Безрассудная. Изгнание (Третья и заключительная часть)

15 сентября 1495 года Как и предполагал Маркус, войско Грегори действительно разбило большой палаточный лагерь около рва. В тот день битвы свое войско они решили завести обратно в город только ближе к вечеру. Но, впрочем, и так было ясно, что Грегори больше не собирался пока что атаковать. Оглядев войско Грегори со стен, Маркус смог заключить, что ему был нанес значительный урон. Он даже сказал, что шансы на победы сейчас уравнялись. Маркус также предположил, что Грегори явно пошлет за подмогой. Но пока она дойдет, пройдет много времени. Поэтому они долго решали, как им быть. Противник, чтобы перейти через ров, делал себе мост. Ну как, если это вообще можно было назвать мостом. Они просто укладывали трупы собственных солдат друг на друга, чтобы потом войско могло по ним пройти. Собственно, медлить королева не хотела и приказала чтобы перегруппировали войска. Планировали атаку в лоб, чтобы полностью разбить войско Грегори. Но когда наступил новый день, все в корне поменялось. - Едет генерал Грегори! – крикнул разведчик со стен. - Что это ему опять там нужно? – возмутилась королева. – Пойдемте. Они вышли за ворота и встретились с генералом. Оружия при нем не было, но мужчина пристально глядел на Эмилию. - Что на этот раз, генерал? – поинтересовалась Катерина. - Я бы хотел поговорить с Эмилией. - Пожалуйста, – она указала на девушку рукой. - Наедине, в моем шатре. - Нет, это исключено, – отрезал Соун. - Я не причиню ей вреда. Просто хочу поговорить и только. - Она никуда не пойдет. - Но почему? – спросила Эмилия. – Грегори же настроен дипломатично. Соун насторожился и заколебался. Он даже и думать не мог, что хотел сделать Грегори. - Пожалуйста, прошу вас, – молвил он - Все будет нормально, Соун, – успокоила его девушка, – я буду в порядке. - Черт… - он сверлил Грегори взглядом. – Ладно, хорошо. Но если хоть один волос упадет с её головы… - Не упадет, – уверил Грегори. Солдаты привели лошадь Эмилии и вскочив на неё, он последовала за генералом, держась от него на небольшом расстоянии. Грегори молчал. Через несколько минут они достигли рва, и девушка приметила, что «мост из людей» был уже практически готов, поэтому они с легкостью преодолели ров. Они спешились возле одного шатра и вошли внутрь. - Присаживайся. Эмилия села за стол, а Грегори напротив неё. Он все еще молчал, пристально глядя на Эмилию. - Вы, кажется, поговорить хотели, а? – не выдержала она. - Да… Просто, хотел поинтересоваться. Значит, ты не Безрассудная Эмилия? - Нет, конечно. Соун убил Элеанору Казариан. Правда, вот только тело её осталось. - И в это тело он решил внедрить другую память? - Ну как. Насколько я знаю, чтобы вновь вернуть силы, пришлось вернуть тело Элеаноры к жизни. Они отложили её память, а в мемории была моя память. - То есть, ты не помнишь, что пережила Элеанора? - А зачем мне это помнить? Мне и своей памяти хватает. - Просто это так удивительно. Две памяти в одном теле. - Ну, мне это как-то не мешает. Мне главное, чтобы эта война кончилась и мне помогли вернуться как-то в мое тело, а это… Это сжечь к чертям. - Непривычно видеть Элеанору такой. Спокойной, не злой, доброй. Не подходит это ей. - Я не она. - Вот в первый раз когда я её увидел, – он не обратил внимания на её слова, – подумал, что же это за дранная девчонка такая? Надменная, злобная, хочет чего-то добиться. А наряд как у дешевой шлюхи! - Заткнись! Эмилия вовсе не хотела говорить эти слова и тут же схватилась за рот, удивленно поглядев на Грегори. Но похоже, он решил не обращать на это внимание, и добивался какой-то цели. - Наша битва… Да она же даже сражаться не умеет. Я её так сделал, так унизил! О-хо-хо, как же она злилась. Стоит, а сделать ничего не может. - Хватит, хватит… Эмилия схватилась за голову. Перед глазами у неё отчетливо предстало воспоминание того боя. - А потом солдаты от неё ушли. Какая же она королева, раз даже не может повлиять на солдат? Никчемная! - Заткни свой рот! Эмилия обхватила голову двумя руками, перед глазами вспыхивали воспоминания. - Никем и никогда она не будет. Ей бы полы в таверне вытирать, да помои выбрасывать! - Я тебя убью! Эмилия закричала. Грегори невозможно было слушать, его слова били по ушам словно раскаты грома. - Ребольдо, Коимбра, Ош. Она их разрушила и что? Что этим доказала? Ничего! Она лишь показала себя полной сукой и стервой! - Нет, нет, нет!!! Эмилия выбежала из шатра и тут же вскочила на лошадь, галопом направила её к городу. Стража открыла ей ворота и затем девушка спешилась. Пошатываясь, она медленно пошла вперед, держась рукой за голову. Они дико болела и девушке казалось, что вот-вот разорвется. Все сменялось одним за другим. Девушка не могла адекватно смотреть на мир. Слова… Его слова что разбудили, что-то злое. Он хотел это сделать, он знал, что так будет. Одно, второе, третье. Одно воспоминание за другим. Все смешалось. Общая память. Невозможно адекватно мыслить. Думаешь об одном, как голос говорит другое, тело делает третье. Солдаты удивленно глядели на девушку, а она продолжала идти. «Я… не могу…». Вот Элеанора убивает, вот она целуется, вот она идет, вот она говорит. Почему, почему сейчас? Раньше же она не могла этого помнить, а теперь… Теперь самый настоящий ад. - Я же говорила, – произнесла Элеанора. - Я не верила, – сказала Эмилия. - Все дороги всегда ведут по одному пути. - Я не хочу… - Тело мое, память моя. - Я боюсь тебя… - Бойся. Я свое забираю. - Ты не сможешь… - Вы мне противны. Вы поплатитесь за это. - Почему? Почему?.. - Ты сама знаешь причину. Это должно произойти. Меня просто так не убить. - Нет сил сопротивляться… - Вы должны умереть. - Я не хочу. - Это судьба. - Вновь… Опять повторяется. - Одно тело, две памяти. Ничего. - Ты слишком сильна. - А ты слаба. - Не хочу… Не хочу… - Просто уйди. Умри. Упади. Разбейся. Исчезни. - Простите меня… Девушка остановилась и злобно улыбнулась. Тучи сгустились и на землю опустилась тьма. - Ты как всегда допустил ошибку, Соун, – растянуто молвила Элеанора. – Впрочем, неудивительно. Элеанора направилась ко дворцу, радуясь тому, что вновь появилась в этом мире. «А ты молодец Грегори, понял, что к чему. Недурно, недурно. Так надавить, чтобы моя душа разозлилась, и я смогла получить контроль над телом». Элеанора уверенно шла вперед. Соун и остальные даже не догадываются, что теперь вместо Эмилии Элеанора. Очень идеальный момент, чтобы разобраться с Соуном. Когда девушка вошла в его кабинет, то увидела, как мужчина стоял к ней спиной, разбирая бумаги. Джеймс был увлечен чтением письма. Элеанора закрыла дверь. Соун бросил на неё взгляд, а затем снова вернулся к делам. - А, Эмилия, – произнес он. – Уже вернулась? Что там Грегори хотел? - Да так, ничего особенного. Её рука покрылась черным туманом, и девушка двинулась к Соуну. «Сейчас ты умрешь!». Пять, четыре, три, два. Последний шаг и… - Соун! – крикнул Джеймс. Казариан резко развернулся и увидел, как Элеанора собиралась его ударить. Он создал защитный барьер и отразил удар, а затем поразил магией девушку. Она отбила атаку и отскочила. Еще один удар. Соун был вынужден двинуться в бок, магия разрушила стол. Элеанора поменяло свое место и вновь ударила, Соун блокировал магию. Девушка запрыгнула в открытое окно. - Давно не виделись, Соун, – ухмыльнулась она. – Ты по мне скучал? Я вот по тебе да. Что, удивлен? Думали, что, если дадите этому телу другую память, оно не будет сопротивляться? Как бы не так! Что ж, спасибо большое Грегори, он смекнул что к чему, – она рассмеялась. – Только погляди на свое лицо! Как ты озабочен! Не ожидал такого поворота событий? Я в принципе тоже. Что ж, увидимся на поле боя, джентльмены! Элеанора совершила портальный скачок и исчезла. Соун молча и ошарашенно глядел в окно, а затем он дико закричал, подскочил к Джеймсу и взял его за одежду, тряся его. - Ты же говорил, что все будет нормально! Что она не вернется! - Я… - Черт, черт, черт! – он отпустил его и стал колошматить ногой по стене. - Не понимаю, – Джеймс недоуменно покачал головой. – Как так произошло? - Мне откуда знать? Я изначально знал, что эта затея будет провальной! Как мы теперь будем сражаться? Как мы теперь убьем её? - Успокойся, давай просто подумаем. Он встал посреди комнаты и потер подбородок. - Да, ситуация поменялась в корне. Видно Грегори как-то смог воздействовать на память Элеаноры и она снова стала активной. Но, с другой стороны, одно тело - две памяти. Это губительно для человека. - Это я и так знаю. Но ты понимаешь, что нам нужно действовать быстро? - Погоди. Так-так-так. Давай-ка вспомним еще раз. То, что рассказывала тебе Аделия, то что было показано в воспоминании. - О чем ты? - Смерть Элеаноры. - Ну. - В этом кроется загадка. Кажется… Кажется, сейчас появился такой шанс, раз и навсегда все это закончить. - Да не томи уже, говори. - Эмилия. Её фамилия Джулиано же, правильно? - Ну да. - Есть то, о чем я тебе не рассказал. Об этом мне поведал Кайден, когда я изучал зло Оккульты. Сам же помнишь, что Элеанора была убита, тело положили в гробницу, далеко на севере и бла-бла-бла. - Угу, – Соун скрестил руки, внимательно слушая друга. - Но никто не знает как она действительно вновь появилась в этом мире. Её гробницу случайно открыл историк по имени Лоренцо Джулиано в 1476 году. - Джулиано? Это что же получается, отец Эмилии? Которого она искала? - Да. - Ну и что? Наверняка Элеанора его убила там. - Тут самое интересное. Каким-то образом он смог телепортироваться в Кастилию, где встретился с королем и Кайденом. Они обо всем ему рассказали, и он решил искупить свою вину, исправить ошибку. Стал помогать им, а позже был назначен главой войск Кастилии. Но скрывал свою личину, носил маску и звался другим именем. И имя это - Грегори. Соун разинул рот. - Что? Погоди… Грегори – это Лоренцо Джулиано и отец Эмилии Джулиано? - Именно. - Охренеть. - Так вот. А Элеанора… Понимаешь сейчас конфликтуют две памяти, хорошая и добрая. А то воспоминание… Кажется, я понял. Когда ты мне это рассказывал, меня насторожило то, что Элеанора тоже боролась со злой и доброй памятью. То она обзывалась, затем извинялась и так далее. - Угу. Затем она умерла и из неё вырвалась тень. - Часть тени. Эта часть все еще в теле Элеаноры. Но если её уничтожить, то зло навсегда покинет этот мир. А точнее, зло Оккульты. - Но мы даже не знаем как это сделать. - А ведь на самом деле ответ был у нас прямо перед носом. Понимаешь, когда Элеанора боролась сама с собой, под конец она заплакала. Искренне и с сожалением заплакала. А затем часть зла покинула её тело. Соуна наконец осенило. - Точно! – воскликнул он. – Как же я раньше не догадался. Слезы! Обычные слезы уничтожат зло. - Нет, не достаточно того, чтобы Элеанора заплакала. Надо чтобы она пустила хоть одну слезу сожаления. - А с тем учетом, что она злая, сложно будет сделать так, чтобы она сожалела. - А теперь еще одно самое интересное. Сейчас самый идеальный момент сделать так, чтобы Элеанора пролила эту слезу. Сейчас в её теле конфликтуют две памяти. И память Эмилии Джулиано нам на руку. Если мы убьем Грегори, сорвем с него маску и Эмилия увидит своего отца, она непременно заплачет. - Звучит как план. Но и как убить Грегори? - Понимаешь, Веспаниола и Кастилия соблюдают один закон. Если идет война, то главы войск могут договориться между собой о дуэли. Ну знаешь, чтобы не проливать больше крови. Смертельный поединок. Один из них умирает и противник уходит, проиграв войну. - То есть, ты предлагаешь вызвать Грегори на дуэль? - Да. Я уверен, что он согласится, так как если нет, то солдаты будут считать, что он трус. А портить репутацию ему незачем. - Понятно. Значит мне нужно будет убить его, сорвать маску и тогда… Конец? Конец войне и злу? - Да. - Я и подумать не мог, что все так в корне изменится. Но мы должны действовать, немедленно. Соун кивнул в сторону выхода и вместе с Джеймсом они направились в сторону конюшни. Оседлав лошадей, они выехали за ворота и пустили их галопом. Достигнув лагеря Грегори, Соун увидел, как он вышел из своего шатра, вместе с Элеанорой. Соун даже не стал слезать с лошади, так как разговор предстоял короткий. - Я, Соун Казариан, – начал он, – как глава своего войска, чтобы не допускать больше крови, вызываю генерала Грегори на поединок. Драться будем насмерть. На мечах, без магии. В случае моей победы, Кастилия покинет Веспаниолу. Грегори долго смотрел на Соуна, прежде чем ответил. - Я принимаю вызов. Завтра в полдень.