Спичка.

Adele – Hometown Glory

Эффи Стонем никому не нужна. Она привыкла принимать таблетки по три раза в день. Привыкла есть по расписанию, принимать душ по расписанию, спать по расписанию. В целом, дышит она тоже по расписанию. Её не навещает Пандора по вечерам пятницы и никому нет дела до её психопатии, с которой ей вряд ли помогут в психиатрической клинике Бристоля. Эффи привыкла быть ненужной. Завтракать овсянкой с топленым молоком и сидеть до обеда на подоконнике, читая “Тошноту” Сартра, на форзаце которой остались инициалы “Тони С.” Эффи привыкла быть сестрой своего брата. Не здороваться со всеми на групповых занятиях и не сообщать каждый раз о том, что у неё синдром Клювера-Бьюси. - Вы, чёрт возьми, и так это знаете. Эффи привыкла к тому, что Фредди больше нет. И даже к тому, что человек, который его убил, каждый день приглашает Стонем в свой кабинет, и каждый день она рассказывает ему, как у неё дела. Привыкла к тому, что мать перечисляет деньги на лечение-которого-нет в течение полугода, но ни разу не пришла к ней. Эффи привыкла к похотливому взгляду санитара, который работал по вторникам и четвергам. - Элизабет Стонем. Сегодня вторник или четверг. Эффи привыкла к тому, что она больше не ориентируется в днях недели. - К тебе посетитель. Эффи не привыкла видеть в дверном проёме брата за хрупким санитаром в белом халате, который опять на неё смотрит. - У вас есть полчаса до ланча, - сообщает он. - Можете прогуляться. Стонем в очередной раз замечает, что на его бейдже написано имя “Бредли”, которое она регулярно забывает. А Тони стоит, облокотившись о дверной косяк и засунув руки в карманы тёмных джинс, и смотрит на неё до невозможного родным взглядом. - Ты его слышала, - говорит парень. - Вставай. Эффи не привыкла не слушать брата. Встает, закатывая рукава пижамной кофты, и выходит из комнаты, поворачивая к двери, ведущей в сад. Идёт впереди, опустив голову, и молча улыбается, потому что Тони ступает в такт её шагам. Как раньше. Эффи не привыкла здороваться со всеми, кого встречала во дворе больницы, но почему-то сейчас она приветливо кивала головой каждому, кого знала. Она направляется к лавке с видом на лес, даже не переживая о том, что Тони может отстать. Не с его длинными шагами. Садится, подгибая под себя ноги, и смотрит куда-то вперед, прищурив глаза. - Итак, - говорит Тони. - Моя сестра в дурке. Он глубоко вдыхает свежий воздух. - Чем ты тут занимаешься? - Жду, когда они поймут, что отсутствие моих эмоциональных реакций - это не алекситимия, а хроническое безразличие. Тони поджимает губы в попытке скрыть ухмылку. - Вынашиваешь план? - Когда-нибудь я отрежу яйца доктору Фэлли и заставлю его съесть их вместо завтрака. - Растяни удовольствие на два дня. - Я подумаю. Он наклоняется влево, доставая из кармана пачку, и вытягивает сигарету. - Даже не думай, - Тони подносит спичку, прикрывая огонь рукой. А она продолжает выжидающе на него смотреть. - Оглянись вокруг себя, - говорит парень. - На твоей стороне никого нет. Эффи поднимает левый уголок губ в хитрой улыбке. - У меня есть ты. Тони смотрит куда-то на голову ниже уровня его глаз. Куда-то туда, где Эффи повернулась к нему вполоборота и смотрит своим привычным взглядом. Как будто это не её пичкают таблетками, которые, он уверен, она складывала в какую-то металлическую ножку своей кровати. Как будто не она лежит в психиатрической больнице под наблюдением психопата. Как будто это всё та же Эффи, только в пижаме для сумасшедших. И он достает вторую сигарету, протягивая её вместе с пачкой спичек. У Эффи по-прежнему холодные пальцы. - Я облажалась, Тони. Она зажимает губами фильтр. А Тони отвечает: - Я знаю, Эфф. Эффи поднимает руку и смотрит на маленький огонёк, сжигающий деревянную палочку. Он переводит взгляд на так-похожий-на-его-профиль сестры и добавляет: - Мы все облажались. Тони наблюдает, как тонкие пальцы выпускают почти догоревшую спичку и вынимают сигарету, сжимая её в кулак. Эффи утыкается ему в шею макушкой, обхватывая руками колени, и Тони обнимает её за плечо. У них осталось примерно двадцать минут.