В Заточении

Стараясь игнорировать боль в грудной клетке, Гермиона протиснулась через проем и оказалась в соседней камере, в которой находился Снейп. Встав на ноги, она ринулась к мужчине и мгновенно отвернулась, сдерживая рвотный позыв: здесь кровью пахло намного сильнее. Лишь сжав руки в кулаки, девушка заставила себя повернуться обратно. Зрелище было не из приятных: на его ноге виднелась большая открытая рана, порез глубиной в несколько сантиметров оголял кость, ткань брюк вокруг была пропитана кровью. Если с этим не разобраться в ближайшие часы, то начнется заражение, и Снейп просто напросто лишится ноги, а то и вовсе умрет от кровопотери. Подняв взгляд выше, Гермиона увидела вывихнутое запястье: конечность лежала на его животе скрюченной, в неестественной позе. На виске были засохшее пятно крови и массивная припухлость под глазом. Прикрыв рот рукой, Грейнджер поняла, что она ещё слабо отделалась. Пара сломанных ребер просто ничто по сравнению с состоянием мужчины. Очевидно, он бился до последнего. По-хорошему, нужно было найти способ и проверить: был ли рядом кто-то еще, но помощь Снейпу требовалась немедленная. Девушка начала метаться туда-сюда, стараясь что-то придумать. Палочки нет. Никаких зелий или вспомогательных медикаментов тоже. Бинтов и подавно. В карманах рыться бесполезно: они пусты. Полная безнадежность. Гермиона практически впала в отчаяние, как неожиданно для самой себя вздрогнула от тихого хлопка рядом. Повернувшись, она увидела небольшого домовика. Размером он был меньше Добби, а на вид старше Кикимера. Одному Мерлину было известно, как в этом тельце все ещё держалась жизнь. Не сказав ни единого слова, домовик поставил на покосившийся стол миску с похлебкой и с хлопком исчез. Секундой позже раздался второй хлопок, видимо, такую же миску поставили в ее камере. В голову Гермионы мгновенно пришла идея, и она в два шага оказалась рядом с проходом. — Пожалуйста, не исчезайте, — умоляющим голосом начала девушка. — Кроксу не разрешено разговаривать, — недовольно проворчал тот. — Кроксу сказано молчать и приносить похлебку. — О, нет. Пожалуйста, постойте, — голос Гермионы дрожал. — Прошу вас не уходите. Я не буду с вами говорить, просто принесите соль. — Кроксу разрешено приносить похлебку, — продолжил гнуть свое домовик, отводя взгляд от девушки. — Пожалуйста, Крокс! Принесите соли, — еле сдерживая накатывающие слезы, умоляла Грейнджер. — Это все о чем я вас прошу. Так ничего не ответив Гермионе, домовик щелкнул пальцами и растворился в воздухе. Разочарованно простонав, она вытащила голову из проема и, схватившись за переносицу, стала расхаживать по камере Снейпа. Мужчине нужно было оказать хоть какую-то помощь, иначе он скончается, не дожив до утра. Грейнджер никак не могла допустить этого. Подойдя к длинным решеткам у входа, девушка развернулась к ним спиной и стала сильно бить по металлу ногой. Гулкий грохот разнесся по всему подземелью, периодически перекрываемый возгласами самой Гермионы. Но к ним так никто и не спустился, а зельевар продолжал глухо стонать в бреду. Неужели недоброжелатели запихали их сюда и покинули сию обитель? В любом случае сбежать у неё не получится: трансгрессировать бесполезно, защита наверняка установлена и не одна. Северус слишком слаб, а на себе волшебница не сможет его утащить. Посмотрев на миску с похлебкой болотистого цвета, Гермиона решила биться до последнего и не сдаваться. Она сделает все, что сможет. Подойдя к столу, она взяла эмалированную посуду и мгновенно вылила содержимое в унитаз, мысленно пообещав профессору отдать свою порцию. Открыв кран, Грейнджер чертыхнулась. Вода холодная, как лед, а у неё даже палочки нет, чтобы нагреть её. Ополоснув миску и наполнив её водой, она подошла к мужчине и опустилась на колени перед его кроватью. Раны выглядели ужасно: кровь смешалась с грязью на голени, а оголенная плоть вызывала рвотный рефлекс и желание убежать как можно дальше. Сняв свой жилет, Гермиона расстегнула некогда белую хлопчатобумажную блузку и, оставшись в одном бюстгальтере, начала разрывать ткань на лоскутки. Импровизированные бинты Грейнджер опустила в миску с водой, а сама обратно натянула свой серый рабочий жилет. Вода была просто невозможно холодной, пальцы начало сводить за считанные секунды. Отжав первый лоскут, девушка принялась отмывать порезы на голени Снейпа. Вероятно, пожиратели применили его же заклинание «Сектумсепра». После всех этих лет она набила глаз и быстро его распознавала, а дважды даже использовала сама. Опустив окровавленную ткань в воду, отчего та мгновенно окрасилась в алый цвет, Гермиона вздохнула и потерла ладошки друг об друга, стараясь согреть руки. В какой-то момент ей показалось, что она слышала тихое шуршание в подвале неподалеку, но, сославшись на стресс, решила вернуться к работе. Однако звуки повторились, а затем раздался глухой хлопок. У нее затряслись руки, и Грейнджер молила, чтобы её предположения оказались верны. Вскочив на ноги, она направилась к проему в свою камеру и облегченно выдохнула, увидев на столике солонку. Пробравшись обратно в свою камеру, волшебница схватила стекляшку и прижала к груди. Домовик помог ей. У них есть шанс. Снейп может выжить. Какое облегчение, хоть и не большое. Обратно Гермиона так сильно торопилась, что порвала штанину и порезала бедро об выступающий из стены камень. Вылив грязную воду и ополоснув лоскутки, девушка набрала вторую порцию воды и высыпала туда немного соли. Этот способ она слышала еще от своего отца, когда тот рассказывал про свою молодость во время обучения на врача. Обеззараживание ранений в военные времена часто проводили солью, используя ту вместо пероксида водорода. Её можно было сыпать и на повреждение. Снейп мгновенно застонал, когда Грейнджер вернулась к промывке его ноги с новым раствором. Вода наверняка неприятно щипала, но нежничать было нельзя. Около получаса ушло у нее на то, чтобы полностью промыть кровоточащую плоть от грязи. Как и рассказывал её отец, Гермиона насыпала немного соли на рану и замотала ее тканью, а после обратилась к остальным травмам. Голова была цела – это радовало. Странный кровоподтек был из-за небольшого пореза на виске, но по сравнению с ногой он являлся всего лишь царапиной. Лежащий на постели мужчина глухо застонал, когда она дотронулась до его вывихнутого запястья. — Профессор? — Грейнджер, — он поморщился. — И почему я не удивлен, что именно вы ошиваетесь рядом?! — Вы в своем духе, сэр, — выдохнула девушка, лбом прижавшись к краю его постели. — Значит, все будет в порядке. — Что произошло? — чуть сипловато спросил Северус. — Где мы? Подняв голову, Гермиона увидела, что он разлепил глаза и немного затуманенным взглядом озирался по сторонам. — Я не знаю, — она пожала плечами. — Очнулась, так же как и вы. Это какая-то камера в подземелье, и сейчас ночь. — Это я понял и без вас, — он постарался подняться, но глухо зарычал. — У вас большая рана на ноге, я, как могла, обработала её, — кивнула в сторону конечности Грейнджер, — а вот что делать с вашей кистью, не знаю. Снейп сделал глубокий вдох и поднял в воздух поврежденную руку. — Нужно вправить, пока сильнее не отекла, — прохрипел он и сразу прочистил горло. — Одной рукой обхватите предплечье, а второй резко дерните кисть вправо. Гермиона округлила глаза: — Мерлин, вы серьезно? — Я не Мерлин, мисс Грейнджер, — спокойно протянул мужчина. — Хотите помочь: сделайте, как я говорю. Постаравшись унять дрожь в руках, она вытерла вспотевшие ладошки об ткань брюк и взяла руку Снейпа в свои. — На счет три, — пристально посмотрел ей в глаза Северус. — Раз… — он поднял взгляд к потолку, — два. Часто дыша через нос, Гермиона нервно кусала губы. — Три! Она быстро вправила кисть, как ей сказал профессор, и на автомате зажмурилась, услышав его гортанный рык. — Хорошо, что вы не стали хирургом, — выдохнул Снейп. — Не уверен, что вы могли бы проводить операцию с закрытыми глазами. Посмотрев на зельевара, она увидела, что он лежал, саркастически подняв одну бровь. Какими бы ни были обстоятельства, а Северус все не менялся. — Ладно я, но как вы тут очутились, Грейнджер? — Я не знаю, сэр, — покачала головой девушка и встала с места. — Мы были на задании. Сидели под прикрытием и выжидали, когда двое пожирателей выйдут из Кабаньей головы, а когда все началось, и мы побежали врассыпную, то последнее, что я помню: гул и яркая вспышка. — Она подошла к раковине и вылила в нее содержимое миски. — Очнулась уже здесь. А вы? — Аналогично. Стойте! Вы сказали Кабанья голова? — резко повернул голову в её сторону мужчина. — Кто вас туда послал? Это не ваше задание. Уж точно не для импульсивного Поттера. — Нам сказали, что там требуется помощь, — волшебница вернулась к Снейпу и пододвинула к его постели металлический стул. — И вы, как истинные гриффиндорцы, откликнулись, — хмыкнул Северус. — Ну и чем вам это аукнулось? — Я не думала, что так может быть: сильных последователей практически не осталось. — А Рудольфус Лестрейндж? — Вы думаете, что он в этом замешан? – Вскинула брови Гермиона. Вдовца Беллатрисы так и не смогли поймать. Ходили слухи, что он прятался среди магглов под оборотным зельем. Кто-то поговаривал, что его убил Сивый. Но ни тела, ни малейшего упоминания о самом маге так и не было найдено. — Очень похоже на подвал их имения, — слегка приподнявшись, рассматривал обстановку Снейп. — Зачем они нас затолкали в одну камеру? — Не в одну, сэр, — робко перебила его размышления Грейнджер. — Моя по соседству. Я пробралась сюда через брешь в стене, когда услышала, что не одна здесь. — Тогда вам лучше пока вернуться к себе, — он снова откинулся на подушку. — У вас есть повреждения? — Ребра болят, но больше меня ничего не беспокоит. — Хорошо и плохо одновременно, — вдруг сказал зельевар, однако удивленный вид девушки проигнорировал. — Чем вы обработали ногу? — Солью, — вздохнула она. — Днём надо будет пожертвовать вашу рубашку. Сменить повязки. — Идите и отдохните. Ещё не хватало, чтобы вас тут заметили. Я, увы, помочь буду не в состоянии.