I believe I can fly

Ночь-время долгожданного отдыха, которое, к великому сожалению, заканчивается всегда быстрее, чем хотелось бы. Для некоторых людей эти несчастные часы дают возможность хоть немного отвлечься от своих проблем, забыться и получить покой. Мирно спящие юноши, которые, как новорожденные щенята, жались к телам друг друга в поисках тепла, улыбались и жмурились от яркого света. Октябрьское солнце по-доброму стремилось оповестить несчастных людей о наступлении понедельника. Будильник прозвонил еще пять минут назад, но парни никак не желали вставать. Все же, сколько бы тебе лет не было, по утрам все выглядят поразительно одинаково. Сехун лениво закинул ногу на несопротивляющегося старшего и капризно вытянул губы уточкой. Время по-прежнему неумолимо тикало, и чужой сон ему был откровенно до лампочки. Лухан осознавал это, поэтому уже через минуту, нехотя отбрасывая холодную конечность со своего бренного тела, встал с постели. Подойдя к окну, он отдернул прозрачные шторы и по врожденному зову начал пробуждаться. Начиналась рабочая неделя, а значит-пора творить. -Сехун!,-крикнул Лу,-подъем! Труба зовет! Не заметив никаких изменений тела на свои слова, старший прибег к более радикальным мерам. Схватив сильной хваткой все еще оголенную ногу, торчащую из-под одеяла, он резко дернул вниз, утягивая за собой своего зомби. Хун шумно упал на пол и тяжело смиренно вздохнул, чем вызвал улыбку у Лу. -Просыпайся, сонный мух,-вновь ласково призвал он. У Се не оставалось другого выбора, кроме как встать. Ворча себе под нос что-то нечленораздельное, он походил на старого деда на лавочке. -Я пока пойду и сделаю нам завтрак. Многоуважаемый господин О, не в вашей компетенции опаздывать,-лукаво подмигнул Лухан и скрылся за дверью. Младший лениво направился в ванную. Медленно водя щеткой во рту, он начал корчить рожицы своему же отражению. Все в порядке, это Се. Из кухни тем временем маняще пахло свежим кофе и клубными круассанами. Лу суетливо вертелся у плиты, завершая готовить яичницу. Фартук украшал талию парня, а растрепанная макушка дополняла домашний образ. Только вышедший из душа Сехун невольно засмотрелся на такую прелестную картину, но был быстро рассекречен старшим. Вскоре,во время плотного завтрака парней отвлек звонок. Это был шеф макне, который радостным голосом сообщил, что на работу сегодня можно не приходить. Се тяжко вздохнул, но старший был в отличном настроении и разрешил остаться. У самого Лухана, как известно, была работа свободной занятости, о чем он и сказал сияющему младшему. Однако вид деятельности все же уточнять не стал... Утро быстро сменилось днем. В октябре в этом году было очень сыро и холодно, но сегодня на исключение светило солнце. Лу считал это неким знаком, даже не вспоминая об одной очень важной детали. Сехун смотрел новости, с аппетитом поедая снеки и не желая двигаться, а вот старший напротив отправился прибраться в гостевой комнате. Он чувствовал себя Золушкой, только на этот раз она была счастлива работать по дому и знать, что в нескольких метрах от него сидит особенно важный человек. Лухан поставил ведро с водой у распахнутого окна, встал на подоконник и взял в руки уже подготовленную тряпку. Но вдруг солнце скрылось за плотной пеленой. Окно резко запотело, а вода в ведре превратилась в лед. Тряпка стала каменной на ощупь, и подоконник постепенно начал трескаться. Все это действо очень напоминало приближение дементоров в Гарри Поттере. Только реальность куда гуманнее- эти знаки вызывали в душе только радость. Стекла перестали леденеть, и термометр наконец остановился в одной отметке. Это могло означать только одно. Хань неспешно повернулся от окна и ничуть не удивился. Брат вновь пришел, как и обещал. На этот раз Умин выглядел гораздо более реалистичнее. Русые волосы красиво спадали на светлый лоб, а из-под белоснежных одеяний, в разрезах, торчали большие расчесанные крылья, которые занимали все свободное расстояние вокруг хрупкого ангела. Его кожа по-прежнему сияла изнутри, но тело уже не являлось материей. Это значило, что брат отпросился не на несколько минут. -Мин,-обеспокоенно начал Лухан,- я совсем забыл, что ты придешь сегодня. -У наших случился переполох, поэтому мне разрешили уйти на несколько часов. Все уже тоже волнуются о тебе, ведь ты так долго не приходил к нам,-заботливо улыбался брат, присаживаясь на застеленный диван. Поверхность мебели почти никак не отреагировала на неосязаемое тело, лишь на мгновение прогнулась и слегка покрылась чуть заметным инеем. -Хен, я так полагаю, о моих новостях ты уже прекрасно осведомлен. Теперь твоя очередь докладывать,- потребовал Лу, усаживаясь напротив и откидывая уже давно забытую тряпку. -Исин и Чунмен опять вляпались в историю. Наш Лэй должен был свести парня с достойной девушкой, но промахнулся и попал в его сводного старшего брата,-обыденным тоном рассказывал Мин, делая вид, что не замечает еле скрываемой усмешки Ханя,-Теперь у Всевышних полнейший бардак, никто не знает, как уничтожить эту связь! -Это вполне в репертуаре СинСина,-Лухан не был завязан во всеобщем ужасе предстоящего греха земных, поэтому реагировал не так остро. Он даже удивлен не был, зная стиль непутевого ангела-купидона. Если это Лэй, значит, ничего не обычного. Тем временем, Умин принялся оповещать брата о предстоящей стачке с излишне наглыми демонами, которые все чаще норовят перехватывать чистые души на свою злую сторону. -Это произойдет примерно через месяц. Место сбора ты сам прекрасно знаешь. Нам понадобится серьезная помощь. Ты будешь козырем, ведь никто из того древнего племени не знает о твоем существовании,- брат говорил размеренно, будто читая по бумаге. Судя по всему, весь план уже был продуман, и роли определены. Вскоре братья забыли обо всей официальности и начали просто болтать и забавляться, как делали бы это обычные смертные, без лишних проблем и запретов. В некоторые моменты память серьезно подводит, стирая ценные предосторожности. Задорный смех парней разносился по комнате все громче и громче, из-за чего холод от искренности тела ангела увеличивался с каждой минутой. Стекла вновь начали запотевать, тем самым явно предупреждая о грядущей опасности. Но братья слишком долго не виделись, поэтому даже не заметили никаких изменений... Внезапно совсем рядом послышался звонкий грохот битой посуды. Парни наконец очнулись от опаснейшей для них нирваны и резким движением обернулись к двери, испуганно подскакивая с места. Смертельная оплошность. Ожидающий крах. Отчаянная безответственность... В проеме застыл Сехун. У ног его одиноко лежали многочисленные осколки бывшей кружки,а вокруг растекалась лужица все еще горячего чая. Острые концы впились в молодую кожу, царапая, кипяток обжигал стопу, но Се не чувствовал ничего. Он находился в состоянии шока и даже не сразу словил мурашки от леденящего воздуха. Лицо постепенно синело, губы приобретали неестественный цвет. Хун в упор смотрел на светящуюся оболочку, смутно напоминающую человека, и пытался проморгаться. Но сколько бы попыток не было совершенно-картина не менялась. В глазах резко потемнело, и тело на несколько мгновений потеряло равновесие. Младший пошатнулся,но, едва не упав, вовремя схватился за дверную ручку. Се мысленно прозвал себя сумасшедшим и почти плакал от отчаяния, потому что теперь он точно перестанет быть нужным кому-то и так и не полетает с любимым хеном. Лухан в ужасе смотрел на окровавленную ногу и судорожно сглатывал. Умин, в свою очередь, стоял ни жив, ни мертв, и лишь перебирал в голове совсем печальные картины своего будущего. Нарушение одного из основных Всевышних правил им точно никто не простит. Лу не выдержал и,вопреки оцепенению, подлетел к Сехуну, чтобы хоть немного оттолкнуть парня от опасной зоны. Младший не сопротивлялся и обессиленно рухнул на диван. -Ты...ты тоже его видишь?-с нескрываемым ужасом в глазах хрипел Се, тыкая трясущимися пальцами в онемевшего Сюмина. Крылья от страха невольно прижались вплотную к спине, поэтому Хун их пока не видел. Исчезнуть сейчас также, как и вчера, старший не мог. По договору он будет полуматериален еще целых несколько часов. А сделки в ином мире, в отличие от земного, всегда были нерушимы... -Се, послушай меня внимательно, хорошо? Постарайся принять все то, что я тебе скажу,-умоляюще смотрел на него Лухан, сидя перед парнем на корточках и ласково поглаживая мягкую кожу щеки. В действительности, старшего трясло с огромной силой, будто под действием электрического тока. Но показывать это ему категорически запрещено. Сейчас Лу должен быть сильнее, чем кто-либо... Сехун завис на несколько секунд, но, сосредоточившись на теплых прикосновениях, слабо кивнул. -Это мой брат. Его зовут Сюмин и...-старший замялся-, он не человек. Слова сейчас казались до чертиков абсурдными. Се внимательно изучал стоящее рядом полутело и, во всяком случае, не имел никаких доводов не верить или возражать. Ведь это в десятки раз лучше, чем прослыть безумцем. -Значит, ты знаешь его? У меня нет галлюцинации?-с надеждой воскликнул младший, до сих пор не понимая, что за материю он видит перед собой. Речь с черепашьей скоростью возвращалась, а мозг чуть привык к потрясениям и уже мог вновь адекватно думать. О Сехун,наконец, возрождается, думал Лу, понимающе улыбаясь. Умин тоже светился нескрываемым облегчением. Парень, кажется, оказался сильнее, чем они предполагали, а значит, человеческая психика останется более менее нетронутой. Лицо у младшего постепенно приобретало традиционный "кирпич",видимо, он что-то обдумывал. Внезапно в ноге почувствовалась дикая боль, и от неожиданности парень заскулил и скрючился. Лухан испуганно подорвался на кухню за аптечкой, а Сюмин вынужден был сделать то, что должен ангел, несмотря на то, что это могло в лучшем случае опять повергнуть макне в сильный шок. Чем ближе подплывал к Се старший, тем шире становились зрачки бедного человека. Изящно опустившись на пол, Умин поднес светящиеся руки к поврежденной ноге. Сосредоточившись на своей цели, ладони, находящиеся теперь в нескольких сантиметрах от раны, начали издавать яркие флюоресцентные полосы. Лучи пронизывали ногу насквозь, светясь изнутри, облегчая боль. Се завороженно наблюдал за развернувшейся картиной, будто под качественным гипнозом. Удивительно, но он не чувствовал ни грамма страха перед странным существом. Лишь больное любопытство, а куча вопросов, словно стая надоедливых мошек, сумбурно плодились в неспокойной голове. Когда все действо было завершено, рана уже практически не давала о себе знать. Сехун с благодарностью смотрел на Умина, а тот лишь снисходительно улыбался, махая рукой. Вскоре с кухни вернулся блудный Лухан, дрожащими руками держа аптечку. Когда он был чересчур взволнован или напуган, то все движения его тела автоматически замедлялись. Старший становился черепашкой. Лу старательно забинтовал ногу Хуна, сохраняя абсолютное молчание. Сюмин застенчиво сидел рядом, перебирая прозрачными аккуратными пальчиками белые пояса своих одеяний. Никто не решался нарушать гробовую тишину и неловкую атмосферу, пока в один момент на младшего не снизошло осознание очень важной детали. Он боялся спросить и боялся услышать шокирующий ответ. В конце концов, юность всегда побеждала. Се решил выполнить все в своем стиле и ,в случае чего, перевести ситуацию в шутку. -Хен,-тихо начал младший, бегло кинув серьезный взгляд на Ханя,-Сюмин-твой родной брат? Старший в мгновение ока осознал, к чему тот клонит. -Да...-такой же тихий ответ. Младший старался сохранять спокойствие. -Значит, ты тоже...не человек?-долю сомнения в глазах видно невооруженным взглядом. Однажды это должно было произойти, смиренно думал Лу, грустно вздыхая. -Да... Более слов не было сказано. Сехун вновь притих, стараясь отойти от шока. Лухан с Сюмином переглянулись. В глазах обоих виднелось отчетливое понимание того, что больше ничего не будет, как прежде. С этого дня им предстоит строго контролировать человека, знавшего их тайну и лишь надеяться на добросовестность и ответственность юного парня. Поток мыслей прервал хриплый полушепот. -Расскажите мне все, я прошу вас. Иначе у меня крыша поедет... Объясните, выложите всю вашу историю. С самого начала и до сегодняшнего дня. В конце концов, я же должен быть оповещен, с чем имею дело. Сехун выглядел крайне серьезным. Он действительно готов был все принять, и это не являлось наигранностью. Актеры ушли со сцены, софиты погасли, зрители садистки предвкушают. Занавес закрылся. Спектакль остановлен на антракт... Прошло довольно много времени с той поры, как трое парней, мирно рассевшись треугольником лицом друг к другу, вдавались в воспоминания. История ангелов продолжалась не один, и даже не два часа. Сехун, пусть и являлся всегда очень неусидчивым, внимательно слушал, улавливал каждое слово, не отвлекаясь на внешние звуки. Он очень долго изучал крылья старшего ангела, с восхищением ощупывая каждое перышко; специально для младшего Умин постарался проявиться максимально осязаемо. Се все принял, как должное, как испытание, которое они все вместе обязаны преодолеть. Мистер О больше не был равнодушным "кирпичом". Он лишь грустно бросал обеспокоенные взгляды на Лу, которому, к сожалению, даже в этом плане пришлось стать белой вороной. Только недавно по-доброму светившее солнце уже спешило скрыться за горизонтом, окрашивая перистое небо в неординарные ярко-розовые тона. Шел октябрь, и день с каждым днем становился все короче и короче. Может быть, именно поэтому невинным ангелам, посланным на помощь земным грешникам-людям, даруется вечность? Пока за окном скоропостижно наступал вечер, у Сехуна, даже после длительного изложения, в запасе было по-прежнему много вопросов, которые, откровенно говоря, ему уже очертело сдерживать. -Можно мне ненадолго побыть назойливым журналистом?-нерешительным тоном спросил Се, но при этом уверенно держа подбородок кверху. Сюмин понимающе кивнул. В такой ситуации состояние несчастного парня было вполне ясно. -Почему я должен молчать о вашей природе, если вдруг опять замечу кого-то инородного? -Это не придуманная нами прихоть. Любая связь с человеком-одно из самых недопустимых нарушений законов у Всевышних. Тысячелетиями невнимательные ангелы серьезно страдали от этого. Некоторые могли нечаянно проявиться в отражении чего-либо в порыве гнева или, наоборот, излишней радости...Последствия после этого всегда были самыми непредсказуемыми... Сехун замолчал. Паззлы начали собираться воедино, строя определенные предположения и версии. Так вот почему Лухан в первый день нашего знакомства отпрянул во время поцелуя? Но...он же сам все начал тогда... Это был несдержанный порыв? От своих мыслей младший расцветал на глазах. Умин же тем временем по-доброму надсмехался. Пусть этот ребенок и пытался замаскировать свои эмоции под непробиваемым выражением, выходило у него однозначно из рук вон плохо. На рядом сидящего Лухана, в конечном итоге, макне и старший ангел просто не обращали внимания. Он уже около часа сидел неподвижно на узком стульчике, закинув ноги, и обреченно утыкался носом в острые колени, по-прежнему продолжая молчать. Лу не подавал никаких признаков жизни, и со стороны можно было решить, что тот не дышит. Его оставили в покое и старались не замечать. Он всего лишь был здесь. -Но...если то, что люди видели сущностей, происходило крайне редко и при непредвиденных обстоятельствах, почему я легко вижу тебя,незримую материю, абсолютно не напрягаясь?- с сомнением протянул младший, загружено закусывая губу. Мин тоже ничего понимал. За все время своего существования такого случая в практике никогда не было. -Я сам очень сильно поражен этим... Может, ты как-то связан с нашим миром? Похожее действительно имело место быть. Сехун погрузился в воспоминания. Ему тогда исполнилось семь лет. Ливень огромными потоками рушился на город, вымывая начисто каждый переулок. Весело играя со своими сверстниками в футбол, маленького Се ничего не заботило. В один прекрасный момент мяч выскользнул и устремился на проезжую часть. Младший без задней мысли рванул за ним и слишком поздно среагировал на тревожно и громко сигналящую груду металла, которая внезапно выехала на чересчур высокой скорости... А дальше-темнота и слепое беспамятство... Как потом ему рассказали родители, он пролежал без сознания пять дней. Никто не ждал выздоровления бедного ребенка, но врачи каким-то невообразимым образом сумели сотворить чудо... Все это Се не побоялся рассказать Умину, ведь теперь они находились в одной упряжке. И оба желали как можно ближе подобраться к истине. Старший задумчиво потер лоб и устало выдохнул. -Мне нужно будет доложить о всем случившимся нашему боссу, Суману... -Ты же говорил, что нельзя нарушать Всевышние законы! Как ты ему доложишь о том, что я все знаю?!-с ужасом воскликнул Се. -Суман растил Лухана с самого его детства и до сих пор следит за ним, будучи незримым для всех, поэтому ему можно это доверить,- уверенно держался Сюмин. Сехун понимал, что он еще слишком многого не знал, поэтому не смел спорить или вмешиваться. В районе кресла показались движения. ЛуЛу, услышав родное имя, заметно зашевелился и немного ожил. Уловившие сие вылазки парни улыбнулись и продолжили. -Хен, но если вы ангелы, что за миссию вы выполняете? Насколько я понял, вы не приставлены к одному человеку... Мин решил прервать рассуждения младшего немного раньше времени. -Мы все связаны друг с другом в этом мире через незримые нити. Наша цель-связать нужные и уничтожать возникающие временами узлы... Сехун понимал все с первого раза, что никак не было ему свойственно в повседневной жизни. Правильно,видимо, говорят, что в экстренных ситуациях концентрация увеличивается в миллионы раз. Сосредоточенное лицо вызывало у Умина смех, но он как мог сдерживался. Внезапно макне развернулся к Лухану и, кажется, вновь недоумевая, спросил встревоженно: -А как Лу может свободно проникать в ваш мир, если его внешность никак не отличается от человеческого? Лу чуть заметно улыбнулся, а Сюмин спокойно продолжал, размеренно жестикулируя. -Так как Лухан все же является наполовину ангелом, то тоже может проникать к нам неофициально, так, как всегда делаем мы. Для этого он должен совершить ритуал и испить Священный отвар, рецепт которого, к слову, известен только ему. Тогда душа сможет выйти из своей материальной оболочки на некоторое время. Существует и другой метод. Он основан лишь на подсознании. После тех же манипуляций Лу может просто лечь спать. Тело останется нетронутым, но разум будет в наших мирах. Младший был восхищен даже малейшими деталями жизни в ином пространстве. Он завороженно слушал, анализируя каждое слово, и судорожно вздыхал, если приходил к определенным для себя выводам. -Это, наверное, здорово, когда от тебя зависит чья-то жизнь...-рассуждал Се, чем тут же вызвал протестующую реакцию старшего. -Будущее многовариантно. Человек сам волен распоряжаться судьбой. Просто ныне живущие люди под влиянием окружающей жестокости перестали верить в чудо. Прошлое или настоящее-всего лишь лишь вопрос времени, а уж в нем то мы, ангелы, неограниченны...-грустно выдохнул Умин, чуть нервно постукивая полупрозрачной ногой по деревянному паркету. -Что? Вы не можете менять судьбу?! Но вы же бессмертны...-непонимающе вылупился Сехун. -Смерти не существует. Есть лишь иная форма жизни... И люди страшатся не смерти, а обычной неизвестности. - Тогда что сами обо всем этом думаете? Не уверен, что о ваших мнениях в подобных ситуациях задумываются... Младший попал в десятку. -Судьба зависит от выбора. Однако и он тоже порой не имеет ценности. Например, человек абсолютно случайно попадает по смененному у знакомых билету на самолет с технической неисправностью. В итоге происходит крушение, но погибают только единицы, в число которых оказывается этот бедолага... Се ничего не понимает из запутанных слов ангела и с каменным лицом пытается уловить главную суть. -Что ты имеешь ввиду? -Я о том, что далеко не всегда выбор человека играет какую-либо роль. Существует стечение обстоятельств, которое вам, смертным, никогда не предугадать. И именно в таких случаях мы необходимы. Младший наконец все проанализировал и показательно стукнул себя по голове, изображая крайнюю возмущенность тем, что не догадался сразу. Внезапно тело молодого ангела засветилось неестественным светом и начало медленно растворяться в воздухе. Лухан испугался и подскочил с места, хоть и знал, что произойдет в последующую минуту. Он схватил за руку бледнеющего макне и с грустью взглянул на исчезающего брата. -Что ж, мне пора...-разочарованно протянул старший, заново опоясываясь. Сехун не мог произнести ни слова. Он догадывался, что это отработанный процесс, но от всех сегодняшних потрясений уже изрядно кружилась голова и адекватно воспринимать пошатнувшуюся реальность тупо не хотелось. Во всяком случае, Се был уверен, что они еще не раз увидятся. Умин широко улыбнулся, махая рукой на прощание. -Счастье в жизни есть мы сами. Так что дерзайте, малышня!- взмахнул рукой ангел и, неожиданно по-озорному подмигивая, скрылся после звонкого щелчка пальцами. Лу прекрасно помнил, что Сюмин предчувствует будущее, поэтому от последней фразы настроение значительно подскочило вверх. Он мечтал о чем-то светлом и был счастлив. Все, что им оставалось сейчас-это верить и ждать... На улице вновь шел дождь. Нередкое явление для осени, но люди искренне удивлялись каждому подобному случаю. Сегодня небеса воистину разразились не на шутку, скидывая свою злость крупными каплями свысока. Гремел гром,и молнии ломаными яркими линиями разрезали мирную землю, будто стараясь заставить ее дрожать. После исчезновения ангела прошло уже более получаса, но неловкое молчание сохранялось до сих пор. На душе был тяжелый осадок, усиленный вопросами о предстоящих действиях. Сехун особо не заморачивался по этому поводу и тихо переваривал всю информацию, полученную за сегодняшний день. Хань,напротив, чересчур загрузился данной ситуацией и растерянно перебирал варианты их с юным парнем будущего. Он наконец осознал, что Се с недавнего времени стал очень много значить для него и теперь панически боится расставания. Как продолжать вечное существование и помогать людям, если все мысли, скорее всего, будут заняты лишь одной личностью? Младший видел заметные изменения в эмоциях Лу, он бледнел с каждой минутой гробовой тишины. Се хоть и являлся юнцом, но уже прекрасно понимал немые сигналы мудрого ангела. Именно поэтому макне и решил первым издавать хоть какие-то жизнеподобные звуки, разряжая нагнетающую атмосферу интересующими вопросами. -Сколько тебе лет на самом деле, хен?- нерешительно начал Сехун, зная, что Лухану от вопроса будет не по себе. -Сто двадцать три...-как-то совсем безразлично прошептал старший, будто окончательно закрываясь от внешнего мира. Словно раскаты грома за окном разрезали мирное небо, он потихоньку отделял себя от жизни. А этого Се вовсе не желал допускать... -Хен, не отрекайся от меня понапрасну... Я же говорил, что останусь, даже если нам будет что-то всячески мешать... Уверенность младшего знатно льстила. Несмотря на всю сложность ситуации, он по-прежнему являлся кремнем. Ангел улыбнулся. Хорошо, он с удовольствием примет новые правила игры. Если рядом с ним будет Сехун, они обязательно справятся. В конце концов, в случае ошибки Умин, Суман и даже СинСин с Сухо не заставят себя долго ждать. Понаблюдав немного за просветлением лица напротив, макне заликовал. -Хань...мне любопытна одна вещь,-ненадолго замялся Сехун,- можно ли мне посмотреть на твои шрамы? Старший погрузился в глубокий ступор. То, что он столько времени скрывал от окружающих, сейчас требовали обнажить. Он серьезно колебался, хоть и понимал, что если Се теперь все знает и поддерживает его, это однажды произойдет в любом случае. Наконец, придя к определенным выводам, Лу решился. Он медленно встал из кресла и на притворно негнущихся ногах развернулся с макне спиной, робко водя хрупкими плечами и всем видом демонстрируя, что на этот важный риск он пошел только ради Се. Максимально оттягивая время, Хань начал расстегивать рубашку. Младший нетерпеливо покусывал губы и елозил на одном месте. К этой картине он должен был как-то морально подготовиться. Удивительно, но странный интерес к мистике возник у Сехуна еще в детстве. После той злополучной аварии он начал усиленно расспрашивать всех знакомых о иных мирах и наличии жизни после смерти, любопытство не отступало ни на шаг. Однако его никто не понимал. Что ж, Се всегда был гораздо мудрее, чем сверстники… Немного повзрослев, он все-таки осознал бесполезность своих исследований. «Если что-то инородное и существует, люди никогда не узнают об этом. По этой причине оно и названо неопознанным и чрезмерно загадочным»,- решил Сехун, уверенный в своих предубеждениях, и совсем скоро вовсе забыл об этом. Когда младшему исполнилось шестнадцать, они вместе с другом, Ким Чонином, поступили в школу танцев, которая была весьма почетна у общества и очень привлекала юношей. Вскоре, в силу своего упорства и терпения, парни были повышены в статусе. И теперь они уже сами являлись постановщиками номеров, своеобразными гениями в данной области. Их школа активно сотрудничала с театрами города и нисколько не возражала против актерских самовыражений самих танцоров. В числе самых амбиционных, как обычно, присутствовали Се и Чонин, которого ныне люди величают Каем. Любимой фразой макне на тот момент была:«Все в твоих лапках», сказанная чересчур самодовольно и высокомерно. И даже в явлениях, профессионально разработанных сценаристами, младший умудрялся вставить мистические начала. Если это была любовная мелодрама, то на сцене разгоралось страстное пламя. Танцоры буквально летали по театру с помощью редких трюков или незаметных тросов. Маленькие балерины, словно юные невинные Божества, возвышались под самый потолок и незаметно дарили поглощенным зрителям веру и тепло. Если же это была фантастика, то с первых же минут развернувшейся перед удивленной публикой картины выплывали образы демонов, облаченных в черные потрепанные одеяния, или мифических существ, о которых бы ни один нормальный человек даже и не подумал бы. Они были способны чуть ли не огнем дышать или же вовсе телепортироваться. Да, с новейшими спецэффектами и бурной фантазией постановщиков можно сотворить, что называется, чудо на земле. И, наверняка, именно поэтому Сехун довольно спокойно принял шокирующую реальность. А впрочем Бог его знает… Лухан все же осмелился снять мешающую рубашку, предварительно поводив шелковой тканью по мягкой коже. Младший застыл. Обзор на шикарную спину был резко и жестоко испорчен. В районе лопаток, среди всей мягкости и нежности сияющей плоти, располагались два больших уродливых шрама, которые своей чернотой и небрежностью невольно заставляли открывать рот от ужаса. Лухан стыдливо опустил голову, будто собираясь заплакать. Еще никогда раньше он не ощущал себя таким ничтожным… Сехун медленно встал и вплотную подошел к старшему, сохраняя размеренное дыхание. Холодными пальцами он начал аккуратно поглаживать давно зажившие раны, стараясь придать своим действиям наибольшую заботу и ласку. Лу чувствовал всё и, немного поежившись от внезапной прохлады, сквозь слезы мог только счастливо и облегченно улыбаться. Прикосновений совсем скоро стало чертовски мало. Се не смутился, и через мгновение пальцы сменили губы. Младший не был готов останавливаться, когда чувствовал перед собой разгоряченную молодую кожу. Маленькие нежные поцелуи не пропускали ни единой свободной клеточки тела ангела. Все громче причмокивая, он заставлял старшего краснеть и смущенно вертеться в железной хватке. Когда каждый сантиметр был внимательно обласкан, никто из двоих уже не чувствовал под собой ног. Пелена чувств накрыла их с головой, пожирая полностью и заключая в свои порочные объятия. Оба прекрасно осознавали род совместных желаний и, на удивление, даже сам Лу, который всегда боялся всего за двоих, никак не казался чем-то обеспокоенным. Только в оленьих глазках можно было разглядеть толику паники, но так как она не вылезала наружу, значит, все было в порядке. Для убедительности Се решил во всем окончательно удостовериться. А все потому, что в глубоком страстном поцелуе, однозначно требующем продолжения, невозможно было поймать хоть свободное мгновение, чтобы элементарно отдышаться. Трение бедрами друг о друга продолжалось уже, кажется, вечность. И чем дальше, тем труднее останавливаться. Становилось жарко. -Лухан…-задыхаясь, шептал пунцовый макне,- только не волнуйся…Я очень хочу быть с тобой рядом…Мы все сделаем так, что никто даже не догадается… Просто сейчас мне будет слишком трудно сдерживаться и строить из себя благоразумного…-бормотание приобретало умоляющий вид. Старший внезапно для себя чарующе улыбнулся, притягивая на всякий случай Сехуна поближе. -Если ты сейчас попробуешь остановиться,- горячий шепот прямо в губы,- тебе не жить… А дальше все, как в густом тумане. Ноги подкосились, и Се, затормозив, едва успел подхватить небесное создание. Он чувствовал, что сил просто не хватит нести его в спальню, но их, похоже, это не колышило. Младший максимально аккуратно уложил ангела на мягкий пушистый ковер под ними и утонул в очередном глубоком поцелуе, так и не отпуская стройные ноги из-под своих предплечий. Суетливые ладони забрались под замызганные домашние брюки Лу и одним движением сняли мешающую часть гардероба, под которой, совсем кстати, белья не обнаружилось. Минуты летели секундами. Ангел пунцовел под пронзительным взглядом макне, но не пытался укрыться. Сехун не мог насмотреться на свое сокровище, так развратно сейчас раскрывшееся перед ним. Наконец, преодолев свой культурный порыв, он наклонился к молодому телу и впился губами в изящную сочную шею. Нежность из парня била ключом, и в порыве он нескоро заметил, как старший капризно тянет неподдающуюся футболку Се дрожащими ручками. Он проронил смешок, чмокнул Лу, не желая даже на секунду отрываться от манящего ангела, и все же торопливо скинул ненужную тряпку на пол. На фоне белого ковра Лухан смотрелся потрясающе…Но к нему теперь прилагалось множество засосов и красное личико. Он буквально задыхался от наслаждения. Парни соприкасались разгоряченными телами, создавая сильный эффект трения, и чуть слышно стонали от нетерпения. Связанные чувственными объятиями, они бы предпочли провести свою вечность именно так. Губы Сехуна проходились по всем открытым участкам кожи, начиная с хрупкого, еле заметного кадыка и заканчивая впалым пупком, подрагивающим от легкого волнения. Особое внимание Се заострял на взбухших сосках, ласково обводя их ловким языком и чуть всасывая в себя. Лу метался по полу, подгибая пальцы на ногах, и даже не пытался вернуть себе размеренное дыхание. Незаметно младший закинул ноги ангела себе на плечи, а руки застыли перед задним проходом. -Лухан, я обещаю, что буду крайне осторожен,- зашептал Се, осознавая, что это будет первым разом у его невинного создания. Старший, словно находясь в бреду, кивнул несколько раз. На самом деле, сейчас ему можно было говорить все, что хочется. Потому что, находясь в эйфории, Лу не соображал ровным счетом ничего. Он согласился бы, даже если было бы предложено перейти на сторону тьмы. Тем временем в горячее тело уже погружался один палец. Се внимательно следил за любым изменением выражения лица напротив, а старший старался не морщиться на неприятных ощущениях и терпеть. Вскоре вошел второй палец, и Лу уже не был так уверен в своих убеждениях, но и останавливаться сейчас не горел желанием. Когда у прохода возникла третья фаланга, Хань ,наконец ,застонал. Но не от боли. Этот чертов пальчик умудрился с первой же попытки попасть по заветной точке внутри и заставил вновь взлететь, как однажды в парке. Штаны сильно стягивали в паху, и Се решился-таки ненадолго оторваться от ненаглядного. Когда оба тела были полностью обнажены, старший тоже невольно засмотрелся на любимое тело. Высокий, спортивный, красивый и надежный. Идеальный…,эпитеты не заканчивались в голове у Лу, мощным потоком разнося в пух и прах итак не соображающий мозг ангела. Поцелуи не останавливались. На замену пальцем пришла плоть младшего. Нерешительно зависая на несколько секунд, он наклонился и нежно чмокнул раскрасневшегося Лу в лоб. Уверенность возрастала вновь вместе с похотью и желаниями. Член плавно проникал в хрупкое тело небесного слуги, но тот даже не думал дергаться. Возможно ли, что людские боли и страдания им не подвластны? Возможно ли, что их пощадили и даровали им лишь светлоту? Факт никак не подтвержден, но Лухан не чувствовал ничего, кроме сумасшедшего наслаждения. На Земле так хорошо не бывает... Парни постепенно набирали огромную скорость, и с каждым толчком издавали звуки, больше похожие на крики, нежели на стоны. Плоть младшего будто бы протыкала насквозь все тело Лу, казалось, что она будет выпирать сквозь тонкую кожицу. Удивительно, но Сехун моментально выбрал правильный угол, стараясь доставить максимум наслаждения робкому и неопытному хёну. Каждый раз толчок приносил несусветное счастье обоим. Пропитанные потом тела,наконец, слились воедино. Сердце отбивало бешеный ритм, уставшие улыбки становились все шире. Парни прислонились мокрыми лбами друг к другу и переплели пальцы, с силой сжимая крепкий замочек. Счастливцы сейчас заключали свою, главную, тайну,одну на двоих,с головой растворяясь в страсти и нежности. Небеса были ясными, несмотря на позднее время суток. Души утопали в тесной связи, которая, кажется, и без помощи ангелов становилась крепче каната. И лишь небо невольно оставалось безмолвным свидетелем сего чуть волшебного действа. Время продолжало бежать с неземной скоростью. Сколько уже прошло с начального момента, никто даже не догадывался. Час? Два? Или же вечность? Температура в комнате стала высокой и резко обжигала нос. Воздух стоял спертый и пропитанный смесью запахов. Влюбленные почувствовали скорую разрядку ,и Се не мог не сделать этот момент особенным. Вскочив из лежачего на Лу положения, он потянул того за замочек из переплетенных пальцев, заставляя парня привстать. Нехотя расцепив руки, Хун сел на ковер, чуть сгибая колени, и закинул ноги Лухана за спину, тем самым, усаживая парня к себе на бедра, создавая этим слишком близкое соприкосновение телами. Теперь парни могли неотрывно смотреть друг другу в глаза. Будто давние любовники, все действо выглядело безумно интимно и нежно. Любящий взгляд не перемещался ни на секунду. Парни поцеловались, оставляя между губами тонкую ниточку блестящей слюны. -Лухан, я люблю тебя, слышишь? –на издыхании прошептал Се, словно страшась всё забыть. -Я…Я, кажется, тоже люблю тебя, ребенок,- хрипло просмеялся Лу, зарываясь в густые волосы на затылке. Толкнувшись особенно проникновенно, словно напоследок, прогремел долгожданный пик наслаждения, о котором так любили разговаривать земные. Смертные попросту прозвали его оргазмом, а ангелы-отделением души от ее материальной оболочки. Хань ощущал сейчас нечто похожее, только в тысячи раз возвышеннее. Он будто летал под облаками, вдыхая в легкие вместо привычного кислорода запах родного вспотевшего тела. Лу изящно выгнулся всем телом, немного потрясся в конвульсиях и обмяк, устало падая на пушистый ковер. Сехун кончил следом за старшим, впиваясь от нахлынувших чувств в ключицы напротив. Макне восстанавливал дыхание, водя носом по разгоряченной коже парня под ним. Что сейчас произошло? Голова была не в состоянии размышлять, зато сердце отчаянно твердило, что это являлось правильным решением. Не зря именно сердце и рекомендуют слушать во всех щепетильных ситуациях-оно никогда не спит и вечно готово к бою. Ночь незаметно перешла к своим истинным правам. Вокруг стояла гробовая тишина. Не шумели соседи, не капала в кране вода, даже птицы будто замерли без движения, впадая в немую кому. Деревья не колыхались от ветра. Весь мир словно застыл во времени, автоматически останавливая всю жизнедеятельность за территорией дома, в котором, к слову, также никаких признаков движения не наблюдалось. Луна бледным пятном отражалась в грязном запотевшем окне, частично даруя миру спокойствие и уют. И возможно, где-то на другой стороне мира в эту саму ночь зародится новый юный человечек, а для кого-то может быть ночь станет решающим моментом в жизни, без каких-либо намеков на покой. Этого даже всемогущие ангелы не способны предсказать… Зато два тела, опьяненные теплом друг друга, одновременно отправившиеся в царство Морфея в немного неподходящем месте, на все том же белом пушистом ковре, многое могли бы о себе сейчас рассказать тем, кто хоть на чуточку сомневается в своих чувствах. Двое спящих юношей, будучи по-прежнему полностью обнаженными, мирно посапывали, соприкасаясь носами друг с другом и разделяя даже доступный кислород напополам. Их ничего не волновало. Ничего кроме рук, крепко сцепленных пальцами в замок. В замочек, ключи от которого никто, кажется, в скором времени искать не собирался…