Еще не время

      Он влюблен в своего лучшего друга…       Нацу вздрагивает и ошеломленно смотрит вслед уходящей Люси, а в голове раз за разом воспроизводится эта фраза. И черт бы его побрал согласиться на разговор с ней. Ничего хорошего из этого не вышло, появились только лишние проблемы, мысли и переживания.       Да, именно – в тебя!       Как будто Нацу сразу не понял, о ком идет речь. На звание лучшего друга Грея претендовал только он, да и имел право быть им только он. Без каких-либо вариантов. Может быть, Люси подумала в тот момент, что за лучшего друга можно ошибочно принять Леона?       Мы сами видели, как он разговаривает со звездами о тебе и о его скрытой любви! Представляешь?       Нет, Нацу не может этого себе представить, а если и удастся кое-как, то это будет только жалким отголоском настоящего. Потому что Грей, этот чертов ледяной волшебник, с закрытыми глазами, блуждающей улыбкой на лице и рассуждающий о любви – зрелище просто невозможное, что-то из ряда фантастики.       Мы ни в коем случае не отказались от дружбы с ним, узнав про его секрет! Но подумали, что тебе лучше знать об этом!       Лучше бы не думали. Серьезно. Держали бы это в тайне, и все бы остались счастливы.       Надеюсь, ты и дальше будешь с ним дружить и останешься лучшим другом!       Какие же пустые надежды. Нацу теперь не сможет даже нормально ему в глаза посмотреть при встрече. Что уж там говорить о дружбе? Будет видеть какие-то скрытые намеки в каждом поступке, слове, взгляде.       Что будешь делать?       Нацу не ответил на этот вопрос, посчитав его абсолютно бессмысленным и, скорее, риторическим. В конце концов, что он вообще может сделать, будучи влюблен в человека, который может ответить ему взаимностью?       Да-да, все правильно, Нацу также был влюблен в этого идиота, почти с самого начала, но осознал это только недавно, когда услышал заветное «он влюблен в своего лучшего друга».       Любой бы на его месте порадовался: когда же еще выпадает шанс быть не отвергнутым? Любой бы тут же побежал во всем сознаваться. Но он – не любой. Он отлично знает Грея, который при таком раскладе бы не поверил. Подумал бы, что его обманывают специально, чтобы поиздеваться. Уж слишком много плохого пережил.       Ноги как-то случайно приводят Нацу в место, где обнаруживается объект его мыслей, он тренируется, дает волю своим эмоциям.       Его движения грациозны и одновременно с этим яростны, а когда он использует магию – выглядит действительно прекрасным, словно всю свою жизнь был таким. В глазах отражается его волшебство, из темных они всего лишь на миг становятся синими, иногда небесными, будто бы сделанными из чистого льда. В такие моменты он и вправду завораживающий, просто невозможно оторвать от него взгляд.       Нацу прячется за поворотом, наблюдает за товарищем и не спешит выходить из своего укрытия. Именно поэтому еле успевает отклониться от ледяного клинка, так быстро летящего в его сторону.       — Как меня заметил? — интересуется он, успевая заметить тот самый изменчивый цвет темных глаз. И от этого становится намного спокойней.       — Трудно не заметить на себе такого пристального взгляда, — усмехается Грей в ответ, внимательно рассматривая человека перед собой.       — У тебя изумительный цвет глаз, — прежде, чем успевает хоть что-то понять, признается Драгнил.       — С чего это вдруг тебя потянуло на комплименты? — непонимающе спрашивает маг, заметно напрягаясь. — Или это был вовсе не комплимент?       Нацу безумно хочется перевести тему, сказать что-то, что затмит его предыдущую реплику, и он совершенно неожиданно выдает:       — Я влюблен в своего лучшего друга.       Грей пару секунд выглядит шокированным, а потом просто вздыхает с ноткой обреченности и опускает голову:       — Ясно. Думаю, Люси будет рада.       Теперь черед Нацу принимать такой вид, он впервые не узнает Фуллбастера, тот сейчас такой грустный, потерявший, кажется, весь смысл жизни.       — Поэтому ты сказал что-то про цвет глаз. Репетировал.       Драгнилу так и хочется возразить, потрясти его, крикнуть: именно твой цвет глаз такой потрясающий, именно тебя я и люблю. Он не в силах понять, как Люси может считаться его лучшим другом.       — Что ж, я пойду. Ничего не хочешь мне больше сообщить? — печально ухмыляется Грей и, не получая ответа, уходит.       Нацу до сих пор молчит, хоть ему так и хочется побежать, не пойти, за ледяным волшебником и обнять без лишних слов.       Однако он понимает, что сейчас это – неправильно, еще не время. Надо вновь научить Грея доверять людям и не сомневаться в них.       А пока остается только ждать и разделять его страдания.