"Ты его подозревал"

      Солнце уже садилось за горизонт и тень стала медленно покрывать холодную, влажную землю. Вдалеке раздался оглушительный вой стаи волков, а совсем рядом были слышны крики воронов и прочих детей ночи.       Все эти звуки сливались во едино: вой, крики, шуршание листвы, накрапывающий дождь, гром. Этот вечер обещал быть одним из самых лучших за весь год.       Семья уже собралась за длинным столом в гостинной. В камине трещали поленья, горел огонь. Мистер и миссис Аддамс попросили Лёрча не включать лампы, которые разрушали всю эту мрачность и таинственность, потому дворецкий зажёг свечи в кованных канделябрах и расставил их по комнате.       Уэнздей изредка поглядывала на брата, лелея коварный план мести, маленький Пуберт с удовольствием уплетал новую порцию рыбьих голов, которые бабушка Аддамс тщательно отчистила от костей. Теперь это месиво было сложно называть головой, однако Пуберту это нравилось и он мог копаться в этом целый час.       - Как насчёт вечерней прогулки по кладбищу? - улыбнувшись спросил мистер Аддамс, резко выпрямившись.       - О, какая прекрасная идея, - мелодично проговорила Мортиша, плавно переведя взгляд от огня к супругу - Уэнздей сможет похоронить новую кошку, которую ты для неё нашёл.       Гомез с улыбкой кивнул и взглянул на старшую дочь, на лице которой промелькнула хищная усмешка.       Внезапно раздался громкий стук в дверь. Вся семья резко отпрянула от еды. Миссис Аддамс вопросительно изогнув бровь, глянула на мужа, который задержал свой взор в стороне откуда доносился стук. Лёрч не спеша направился к главной двери. Стук был настойчивым и чрезмерно громким. Пока дворецкий дошёл до двери, в неё постучались около десяти раз.       Члены семьи всегда любили, когда кто-нибудь заглядывал к ним ближе к вечеру, но чаще всего все визиты были запланированы, в отличии от сегодняшнего.       Лёрч неторопливо приоткрыл дверь и заглянул за неё. Вся семья уже стояла около парадной лестницы и ожидала "гостя". За дверью послышался чей-то весёлый, но вместе с тем немного раздражённый голос. Дворецкий что-то пробурчал и наконец дал проход незнакомцу.       Мистер Аддамс при виде гостя слегка прищурился. Миссис Аддамс почувствовала, как супруг сильно сжал её талию, но тут же ослабил хватку, как только женщина дотронулась до его руки.       Незнакомец оказался очень даже знакомым. Особенно мистеру Аддамсу. Их молниеносные, полные ненависти взгляды на мгновенье встретились. Высокий мужчина, властной походкой вошёл в дом и остановился на пороге. Одет он был весьма богато. Его карие глаза внимательно пробежались по дому и остановились на Уэнздей и Пагсли, которые были абсолютно спокойны и равнодушны к происходящему.        - Николас...- прошептал Гомез, но мужчина обладал хорошим слухом.        - Здравствуй, кузен. - улыбнулся Николас, протянув руку Гомезу.       Мистер Аддамс поборол наконец это чувство ненависти и с неохотой пожал руку кузену.        - Мистер Смит, - проговорила Мортиша, блеснув глазами, - рада встрече.        - Взаимно, - Николас взял руку миссис Аддамс свою и одарил её нежным поцелуем.       Гомез чувствовал как гнев и ревность завладевают им, но он старался сдерживаться, а иначе всё это может очень плачевно закончится. Мистер Аддамс любил печальные концы.        - Это наши дети, - Мортиша плавно указала рукой в сторону детей - Уэнздей и Пагсли.       Уэнздей медленно подошла к матери, а Пагсли к отцу. Они смотрели на незнакомца исподлобья, по-прежнему не произнеся ни слова.        - Здравствуйте дети, - голос мужчины был низкий и ровным. - как ваши дела?        - А мы знакомы? - с замогильным выражением лица ответила Уэнздей.        - Дети, - Гомез вышёл вперёд - это мистер Николас Смит. Мой кузен по вашей бабушке.        - Какой из них? - девочка изогнула бровь.        - Замечательные дети, - заметил Николас, обращаясь к миссис Аддамс.        - У нас их трое. - кокетливо улыбнулась Мортиша, взглянув на супруга.       Мистер Смит выдавил из себя некое подобие улыбки и с неприязнью, которую так же пытался тщательно скрыть, проговорил:        - Гомез, я ведь не просто так к вам заглянул. У меня появились кое-какие дела в этом городе. Я хотел остановиться в отеле, но вспомнил о вас. К тому же я уже несколько лет хотел вас навестить. Я бы хотел остаться у вас на несколько дней, если вы конечно...        - Против! - воскликнул мистер Аддамс, но Мортиша тут же перебила супруга.        - Конечно оставайтесь, мистер Смит. Мы будем ужасно рады принять вас.        - Благодарю вас, Мортиша.       Мистер Смит хотел ещё раз наклониться, дабы поцеловать прекрасную бледную руку миссис Аддамс, но Гомез аккуратно вышел вперёд и смерил кузена презрительным взглядом. Тот ответил ему прищуром.        - Прошу вас на кухню, мистер Смит. - молвила Мортиша, взяв супруга под руку. - Сегодня разобьём ещё одну тарелку в честь вашего неожиданного визита.        - Я польщён.

***

       - Я не собираюсь его здесь терпеть! - взревел Гомез, быстрым шагом ходя по комнате. - Это ничтожество не смеет переступать порог этого дома!       Казалось, что от такого крика трещат все окна в доме. Миссис Аддамс сидела на краю кровати в своей излюбленной ночной сорочке и с беспокойством смотрела на мужа.        - Гомез...        - Видеть его здесь для меня невыносимые муки! - продолжал мистер Аддамс, на минуту остановившись по средине спальни. - Мне хочется убить его! Вытащить его сердце из груди и сжечь, пока от него не останется только пепел!        - Гомез...        Мистер Аддамс не обращал совершенно никакого внимания на супругу. Он метался из угла в угол и выкрикивал не очень приятные слова в сторону своего кузена. За несколько часов нахождения с ним, у мистера Аддамса было что сказать.        Когда Гомез ощутил, что в горле у него пересохло и горло болит от такого крика, он повернулся спиной к кровати и ухватился за спинку стула, за которым обычно восседала его жена, перед тем как лечь спать. Мистер Аддамс несколько секунд задержал взгляд на зеркале прямо перед собой. Он тяжело дышал и чувствовал, что гнев по-прежнему переполняет его и разрывает изнутри.        Гомез ощутил, как её прекрасные, нежные руки, любовно касаются его плеч. Он чувствовал её дыхание, прямо около уха.        - О, Гомез...неужели это ревность?        Мужчина медленно развернулся к своей супруге. В её взгляде читалась только любовь, только искренность, страсть и нежность. Лунный свет падал на её ослепительно белую кожу. Мелькнула улыбка.        Послышался тихий смех из комнаты напротив. Это маленький Пуберт проснулся после криков своего отца. Очень часто вот такие громкие восклицания отца успокаивали малыша и он спал как убитый.        Слова супруги уняли огонь ненависти в душе Гомеза. Она говорила спокойно и меланхолично, без капли сарказма или издёвки. Мортиша никогда не насмехалась над мужем. Если у него что-то не получалось, женщина была только рада помочь возлюбленному. Сейчас Мортиша понимала, как тяжело супругу переносить присутствие того самого мужчины, который много лет назад рискнул положить глаз на его дорогую жену. Гомез долгое время строил козни бедняге, но тот не был так уж глуп. Бальтазар легко обходил все ловушки своего кузена и воспитанно молчал. Как-то Гомез чуть не убил кузена, но в последнюю минуту, Бальтазару удалось спастись.        Когда Гомез наконец осознал, что Мортиша всегда была влюблена только в него и ни в кого более, мужчина более или менее остыл. А когда Бальтазар и вовсе скрылся из виду, Гомез о нём даже не вспоминал.        - Мне не хочется затрагивать зажившие раны, - проговорил мистер Аддамс, глядя в блестящие глаза супруги.        - Гомез, - нежно шепнула Мортиша, подойдя чуть ближе - ни один мужчина не сможет покорить моё сердце и затмить мой разум. Никто и никогда не сумеет поддерживать огонь страсти в моём сердце. Это можешь cделать только ты, mon cher...        Всё это время на губах Гомеза играла лёгкая, восхищённая улыбка. Когда его супруга говорила такие слова, мистер Аддамс не мог сдерживать восторг.        Гомез медленно притянув жену за талию к себе, нежно прикоснулся к её губам. Они оба знали, что их любовь продлиться вечность...возможно и больше. Вечности нет предела.

***

       Следующее утро было прекрасным до того момента, пока Бальтазар и Гомез вновь не встретились. Вчера вечером слова Мортиши подействовали на мистера Аддамса лучше любого успокаивающего. Но когда Гомез вновь увидел врага на горизонте, огонь вновь забушевал в груди. Мужчине казалось, что его кузен специально выставляет на показ свои фирменные ухмылочки, дабы позлить Гомеза. Бальтазар прекрасно знал характер и темперамент своего родственника, поэтому довести мистера Аддамса у него получалось мастерски.        За завтраком Бальтазар вёл себя собрано и сдержано. Как только Мортиша периодически оглядывала стол, Бальтазар спрашивал не хочет ли чего-нибудь миссис Аддамс. Гомеза это естественно задевало, но он упорно молчал. Лишь только взгляды супруги успокаивали ревнующего.        За весь день Бальтазар даже пытался флиртовать с Мортишей, на что та отвечала отказом, но делала это красиво, чтобы не обидеть мужчину. Однако, тот был настойчив. Бальтазар по своей природе не привык получать отказы и упорно продолжал делать своё. Естественно не при Гомезе.        Конечно, любой женщине было бы приятно такое обращение и внимание к своей персоне, но только не Мортише. Женщина знала Бальтазара. Гомез говорил, что на его счету было не мало женщин. Конечно Гомез знал, что на его ухаживания Мортиша не обратит внимания, но всё-таки он боялся, что супруга полюбит другого. Бальтазар был таким человеком, которой добивался расположения любой женщины. Чуть ли ни при первом знакомстве женщины и девушки добровольно оказывались в его постели, даже самые неприступные.        В конце дня, у мистера Аддамса появились какие-то срочные, неотложные дела. Мортиша была в полном недоумении. Гомез никогда не оставлял супругу и на все мероприятия они ходили вместе. Дети уже уснули и видели десятый сон. Фестер тоже улёгся раньше обычного, впрочем как и бабушка Аддамс. Бальтазар был в своей комнате и скорее всего тоже заснул. На улице темнело, но силуэты домов ещё хорошо виднелись вдалеке.        Гомез поцеловав руку возлюбленной и пообещав очень скоро вернуться, скрылся за дверью.        - Лёрч, - окликнула дворецкого миссис Аддамс - ты можешь идти в комнату.        Лёрч что-то пробурчал и неторопливо направился в свою комнатку.        Мортиша прекрасно знала, что без супруга она вряд ли заснёт и приготовилась ожидать мужа в их спальне.        На удивление стемнело довольно быстро. Мортиша медленно поднялась по ступенькам наверх в их с Гомезом комнату. Плотно закрыв дверь, Мортиша лёгкой походкой подошла к шкафу и отворила дверцу. Достав оттуда красивую, шифоновую, длинную, чёрную сорочку, женщина закрыла дверцу. Переодевшись, миссис Аддамс не спеша подошла к своему кусачему растению и достав из тумбочки сушёных мышей аккуратно сложенных в коробочку, накормила ненасытное растение.        Внезапно Мортиша ощутила чьё-то присутствие, но оборачиваться не стала. Когда женщина уже почувствовала хриплое, горячее дыхание прямо около уха, ей захотелось обернуться. Но сильные руки схватили её за талию и попытались притянуть ближе, но миссис Аддамс не поддавалась.        - Мортиша - страстным шёпотом проговорил Бальтазар - эти два дня были для меня невыносимыми муками. Как мне хотелось ощутить тепло твоего тела, ближе услышать твой голос, завоевать твоё сердце. Всё это время в моём сердце жила лишь ты, Мортиша.        Бальтазар резко развернул Мортишу к себе.        - Как же мне хотелось утонуть в твоих глазах, подарить твоим губам и телу всю мою нежность и теперь я могу сделать это.        Конечно, Мортиша пыталась сопротивляться, но что может сделать хрупкая женщина против железной хватки мужчины?        - Я не достойна такого мужчины как вы, Бальтазар - холодно произнесла миссис Аддамс, пытаясь отстранится.        - Тебя не достоин Гомез, дорогая - Бальтазар прижал женщину к себе, пытаясь встретиться с ней губами.        - Я замужем, мистер Смит - глаза миссис Аддамс слегка расширились. Эта фраза Бальтазара не остановила. Его разум заволок плотный и густой туман.        Мортиша решила расслабится, дабы мистер Смит ослабил хватку. И действительно, как только женщина расслабилась, хватка Бальтазара резко ослабла. Мортиша решила ещё немного подождать. Как только губы мистера Смита находились буквально в миллиметре от губ миссис Аддамс, женщина резко вырвалась из страстных объятий и ринулась к выходу из комнаты.        Мистер Смит замер от удивления на несколько секунд. Как только туман исчез и мужчина вновь обрёл сознание, губы его скривились в не доброй усмешке.        - Ни одна женщина не смеет мне отказывать...

***

       Солнце уже полностью скрылось за горизонтом. Всё это время Гомез внимательно следил за происходящим в окно. Он знал, что его кузен обязательно что-нибудь предпримет в его отсутствие. План Гомеза был прост - поймать кузена с поличным. Вся семейка была предупреждена, кроме Мортиши.        Наблюдая за всем происходящим, Гомез еле сдерживал гнев и ненависть. Ему хотелось ворваться внутрь и раскромсать на кусочки этого неугомонного сердцееда.        Дождавшись того самого "подходящего момента", Гомез едва слышно открыл окно и запрыгнул внутрь. Мортиша уже наверняка успела выбежать на улицу.        Мужчина буквально выбежал из комнаты и тут же наткнулся на Фестера.        - План сработал? - спросил брата Фестер.        - Осталось только воздать этому ублюдку по заслугам, - усмехнулся Гомез, спускаясь по ступеням вниз.        Мужчину охватил страх и испуг за жену. За такое маленькое количество времени они оба не могли выбежать на улицу. Шпага была при Гомезе. Он ринулся к выходу из дома, попутно заметив краем глаза настороженных детей.        Около парадного входа так же никого не было. Единственное место - кладбище позади дома. Гомез не долго думая, кинулся в сторону кладбища.        Завернув за дом, мистер Аддамс тут же остановился на месте как вкопанный. Бальтазар стоял к нему спиной.        - Не надоело играть в эти игры, Гомез? - с усмешкой в голосе, Бальтазар развернулся лицом к кузену.        Глаза мистера Аддамса расширились и сердце бешено застучало, как только Гомез увидел супругу к горлу которой был приставлен кинжал.        Руки миссис Аддамс безжизненно свисали, а глаза были полны нежности и страха. Эта смесь завораживала.        - Отпусти её. Моя шпага вонзится в тебя раньше, чем ты успеешь хоть слово вымолвить. - сверкнув глазами промолвил мистер Аддамс, крепко сжимая шпагу.        - Правда? Мне кажется мой кинжал сделает это быстрее. Зачем тебе лишний раз пачкать кровью шпагу?        - Ты этого не сделаешь!        - Ты плохо меня знаешь, Гомез - усмехнулся Бальтазар, прижав кинжал к бледной шее Мортиши и легонько проведя по ней острым лезвием. Мортиша испуганно вздрогнула. Маленькая струйка потекла по бледной коже, оставляя за собой дорожку.        - Нет! - воскликнул Гомез - что ты хочешь?        - Мои условия настолько предсказуемы, что мне лень их называть... - растянул Бальтазар, прищурив глаза.        Гомез нахмурился, не отводя взгляд от своего заклятого врага, пытаясь понять, что тот имеет ввиду.        - Нет...- прошептал мистер Аддамс.        - Либо мне, либо никому, - с притворным сожалением проговорил Бальтазар.        Гомез перевёл взгляд на молящую супругу. Он не мог её отдать, но он и не хотел её смерти. Что он может выбрать? Ничего...        - Мама! - крикнул кто-то сверху. Тут же последовали всхлипы маленького Пуберта.        Бальтазар и Мортиша сразу же повернули головы по направлению к окну. Только Гомез не стал этого делать. Вот он! Тот самый шанс!        Хорошенько прицелившись и замахнувшись, мистер Аддамс кинул шпагу в сторону Бальтазара. Шпага, сделав несколько переворотов попала точно в цель. Конец шпаги хорошенько вонзился в шею Бальтазара, заставляя того отпустить перепуганную и шокированную Мортишу и схватиться за шпагу. Мужчина пытался вытянуть её, но силы слишком быстро покидали его. Секунды, и его бездыханное тело лежит на влажной земле.        - Cara mia! - воскликнул Гомез, подбежав к супруге и прижав её к себе. Как только Мортиша ощутила те самые прикосновения, их сердца успокоились и бились ровно. Затем они забились вновь, но это от любви. Гомез не винил Мортишу, он считал, что это будет лишним.        Это испытание они прошли и его стоит забыть. Какие ещё испытания будут ждать их на пути к вечной любви?