"Ты никогда не сможешь..."

Вику сильно трясло, когда она попыталась сделать себе чашку кофе. Чертыхнувшись, она забросила это дело и присела на стул. Перед ней лежал пустой белый конверт, в котором недавно Макс нашел письмо. Если сказать, что она испугалась этому письму, значит, ничего не сказать. Паника, охватившая ее, превращалась в маниакальную. На сердце ничего кроме страха, который не давал девушке мыслить разумно. Макс, наблюдавший за всей этой картиной, поднялся и решил доделать все-таки кофе. Вике следует успокоиться и тогда он сможет поговорить с ней. Поговорить им стоит хотя бы просто потому, что Макс попытается успокоить ее. Сейчас любые слова, которые попытается подобрать Макс для Вики все равно будут восприниматься в штыки. Он не торопясь сварил Вике кофе, поставив чашку перед ней, сел напротив. Она не реагировала на предложенный напиток и только молча разглядывала свои руки. Взгляд ее остановился на небольшом шраме между большим и указательным пальцем. Она провела по нему пальцем и всхлипнула. Вся ее новая жизнь, друзья, любовь все может исчезнуть к чертовой матери. -Это ведь никогда не закончится? - со всхлипом произнесла Вика. У Макса сердце кровью обливалось. Он опустился рядом с Викой на колени и взял ее руки в свои. -Вик, это письмо ничего не значит. -Как это не значит? Ты его не читал? Или плохо понял? Инициалы ПМ - это не твой отец? -Он мне не отец, - проговорил Макс, - Вик, он не написал ничего такого, чего стоило бы опасаться. Вика вскочила со стула, скинув с себя руки Макса, - Он написал, что забежит на чай! Понимаешь, забежит.на.чай! - по слогам проорала Вика, - Нечего опасаться? Последний раз, когда он забегал, ты был на прицеле, а я в больничной койке, если ты забыл. Макс тяжело поднялся с колен и посмотрел на Вику. Если уж последний человек из их компании, который искренне верил в исправление души, говорит о том, что люди не меняются и ничего хорошего ждать от Морозова не стоит, то надежда действительно умерла. На самом деле, это Макс должен топать ногами и кричать о том, что как только Петр переступит порог их квартиры, он убьет его голыми руками. Но Макс почему-то молчал и только слушал, как Вика орет о том, что Морозов старший по истине недостойный и опасный человек. -Ладно, я понял, - Макс прервал крик Вики. Ему было плевать на какой фразе он ее сбил, что слова совершенно не подходят к ее монологу. Ему было вообще все равно. Почему-то стало обидно, что любимая девушка не может понять Макса и хотя бы просто послушать его доводы. Он вышел из кухни и направился в спальню. В голове был полный ураган мыслей. Он уже и забыл о том, что полчала назад с Викой они только помирились, а сейчас снова находятся в состоянии холодной войны. Проблема их отношений состояла в том, что оба они были непроходимыми упрямцами, а слушать друг друга отказывались. Точнее слушать, то слушали, а вот не слышали. Поэтому каждый скандал напоминал последний день Помпеи, а примирение акт капитуляции. Абсурд, конечно, но прощение они просили друг у друга по очереди, как бы тем самым подтверждая, что они просто не умеют уступать. На данный момент в голове Макса стояла картинка из больницы, когда Петр Морозов навел на него пистолет. Ведь он мог, мог убить своего сына, который подпортил ему кровушки вместе с друзьями. Этим выстрелом он бы выслужился перед фашистами. Но он не сделал этого и, почему-то Макс считал, что причиной этого были ни те два амбала, которые стояли позади Морозова старшего. Наверное, именно из-за этих мыслей, Макс был не против встречи с Петром. *** Если говорить о психологии поступков, то Петр Морозов и сам не часто понимал свои действия. Это дурацкое письмо, которое он положил в почтовый ящик своего сына и его девушки, тоже не поддавалось никакому анализу. Хотя, он прекрасно знал, что этим письмом здорово напугает Викторию, пугать кого-либо он на самом деле не хотел. Просто в один прекрасный день он понял, что жизнь несколько короче, чем ему хотелось, что в его сердце все-таки есть еще хоть какие-то эмоции и, что эмоции эти, главным образом принадлежат его несостоявшемуся сыну. Каким бы ни казался Петр Морозов подонком каждый человек с рождения наделен душой. Правда, каждый распоряжается ей как хочет в продолжении жизни меняет ее, но душа есть у каждого. Когда Князь предложил Петру небольшую сделку, которая сулила Морозову свободу, он задумался. Предать фашистов, прекрасно понимая, что другого выхода у него нет и, что в любом случае фашисты не очень рады его провалу, было достаточно легко. Тем более за те три дня, которые он просидел в непонятном подвале, практически без воды и еды, навели его на мысль о том, что осталось мало времени, а грехов, которые надо исправить много. Начать было необходимо с самого главного - Макса. То, как он поступил со своим сыном, а теперь даже в мыслях он называл его только так, необходимо было исправлять. Он осознавал, что сделать это будет очень трудно и практически невозможно, но попытка не пытка. *** -Он сошел с ума! - громко заявила Вика, не успев присесть за столик. Они с Дашей договорились увидеться в парке, чтобы прогуляться, а заодно и поговорить. Дождь, который совершенно точно хотел затопить город, помешал их планам и им пришлось переместить свой разговор в кафе. Заказав себе чай, она без перехода решила начать с самой главной своей проблемы. Она уже пятнадцать минут, еще до прихода в кафе, рассказывала Даше о письме и о странной реакции Макса на письмо. -Вы с ним разговаривали на эту тему? - осторожно спросила Даша, -Он объяснил тебе причину такого поведения? Вика помотала головой. Почему она сама не пошла на разговор с Максимом, ответить она не могла. По всем законам семейных отношений, которые они пытались выстроить, для начала было необходимо поговорить друг с другом, а потом уже устраивать скандал. У них же не было ни разговоров, ни скандала как такового. Просто Макс закрылся в комнате, а Вика ушла на встречу с подругой. -Вы опять не хотите говорить друг с другом, - осуждающе произнесла Даша, - Ты не хочешь узнать почему Макс так отреагировал на письмо от Морозова? Максим не будет без причин подпускать к тебе твоего же несостоявшегося убийцу. Вика снова задумалась. В словах Даши была правда, которую Вика отчаянно не хотела принимать. Морозов помимо того, что был ее убийцей, также является и отцом Макса, пусть и ненастоящим. -Но он сделал столько плохого, - растерянно протянула Вика, - Он был за фашистов. -Но что-то же заставило его на них работать? Я понимаю, что он не пример отцовских чувств, но... После этой фразы повисло молчание. Даша вспоминала, как на школьные каникулы приезжала к Максу домой. Сухие и совершенно несемейные вечера, которые проводил Петр Морозов, не отличались от тех, которые проводила Мама Даши - вечно занятая и востребованная актриса. Она не могла не винить, не даже сравнить эти семейные отношения, пока не оказалась в гостях у Вики. Такая цельная и совершенно чувственная семья, казалось, могла выдержать любые невзгоды, но Даша была не права. Идеальная семья дала трещину, а потом и вовсе погрязла в кошмарах. Мама Вики до сих пор при виде дочери смахивает слезы. Вика же думала о том, что ей надо домой. Катастрофически. Поговорить с Максом и выяснить, наконец, причины по которым он хочет увидеться с Петром. Она постарается понять его. От размышлений заболела голова. Виски сдавило от давления. Вика помотала головой из стороны в сторону и потерла виски. Глаза горели огнем. Она устало посмотрела на подругу. -Ты когда ела нормально в последний раз? - спросила Дашка. -Вчера, - через паузу Вика добавила, - утром. Даша уже была готова возмутиться, но Вика перебила ее, - Не начинай. Я знаю, что так нельзя, но столько всего свалилось, что... -Ты просто не успеваешь позаботиться о самой себе. Вика закрыла глаза ладонью. Еще чуть-чуть и кажется, что она потеряет сознание. Ей вспомнилось, как она чувствовала себя, когда была закодирована. Усталость, чувство голода, головные боли - все как тогда, только сейчас это вызвано простым стрессом. -Знаешь что, Вик, - схватив подругу за руку, начала Даша, - мы сейчас поймаем такси и отвезем тебя домой. Там мы покушаем и ляжем спать. Никаких разговоров и волнений - просто отдых. Вика только кивнуть успела, как подруга потянула ее из кафе. Махнув рукой, Даша моментально поймала такси и, посадив Вику назад, сама села рядом с водителем. Даша смотрела на дорогу, изредка поворачиваясь к Вике. С каждой минутой девушка становилась все зеленее и зеленее. -Остановите машину, пожалуйста, - попросила Даша и повернулась к Вике, - Ты как? -Что-то я совсем расклеилась. Вика прислонилась лбом к холодному стеклу. Секундное улучшение и снова виски сдавило болью. -Даш, давай пешком пройдемся? -Ты с ума сошла? На улице дождь, ты хочешь совсем заболеть? Вика устало отвернулась от подруги и снова прислонилась к стеклу. Водитель медленно тронулся с места, то и дело поглядывая в зеркало заднего вида на пассажирку. Девушка морщилась от боли на каждой кочке и ухабине, но стойко пыталась сдерживать свои эмоции. Наконец, когда они подъехали к дому, девушка первая вышла из машины и встала прямо под дождь. Расслабленная улыбка расплывалась по лицу девушки. Вторая девушка расплатилась с ним и тоже вышла из машины. Дашка обеспокоено косилась на Вику каждый раз, когда Вика тяжело вздыхала. Зайдя в подъезд Вика прижалась к стене у лифта и закрыла глаза. -Плохо? Вика усмехнулась и тут же почувствовала головную боль. *** Макс долго взвешивал все за и против перед тем, как сделать то что он хотел. На самом деле идея была абсурдна и могла не принести результат. Но все же вот уже пять минут Макс сжимал телефон в руке и думал стоит или нет. Положительная сторона в итоге пересилила и он набрал номер, молясь, чтобы он работал. Вызов пошел и послышались гудки, теперь абонент должен поднять трубку и тогда Максим постарается получить ответы на все вопросы. Макс уже хотел скинуть вызов, когда ему все-таки ответили. -Здравствуй, Максим, - мужской голос, хоть и возвращал в прошлое, но не давал Максу каких-то отрицательных эмоций, на которые рассчитывал парень. -Здравствуй. Я, если честно, не ожидал что ты ответишь, но... - Макс громко выдохнул, - Зачем тебе все это? Я не верю, что ты хочешь помириться. -Тебе придется поверить. Ну или нет, твой выбор. Я хочу поговорить с тобой и Викой. -Этого не будет. Вика никогда не согласиться. -Значит, ты согласен увидеться? -Я не говорил этого, - Макс понял, как глупо попался. -Но и не отрицал. Привет невесте, будешь готов увидеться, звони. Не дождавшись ответа, Морозов старший отключился. Макс опустил телефон на стол. Все ни к черту. Он думал, что позвонив, сможет найти ответы на свои вопросы, а получалось, что только еще больше ушел от истины. Как бы то ни было, Морозов старший отчаянно ищет встречи с сыном и его невестой. Вика не согласиться увидеться, да и Макс, пока сам не убедиться в искренности отца, не позволит ей встретиться с ним. Звонок в дверь отвлек его от размышлений. Он не успел подойти к двери, как трель снова повторилась. Нетерпение, с которым кто-то пытался ворваться к нему, пугало Макса. Открыв дверь, он не успел даже посмотреть кто перед ним, когда Даша оттолкнула его из дверного проема и втянула за собой Вику. Вид девушки явно указывал на ее состояние и Макс, не теряясь, подхватил ее на руки и понес в спальню. -Что с ней? - крикнул он Даше, которая пыталась отдышаться в коридоре. Макс положил Вику на кровать, в ответ она благодарно улыбнулась парню. Одеяло приятно окутало ее теплом, от которого уже через мгновение стало плохо. Липкий пот покрывал тело. Девушку бросало то в жар, то в холод. Макс обеспокоено прислонил ладонь ко лбу девушки. Он не был медиком, но прекрасно понимал, что Вику лихорадит. -Ей плохо стало, - в комнату вошла Даша, - Она не ела давно и не спала, вот организм и ослаб. -Вызови врача, - ответил Макс и снова повернулся к Вике. Она устало улыбнулась ему и закрыла глаза. Дыхание девушки было тяжелым. -Не надо врача, - прохрипела Вика, - Я просто отлежусь... и все будет хорошо. Даша опустила телефон и ждала последнего слова Макса. Парень кивнул Старковой и та все-таки набрала телефон скорой. -Тебя надо показать врачу, - Максим провел рукой по волосам девушки и поцеловал ее в нос. Вика слабо улыбнулась этой ласке. -Скоро свадьба твоих родителей, а я... Вика заплакала. Слезы обиды, которые можно было списать на плохое самочувствие. Столько всего произошло в их жизни, столько раз Вика плакала, но казалось, что запас соленой жидкости в ее организме безграничен. -Ну что мы ревем? Нашла из-за чего плакать. Родители все поймут и... Вика заплакала еще сильнее. Не от слов Макса, а от картины, которая была в ее голове. Прекрасная и очень нежная свадьба родителей Макса, которую так долго ждали все, а Вика снова попала в историю и не может прийти. -Какая же я дура! - яростным шепотом произнесла Вика, -Просто идиотка. Максим отошел от кровати и вопросительно глянул на Дашу. Та в ответ пожала плечами и махнула рукой. Макс не мог так просто отмахнуться от состояния Вики. Ее самобичевания напоминали ему больше издевательство над самим собой. Вика, которая не была виновата ни в одной из своих проблем, которые с ней происходили, постоянно винила в них саму себя. Цепляясь за эту вину, она возводила себя в статус изгоя, который обязательно должен страдать. Такое настроение по отношению к самой себе пугало Макса, потому что не успев остановить такие эмоции, можно потерять саму Вику. -Принеси ей чая, - зашептала Даша мне на ухо, - Черного и очень сладкого, - договорив она пошла к кровати. Присев, она стала медленно гладить Вику по голове. Материнские нотки, которые проскальзывали в поведении Даши, успокаивали Кузнецову. Макс улыбнулся и пошел на кухню, выполнять приказ Старковой. *** Седой доктор слишком много улыбался и был слишком приветлив для служителя скорой помощи. Он быстро провел осмотр Вики и заключил, что девушка просто сильно переутомилась. Сильная стрессовая ситуация расшатала ей нервы и плюс ко всему голодание - все это привело к истощению. Постельный режим и стабильное правильное питание. Раздав рекомендации приветливый доктор поспешил удалиться, так и не взяв протянутую купюру Макса. Даша успела поймать доктора лишь в дверях. -Простите, но нет возможности того, что Вика беременна? - говорила она шепотом, чтобы ни Макс, ни тем более Вика не могли услышать ее. -Нет, это исключено. Доктор уже собрался уходить, но все-таки решил сказать то, что Даша скорее всего слышать не хотела. -Я бы не советовал этой паре пока заводить детей. Мамочка просто не сможет доносить ребенка, - он грустно улыбнулся и вышел из квартиры, оставляя раздавленную Старкову на пороге. Макс, который в момент последней фразы, выносил из спальни чашку, остановился. Он услышал только окончание фразы, где говорилось о возможности выкидыша. Моментальная искра страха, разожгла в его сердце панику. Это просто не может быть. Вика не могла быть беремена. Он встретился взглядом с Дашей. -Она что... -Нет, к счастью.