хеллиан живут в квартире Габриеля. Последний устроился в училище, не без помощи генерала Эмета. Но показал себя прекрасно, хоть и отказывался от предложения вернуться в строй солдатом. - Я хотел бы иметь возможность каждый день возвращаться домой, мой Ангел ждёт ребёнка. Эмет согласился, скрепя сердце, согласился, хотя руки так и чесались свернуть подлецу шею. В отличие от Луиса, который даже не сомневался в выборе сына, Эмет долго испытывал зятя. Но поняв, что руки помнят, а голова чиста, военный успокоился. Особенно его успокоило обещание альфы принести к ним их первенца от нового брака. Эмет сначала готовился порвать за внука-омегу, но когда альфа доказал, что любит сына, и мальчик отвечает взаимностью не из-за ярких и частых подарков, успокоился. Он поддерживал, что альфа уделяет семье всё своё внимание и заботу. - Тебе подарить? - спросил со всхлипом Джилл. - Если не сложно. Омега подумал, что брата стоит разговорить. - Родной, что тебя тревожит. - Донор. Ангел закрыл лицо руками, чтобы не закричать. Так вот оно что! Всё дело в доноре, отце Джина. Старший обнял брата, стараясь держать пузо подальше от печки. - Найдётся... - Не найдется! Я загадал, что если до нового года не найду, то уже никогда! Омега плакал вновь, обнимая брата, за которого был очень рад, но прошлое не давало покоя. Вот такими их и застал вернувшийся с совой и подарками Габриель. - Что разбили, где порезались? - спросил альфа, захватив из ванной полотенце, чтобы утереть такие одинаковые мордашки. Ему коротко объяснили, и он тяжело вздохнул. Габи сам переживал за племянника и его папу. Звонок в дверь раздался внезапно. Джилл ушёл открывать. Не посмотрев в глазок, он распахнул дверь, но на пороге стоял тот, которого очень сильно захотелось треснуть этой самой дверью.