"Ты никогда не сможешь..."

Глава 27. Вика металась по койке. От сильной головной боли сводило виски, она чувствовала как ее тело горит. Евгений, заходивший несколько минут назад, уверил ее, что это обычная температура. Вика прекрасно помнившая, что означает простая температура, сильно сомневалась в том, что доктор сказал ей правду. Не могло так сильно сводить все тело от банальной температуры. Вика мучилась в агонии и понимала, что никто не может ей помочь. Евгений приходил к ней несколько раз, но его визиты не принесли Вики ни капли облегчения. Друзья, заходившие с утра были отвергнуты самой Викой, а мама не решилась даже зайти в палату после того, как Вика выкинула оттуда друзей. Вика никого не хотела видеть в тот же момент сходила с ума от одиночества и боли, которая пронзала все ее тело. Неужели выбравшись из сна, она не сможет жить спокойной жизнью? После неудачного разговора с Евгением, который пытался с руками и ногами влезть в ее душу, она вообще не знала кому можно доверять. Она детально запомнила этот разговор с врачом, не смотря на то, что температура у нее уже была. Он пришел к ней вечером и поинтересовался ее самочувствием. Она уже хотела ответить ему, когда он прервал ее своим монологом о том, что ей просто необходимо рассказать кому-то о том, что произошло во сне. Разговор закончился истерикой Вики. Полноценной истерикой, со слезами, криками и заламыванием пальцев от разочарования. Господи, как она могла рассказать кому-то о том, как жестоко насиловал ее тот, о ком она грезила половину своей жизни? Как она могла рассказать о том, как он заставил ее наблюдать за тем, как убивают и насилуют ее лучшую подругу? Как она могла передать то отчаянное желание смерти, которое она испытывала в этих снах? Ей хватало и того, что Евгений и, судя по всему, Максим, догадывается о ее приключениях во снах. Она откинулась на подушки и выгнула спину. Боль сводила ее с ума. Она практически теряла от этой боли сознание и перестала понимать реальность. Ей хотелось, чтобы эта боль закончилась, чтобы она перестала ощущать оковы терзающего ее внутреннего огня. Дверь в палату открылась и в нее вошло много людей в белых халатах. Сознание Вики тут же заполнилось не различаемым гомоном голосов. Они говорили про инфекцию и заражение, но Вика ничего не могла разобрать. Ее разум помутился от зашкаливающей температуры. Единственным спасением, как бы абсурдно после всех событий это не звучало, было заснуть. *** Татьяна Алексеевна с грохотом распахнула кабинет Евгения. Ни разу не остановившись и не смутившись под непонимающим взглядом врача, она прошествовала к его столу. -Вы издеваетесь? - с места в карьер начала мама Вики, - Два дня моя девочка проходила полное обследование и вы не заметили ничего, что могло бы серьезно повредить ее здоровью. Сейчас вы утверждаете, что у моей дочери заражение крови. -Татьяна Алексеевна, для начала успокойтесь, - спокойно начал Евгений, - мы допустили ошибку. Но мы ее исправляем. -Очень интересно, - протянула Татьяна Алексеевна, - позвольте узнать, как? Снова теряете время? -Сегодня мы начали колоть ей лекарство, на завтра назначено первое переливание крови. Понимаете тут ей загвоздка, - Евгений остановился, - кровь Вики поменялась. Татьяна Алексеевна ахнула, - То есть? -Когда она была только перевезена в больницу, мы провели анализ крови. Первая положительная. Сейчас вторая отрицательная. Татьяна Алексеевна недоверчиво посмотрела на врача, - Может быть, вы снова ошиблись? Евгений отрицательно покачал головой. -Но как такое возможно? Кровь не может меняться. Евгений хохотнул, - А человек может видеть такие сны, как видела Вика? У меня сложилось впечатление, что Вику просто осушили, а потом наполнили новой кровью, которая уже тогда возможно была заражена. Татьяна Алексеевна не знала, что сказать. Она не представляла как такое возможно. -Что вы думаете делать? - с отчаянием в голосе спросила Татьяна Алексеевна. Евгений улыбнулся, - Вы снова мне доверяете? -А у меня есть выход? -Конечно, отдать ее на растерзание в городскую больницу. Так вот, для начала необходимо избавиться от заражения, а потом... Татьяна Алексеевна, дочь делилась с вами, что происходило с ней во снах? -Нет, она только плакала. -Вы сами должны понимать для того, чтобы Вика восстановилась от своих снов и поняла, где реальность, ей надо рассказать о событиях, которые с ней происходили. -Я понимаю, - задумчиво произнесла мама Вики, - но мне она точно не расскажет - мы с ней никогда особо по душам не разговаривали. -Даша тоже не подходит, - на вопросительный взгляд Татьяны, Евгений поспешил дать ответ, - Вика сама отказалась. Единственный, кто подходит на эту роль - Максим. -Так в чем проблема? Максим, не бросит Вику. -Вика сама выгнала Макса из палаты, еще при первом посещении. Татьяна Алексеевна задумалась. Ей необходимо помочь дочери, даже если для этого ей придется переступить через себя. *** Маша зачарованно наблюдала за тем, как ее любимые мужчины спорят по поводу футбола. Начался Чемпионат Европы и Маша искренне считала, что к концу недели ее мужчины поссорятся из-за своих пристрастий. Не смотря на видимый накал страстей, Маша радовалась. Она думала, что Илья и Максим не смогут нормально жить на одной территории - уж слишком вспыльчивым был Макс, также как и принципиален был Илья. Она поднялась с дивана и, вздохнув, направилась на кухню. Заваривая себе успокоительный чай, она совершенно забылась в своих мыслях, что не заметила как на кухню зашел Максим. Он сел за стол и молча наблюдал за действиями матери. -Мне чашечку не нальешь? - веселым тоном спросил Макс. Маша испуганно дернулась, разлив половину чайника. Повернувшись к Максиму, она смерила его яростным взглядом, который тут же смягчился, увидев улыбку сына. -Из-за тебя я либо поседею, либо рожу раньше времени, - с улыбкой произнесла Маша, - Тебе зеленый или черный? -Мне никакого, я просто пришел. Она села за стол напротив него и взглянула на него. Максим выглядел так, как всегда, но что-то в нем все-таки изменилось. Мария не могла представить себе, сколько ужасов перенес Максим в своей жизни. -Я дурак, да? - тихо спросил Макс. Мария улыбнулась и положила руку на ладонь Макса, - Да нет, конечно, - потом остановилась, - хотя все-таки, да. Прости. Максим улыбнулся, - Не извиняйся. Ты права. На кухне воцарилась тишина. Маша гладила руку Макса, а тот смотрел в стену и думал о чем-то своем. Все его планы забыть Вику провалились. Каждую секунду, каждого дня, проведенного порознь, он думал о том, как она. Что она сейчас делает? Разрешили ей покидать палату или она все еще прикована к постели? О чем она думает и о чем разговаривает с Евгением? И почему она выгнала ребят? -Максим, - тихо позвала его мама, - тебе необходимо вернутся. К ней. Максим помотал головой, - Она не примет меня. Маша в момент рассвирепела, - Да откуда ты знаешь? Ты пытался? -Она не будет меня слушать. Я противен ей. -Противен? - Мария ахнула, - Неужели, Вика настолько неблагодарна, что ей противен тот, кто был с ней все это время? Или вы снова на пару с Ильей что-то мне недоговариваете? - по глазам Макса она поняла, что попала в точку, - Отлично. Просто замечательно. Маша зашвырнула чашку в раковину и покинула кухню, оставив Максима одного на съедение совести. *** Лизу трясло, как в лихорадке. Слава Богу, что рядом не было Ромы, а тот он тут же поднял бы тревогу, чего Лиза очень не хотела. Этот день начинался как обычно. Рома уехал на встречу с Максом, а Лиза осталась убираться дома. Надо было приготовить квартиру к новоселью, которое все-такие решили устроить. Она неспешно протирала полки с фотографиями, когда на глаза ей попалась фотография. Даша, Юля и Вика стояли напротив леса и задорно улыбались в камеру. Судя по внешнему виду, только что закончились занятия по физкультуре. Они улыбались и были довольны жизнью, хотя их приключения с нацистами уже начались. Как они смогли сохранить в себе эти нотки веселья? Ведь, сама Лиза прожив не так много времени с ребятами, порой надолго уходила в себя, пытаясь отыскать в себе крупицы счастья. Ей безусловно повезло, что здесь она нашла свое утешение - Рому. Она провела тряпочкой по фотографии, стирая пыль. Перешла к другой полке и снова вглядывалась в лица друзей. Внезапный холод пронзил Лизу, она обернулась, оглядеть комнату, но так и не поняла откуда поднялся такой сквозняк. Снова занялась уборкой, но противное чувство, как будто за тобой кто-то наблюдает заставило ее оборачиваться. Так продолжалось минут пятнадцать, пока обессиленная от нервозности Лиза не кинула тряпку на стол, присев на одно из кресел. Она снова оглядела комнату и уже была готова успокоится, когда в углу заметила Юлю. Та смотрела на Лизу и в страхе оглядывала комнату. Что-то снова мучило девушку и она пыталась этим поделиться с Лизой. Лиза подошла ближе к Юле. -Скажи, что тебя так беспокоит? - умоляюще произнесла Лиза, - Я просто больше не могу жить, зная, что в любой момент снова появишься ты и все полетит к чертовой бабушке. Юля показала на стену. На стенке медленно стали вырисовываться буквы. Они складывались в слова, которые Лиза не хотела принимать. Ужасные слова, написанные кровью, означали полный крах. Всего. Никакого счастья не будет. Лиза опустилась на пол и прижала колени к груди. Юля медленно стала испарятся, на прощанье подарив улыбку. -Нашла чему улыбаться, - нервно произнесла Лиза. Ее била истерика и она никак не могла успокоится. За что? Что такого могла сделать Вика, чтобы ее так жестоко наказали? Или, может быть, Максим виноват, а Вика расплачивается за него? Чтобы там не было, Лиза собралась с силами и поднялась с пола. Она была настроена очень решительно. Ей было необходимо приехать в больницу и поговорить с Викой. *** Татьяна Алексеевна остановилась у нужного дома и, расплатившись за такси, вышла из машины. Мысленно она поблагодарила Дашу, которая подсказала адрес. Она набрала код в подъезде и, осознав, что другого выхода у нее нет, зашла в подъезд. Весь путь в лифте, Татьяна Алексеевна раздумывала над тем, что надо говорить и как найти нужные рычажки, чтобы повлиять на его решение. Двери лифта открылись и она уже была практически у цели, но в голове ни одной разумной мысли не было. Они не появились и тогда, когда она нажала на дверной звонок. Когда дверь открылась, Татьяна Алексеевна была готова, как школьница, убежать. Но она взяла себя в руки и набравшись смелости, произнесла: -Здравствуйте, а могу я увидеть Максима?