Умри насчёт "три".

Три.

Развлечься? Что он хотел этим сказать? Не говоря не слова больше, Саске больно схватил девушку за плечи и швырнул на кровать. Послышался тот самый режущий слух скрип заржавевших пружин. Сакура ахнула. Всё-таки не приятно было приземлиться спиной на жёсткий матрас. Такой же жёсткий, как сам Учиха. Тут и пол покажется мягким. Парень, как грозовая туча, навис над девушкой, прожигая её взглядом ониксовых глаз. В зелёных очах куноичи ясно читался страх. И пусть боится! Он уже не тот Саске, которого она знала раньше. Его больше нет. Он погиб в ту же ночь, что и его семья. А этот человек с лицом возлюбленного Сакуры агрессивен, жаждущий убивать, ведомый своей местью. Они все ему заплатят. Сполна. И первой всю его злобу и ненависть вкусит Сакура, ощутит чувство мести на своей шкуре. Месть будет весьма своеобразной. Каждому своё. - Я убежден, что страдание и боль других доставляют нам удовольствие, и немалое. - прорычал Саске, разрывая на Сакуре её красную кофту. Девушка, не на шутку испугавшись, принялась оказывать активное сопротивление, чем лишь ещё больше раззадорила Учиху. Ну что она против него может? Всё, на что она была способной против него - это пощёчина, которая прошлась по лицу брюнета. О, лучше бы она этого не делала. Парню это явно не понравилось. Схватив Сакуру за волосы, он отвесил ей ответную оплеуху. Та была больнее в разы. Щека моментально раскраснелась и начала гореть. Из глаз девушки потекли слёзы. Почему он так жесток с ней? Чем она это заслужила? Просто она была в неудачном месте, в неудачное время... Заметив, что сопротивление со стороны своей бывшей напарницы чуть ослабло, благодаря пощёчине, которая выбила на время из неё всю дурь, парень продолжил начатое. Отбрасывая красные лоскутки ткани некогда бывшей кофты, Саске немедленно произвёл то же самое с бюстгальтером. Харуно заплакала пуще прежнего. А что он? Ему нравится видеть её слёзы. Нравится знать, что он - причина этих самых слёз. Харуно много раз в своих самых заветных мечтах представляла то, как Саске будет с ней нежен. Как он, спрашивая разрешения, лишит её девственности, смахивая слёзы с девичьей щеки, целуя в знак утешения. Как будет шептать тот страстный бред ей в уши, заставляя раствориться в нём. Она думала, что всё будет именно так. Берегись своих желаний. Это лишь её грёзы, реальность оказалась куда страшнее. В её мечтах - он нежный и ласковый юноша, в действительности - холодный и жестокий убийца, не знающий жалости. Она ему чужда. Сострадание, любовь - первые признаки слабости. А он не может быть слабым. Он отказался от этого во имя своей мести, которая никогда не сделает его счастливым. Оно ему уже и не нужно. Он хотел этого когда-то давно, но не теперь. Всё быльём поросло. Саске спустился ниже, сдёргивая с бёдер Сакуры юбку и чёрные шортики под ней, оставляя её в кружевных трусиках. Парень присвистнул. Ну а чего он ждал? Она же девушка. Нет ничего удивительного в желании быть красивой во всех местах и носить такое бельё. Руки Саске резко переместились на оголённую грудь Сакуры, которая заметно округлилась с годами. Почувствовав прикосновение холодных рук брюнета к своей груди, Сакура вздрогнула и со слезами на глазах попыталась их убрать, но куда там, Саске был сильнее неё и её слабых попыток выбраться, отгородится от него. Парень прильнул к розовому соску губами. Куноичи вскрикнула от неожиданности. Одной рукой парень облокотился на кровать, а другой до боли сжал в ладони женскую грудь. Сакура закусила губу, уже прокусывая её до крови. Не так представляла она себе этот интимный момент. Всё должно было происходить по любви и по обоюдному согласию. Но Саске пошёл коротким путём, наплевав на то, чего так хотела Харуно. Она уже и так должна быть счастлива, ведь он возжелал её. Какая разница, каким способом? Пока горячий, умелый язык парня был занят соском девушки, пытающейся освободится, рука брюнета спустилась ниже, вырисовывая на коже плоского живота узоры. Пальцами он оттянул лямку трусиков и наполовину фаланги пальца вошёл внутрь влагалища, которое, естественно, было сухим. Не одной девушке не понравится факт изнасилования, соответственно, не о каком возбуждении не могло быть и речи. Сакура громко простонала. Не от наслаждения. От унижения. Палец парня двигался быстро, массируя стенки влагалища, разрабатывая их, но никакого удовольствия, даже мимолётного, Сакура не испытывала. Лишь неприятное чувство внизу живота. Саске осточертела эта прелюдия, поэтому он оторвался от соска, спустившись ниже. Поняв, что он намеревается сделать, Сакура инстинктивно сжала ноги, но Саске силой их разжал, разводя их в стороны и устраиваясь поудобнее между ними. Расстегнув до конца свою рубашку и припустив штаны, парень достал член внушающих размеров, из которого сочилась смазка. - Хватит строить из себя девственницу, Харуно. Наверняка тебя уже кто-то имел. Тот же Уссоротонкачи. Неудивительно, ведь несмотря на то, что ты не вызываешь во мне никаких чувств, кроме раздражения, ты довольно симпатичная. Так что расслабься и получай удовольствие вместе со мной. - Прошипел брюнет. Сакура ничего не ответила, только широко распахнула глаза. Что? Что он такое говорит? Кто-то имел? Как у него язык повернулся такое сказать! Сакура была очень принципиальной девушкой, лелея свою мечту о том, что она и Саске будут вместе, хранила ему верность, не допуская даже мысли о том, что лишится девственности с кем-то другим. Это сделает только ОН. Ну что ж, она права, её желание вот-вот исполнится... Не услышав ни утвердительного, ни отрицательного ответа на своё умозаключение, Саске одним резким движением вошёл во всю длину своего естества. Сакура пронзительно закричала. Адская, жгучая боль пронзила низ живота. Казалось, будто внутри неё не возбуждённый член Учихи, а битое стекло. Из киски юной розоволосой куноичи брызнула кровь. Она ведь действительно была никем не опорочена. Была... Из глаз с новой силой потекли слёзы. Сакура плакала от разрывающей боли и унижения. Хотелось умереть. Как он мог?... - Всё-таки девственница? - Саске усмехнулся, обнажая ряд белых зубов в оскале, - Что ж, приятная мелочь. Мелочь. Её девственность, которую она так преданно хранила, лелея мечту о прекрасном будущем с ним - всего лишь мелочь. Бесчувственный ублюдок. А ему нравится то, что он забрал её невинность. Он, а не кто-то другой. Саске начал двигаться внутри Харуно. Было узко и горячо. Так приятно... Но это только ему. Сакура же плакала и кричала от ужасающей боли внизу. Острее жалит боль, когда её причиняет кто-нибудь из близких. Брюнет продолжал вколачиваться в юное женское тело, наблюдая за тем, как Сакура закрыла лицо, молясь богу, чтобы весь этот кошмар прекратился как можно скорее. Но как назло парень начал двигаться ещё жёстче, ещё быстрее, причиняя девушке всё новую боль. Сакура кричала что есть сил, вот-вот, и она сорвёт голос. Спустя какое-то время ожесточённого движения в теле Сакуры, Саске сделал ещё один сильный толчок, изливаясь внутрь девушки, получив долгожданную разрядку. Харуно вся раскраснелась. Саске быстро дышал, смахивая пот со лба. Он получил то, что хотел. Сакура всхлипывала, закрыв лицо руками. Её обесчестили, унизили. Но она всё ещё любит этого ублюдка. Даже после того, что он с ней сделал. Чувство любви в этой девушке было сильнее ненависти к нему. Слишком долго она сходила по нему с ума. И готова простить ему всё, что угодно. Что ж, пусть хотя бы ему было приятно. В груди появилась острая боль. Девушка медленно перевела дрожащий взгляд зелёных глаз. Из груди торчит лезвие катаны. Именно в том месте, где находится сердце. Из уголка рта потекла струйка крови. В голове парня лишь промелькнула мысль о том, что он будет первым и последним мужчиной в жизни этой девушки. Она и её тело не достанутся никому. Пусть он ни капли её не любит, пусть она его раздражает, но это не отменяет того, что Харуно принадлежит ему. Последнее, что увидела Сакура в своей короткой жизни, был оскал того, кого она любила больше собственной жизни.