Диета

– Он такой красивый, – сладко протянул Руки, прищурив глаза. Таканори уже который час наблюдал за ним, не решаясь сделать первый шаг. Он взвесил все «за» и «против», продумал всё много раз и сделал вывод, что не может. Он не может себе этого позволить. – Какой же ты, всё-таки, прекрасный, – ещё один вздох, и ещё парочка комплиментов тому, кто его и вовсе не слышит. – И, наверное, очень сладкий. Мацумото в который раз прикусил губу и посмотрел на рядом стоявшего друга. Ну, как «друга», они встречались, но отношения у них были достаточно интересные. – Акира, – тихо начал он. – Что? – блондин находился поодаль и курил, стараясь не замечать все эти попытки «уговорить» взглядом. – Может, ты попытаешься обратить на меня внимание? – Ну, сейчас же обратил? – парень приподнял бровь, насмехаясь над мелким. – Мне мало. Мне нужно всё твоё внимание, – особое ударение на слове «всё». Руки выходил из себя. Казалось, ещё чуть-чуть, и он разорвёт всех в клочья от злости. Первым будет угадайте кто. – Многого хочешь, – следом пошла ещё одна сигарета, и на этот раз парень вовсе отвернулся от Таканори. – Если мы опоздаем на репетицию, всю вину свалю на тебя. Вот уж Кай оторвётся. – Идиот, – тихо буркнул младший, ещё раз взглянув на предмет своего обожания. – Ну почему ты так дорого стоишь? К сожалению, торт за четыре тысячи йен ответить не мог, так же, как и Акира. Руки сейчас был на мели, а зарплату должны были выдать аж послезавтра. Но так долго терпеть он не мог. Этот торт нужен был ему здесь и прямо сейчас, и вся надежда лежала только на Акире. На жадном Акире. – Ну Рейтааа, – Таканори прислонился лбом к витрине, тяжело дыша, – он нужен мне.. как тебе медиатор во время игры на гитаре! – Ничего оригинальнее придумать не мог? – хмыкнул блондин и подошёл ближе. – Как Каю барабанные палочки, как мне микрофон, как Аою струны, как Урухе выпивк.. – Замолчи уже, – Руки тяжело вздохнул. – Слишком много информации сразу. Для твоего мозга это может быть вредно. – Не купишь? – Нет. – Ну и придурок, – буркнул Руки и, отвернувшись, пошёл вперёд. – Меня подождать не хотел? – вдогонку сказал Рейта, еле успевая за младшим. – Я с придурками не хожу. – А, ну да. А на машине ездишь? Или будешь идти пешком четыре квартала? – Таканори остановился, задумавшись. Предложение было выгодное, так как идти и вправду нужно много. – Ладно, так и быть. Всё ради Кая. Но обратно я с тобой не поеду. – Как хочешь, – Акира знал, что поедет, ибо куда он денется? *** – Знаешь, какой он был красивый? – Уруха снова махнул головой, запивая всю полученную информацию от Таканори кофе. – Нет, не знаешь, потому что ты его не видел. Хочешь посмотреть? Парень хотел было снова по инерции махнуть головой, но вовремя одумался. Акира только просмеялся. – Вы все такие бесчувственные, – сказал Така, осматривая комнату, в которой находились только они втроём. Репетиция должна была вот-вот начаться, но у Аоя что-то случилось с гитарой, и они с Каем пошли разбираться к менеджеру. – Да, Така. А ещё у нас болит голова, – сказал Уру, поставив бумажный стаканчик на столик с журналами. – Угадай, по каким причинам, – поддержал друга Рейта, побаиваясь дальнейших последствий. Руки мог и проклянуть, но тот лишь посмотрел испепеляющим взглядом, чего тоже вполне хватало для того, чтобы наложить какие-нибудь «чары». – Ну ладно, я Вам это припомню, – тихо сказал Руки, отсаживаясь от парней. – Звучит устрашающе, – усмехнулся Койю и взглянул на блондина. Тот просто повёл плечами, мол «мне не привыкать». Репетиция длилась недолго, так как все парни уже через пару часов захотели перекусить. В особенности Руки. Он ныл, что его живот пуст и туда обязательно нужно что-нибудь закинуть, иначе он коньки отбросит. – Таканори, ты обжора, – сказал Акира, прикладывая холодное полотенце к вспотевшему лбу. – Заткнись, – буркнул младший. – Я вообще с тобой не разговариваю, жмот. Блондин лишь закатил глаза на очередное обзывательство. Всё это было слишком привычным для его жизни рядом с всегда недовольным и переборчивым Мацумото. Руки всегда получал то, что хотел. Как бы там ни было (пусть даже придётся пойти по головам), он всё равно добивался своего. Также однажды случилось и с Акирой. Он просто захотел и получил. Это нельзя назвать насилием, так как обе стороны тянулись друг к другу, но если бы не этот парень… они бы продолжали смотреть друг на друга издалека, боясь подойти и сказать о своих чувствах. Поэтому, Таканори был ужасен и очарователен одновременно. В сердце Акиры всегда боролись именно эти два чувства. Он вроде бы понимал, что большую часть делает так, как пожелает того младший, но в то же время ему было сложно отказать. Невозможно, скорее. Но этим утром случилось обратное и, кажется, блондин об этом ещё успеет пожалеть. – Ребят, кто сгоняет в магазин за едой? – в комнату вошли все пятеро парней и пару человек из стаффа. Кто-то из них повалился на диван, в попытке расслабиться, кто-то не мог отлипнуть от своей гитары, кто-то жадно пил воду из бутылки, а кто-то, по имени Руки, странно косился на драммера. – Ты что, соблазнить его пытаешься? – шепнул на ухо младшему Рейта, заметив этот хищный взгляд. – Признавайся. – Не мешай, – всё ещё не отводя глаз от барабанщика, сказал Таканори. – Я пойду! – теперь он обратился уже к лидеру, подходя ближе. – Ну уж нет, – Акира сразу сообразил, что к чему. – Его одного отпускать нельзя. – Это ещё почему? – недоуменно спросил Кай, приподняв правую бровь. – Не доверяешь или волнуешься? – Слишком хорошо его знаю, скорее, – вздохнул Рейта, посмотрев на обиженного Руки. На его лице, казалось, была бегущая строка со словами: «и тут ты поднагадил». – Тогда почему бы тебе не пойти с ним? – в глазах Таки заиграли победные огоньки, но не тут то было. – Я слишком устал. – Ну... – драммер почесал затылок, рухнув на диван, и осмотрел всех присутствующих в комнате, – тогда пусть с ним пойдёт Иоши. – Хорошо! – ещё громче сказал Руки и улыбнулся во все тридцать два, посмотрев на рядом стоявшего парня. Блондин только повёл плечами и отошёл. Неудача. Битва номер один не в его пользу. *** – Мы пришли! Прошло около двух часов. Всё это время, изголодавшийся стафф и парни ждали прихода еды. Нет, они не ждали Таканори или Иоши, они ждали именно еду. У всех были разные предположения насчёт их долгого отсутствия: кто-то говорил, что они сами всё съели и сейчас дрыхнут где-то под забором, но, учитывая чистоплотность Руки, такого быть не могло. Кто-то предположил, что их сбила машина, но, также учитывая всю «правильность» дотошного Мацумото, который всегда переходил дорогу только на положенный цвет, такого также не могло случиться. Версия Аоя, который «тонко» намекнул на то, что парень с девушкой многое могли сделать наедине, сразу была опровергнута Акирой. Прямо в челюсть. Ногой. Но когда они наконец-таки пришли, всех присутствующих переполняли чувства. Два чувства: убивать и радоваться. – Где Вас так долго носило? – спросил Уру, отложив гитару в сторону. Таканори только приподнял бровь и сделал вид, что тот не достоин его Царского ответа. – Ах, простите, – начала распинаться Иоши, а в голове у Руки сразу же возникла мысль, типа: «Лучше бы ты молчала». – Просто мы зашли в магазин, всё купили, а когда собрались выходить, Таканори-сан заметил прилавок со сладостями, вот и простоял около него где-то час. – Така, я тебя убью, но сначала еда, – сказал Аой и выхватил пакеты из рук друга, принявшись доставать продукты и раскладывать их на столе. – Между прочим, Иоши купила мне тортик, – так, невзначай сказал Руки, посмотрев на Акиру. Снова бегущая строка со словом: «Жлоб». – За четыре тысячи йен? – Нет, за пятьсот, но не суть, – поспешно сказал младший и подсел к парням, которые уже во всю поедали содержимое пакета. Он хотел было потянуться за кусочком рыбы, но его тут же ударили по руке. Така недоуменно посмотрел на обидчика, на что тот сделал «отмороженное лицо». Попытка номер два. Мацумото снова потянулся за кусочком еды, но его снова оттолкнули и отставили продукты подальше. – Что за фигня?! – Руки, у тебя есть тортик, вот его и ешь, – сказал Аой, запихивая себе в рот рис с рыбой. – Вот так значит? – младший пришёл в ярость. Да как они смеют не делиться едой, которую он же купил?! Не на свои деньги, конечно, но не суть. – Ну а что, – вмешался Уруха, чуть не поперхнувшись от количества еды, застрявшей в глотке, – мы тут из-за тебя сидели, голодали, значит, вот и ты поголодай теперь. – Парни, Вы чего? – вступился Акира, посматривая на любовника и пытаясь просчитать «количество злости». – Така, конечно, много кушает, но совсем забирать у него еду – бесчеловечно. – Да у него уже жира больше, чем у нас всех вместе взятых, – засмеялся Койю, и вдруг стало тихо. Кто-то сглотнул, кто-то не мог сглотнуть из-за внезапно подступившего к горлу кома или из-за количества еды во рту, кто-то отложил палочки в сторону и покачал головой. Все поняли, что это была шутка, но Таканори слишком восприимчив ко всему, что ему говорят. К любой критике, к любым «советам». Именно поэтому с ним всегда осторожно обходились, даже Акира старался сдерживаться, но Уруха тупанул. Причём, очень жёстко. – Эмм, прости? Это была шутка? – Нет, ты сказал правду, – тихим голосом сказал Таканори, смотря в одну точку перед собой. – Така, ну перестань, – начал успокаивать друга Аой, который первый всё это и затеял. – Ты же знаешь, что Койю у нас «шутник от Бога». – С завтрашнего дня я сажусь на диету. Всем спасибо, все свободны, – Мацумото встал из-за стола и направился к выходу, не забыв захватить свои вещи. – Уруха, блять. Нам кранты, – подытожил Кай, выпив рюмочку сакэ. Отныне в группе начались сложные времена. Времена злого и голодного Таканори. Что может быть хуже?