"Ты никогда не сможешь..."

Вика всю жизнь, как считали окружавшие ее люди, отличалась особой наивностью. Сначала она искренне полагала, что Максим обратит на нее внимание, потом искренне удивлялась, что в нее влюблен Тема, а теперь рассчитывала вот так просто разрешить все свои проблемы. Она и не задумывалась о том, как тяжело ей будет избавиться от последствий сна. Как бы не старалась Вика задвинуть куда-то дальше свои воспоминания, у нее ничего не получалось. Как только она пыталась выстроить новую связь с реальностью нечто совершенно незначительное рушило все ее выстроенные схемы. Когда за Максом закрылась дверь и в палату забежали врачи, она закричала. Не из-за того, что она вспомнила сон или испугалась Макса, а из-за того, что она не хотела оставаться одна, без него. Пока не совсем окрепший после сна, мозг подсказал именно такую реакцию. Евгений не стал ждать ее объяснений, а просто позвал специалиста в области психоанализа. Вика понимала, что еще один такой случай и ее легко переведут в совершенно другую узконаправленную больницу, где лечить ее будут уже не от ран физических, а душевных. Думая про это, она вспоминала, как слышала голос и считала себя сумасшедшей. Врачи оставили ее, подумав, что она спит и, наконец, успокоилась. Она слышала, доносившийся из коридора, голос Максима, и тихий шепот Евгения. Ее немного успокоило, что Максим не ушел и остался здесь, рядом с ней. Она прекрасно понимала, что Макс - парень с не самым большим запасом терпения и, что чем дольше она будет бороться сама с собой, тем меньше терпения будет у него. Он не будет ждать вечность, чтобы что-то кому-то доказать. Вика до сих пор вообще не очень понимала, какие чувства испытывает к ней Макс. Она считала, что это было больше похоже на оправдание самого себя. Заставить Вику почувствовать, что он не тот парень из сна, означала снять с него какую-то вину. Хоть, Вика его ни в чем и не винила. Голоса в коридоре стали отдалятся и она поняла, что осталась одна. В тишине больничного здания ее кошмары возвращались. Они не были столь же реальны, как те в которых она была до сих пор, но страх Вика ощущала вполне реальный. Полноценными эти сны нельзя было назвать - это больше походило на воспоминания, клочками въевшиеся в ее подсознание. Никакие дружеские объятия, слова не могли выгнать из ее головы весь этот ужас. Как бы не хотела Вика забыть, у нее ничего не получалось. И она вполне понимала, что Евгений в чем-то был прав, когда привел к ней психотерапевта. *** Максим остался стоять в коридоре, когда Евгений зашел в кабинет. Ему снова предложили сделать выбор. Выбор, от которого в первую очередь зависела не его жизнь, а жизнь Вики. Он снова должен взять на себя ответственность и решить, что лучше. Какой будет его жизнь, если он сейчас развернется и уйдет из больницы? Если он уедет куда-нибудь подальше, забудет про все телефоны и постарается жить новой жизнью. И что? Это его устроит? Он сможет так? Все эти вопросы мучили Макса, начиная с того самого момента, как Евгений закрыл дверь кабинета. Он опустился в кресло около кабинета Евгения, и опустил голову на ладони. Ответов, также как и уверенности, у него не было. Снова рискнуть и поставить на карту все? Главное, чтобы удача была на его стороне. Он достал телефон и набрал номер Ильи. Тот долго не подходил и Макс уже совсем отчаялся услышать голос отчима. -Да, - пробормотал Илья сонным голосом. -Это Макс. Прости, что разбудил. -Ну, все нормальные люди спят в, - повисло молчание, Илья похоже смотрел на часы, - два часа ночи. Ты вообще где? -Я в больнице, у Вики. -Как она? -У нее резко меняется настроение, - усмехнулся Макс, - как у мамы. -Не сравнивай, Маша беременна, а Вика... -Больна? Ты это хотел сказать? Впрочем, неважно. Я останусь здесь, правда, пока не знаю насколько. -Ты точно решил сделать это? - голос Ильи сорвался на сомневающийся тон, - Максим, я не говорю, что ты поступаешь неправильно, конечно. Просто ты должен понять, что это будет тяжело. Ты вытерпишь? Максим задумался. Илья со своим вопросом попал в точку. Максим и сам не знал справится ли с тем, что с ними будет происходить. Он лишь надеялся на то, что у них все получится. -Илья, я понимаю, что веры в меня ни на грош. Я сам не стал бы доверять своей терпимости, но ты должен понимать, что у меня нет другого выхода. Я не могу бросить всё. -Тебе и не надо ничего бросать, тебе надо просто признаться хотя бы себе. -В чем? - у Максима практически получилось изобразить удивленный тон. -Не надо прикидываться, что ты не понимаешь о чем я. Чем дольше ты будешь отнекиваться, тем сильнее будет затягиваться выздоровление Вики. -Любовь спасет мир? - с улыбкой произнес Макс. -Ну что-то типа того, - тоже улыбнулся Илья, - Дерзай, а я пойду спать. -Ага, спокойной ночи. *** Лиза проснулась в коконе, состоящем из рук и ног Ромы. Он прижал ее к себе как самое дорогое создание на планете. Даже во сне он слишком боялся потерять тот уют и покой, который ему дарила Лиза. Он был готов привязать ее к себе стальными канатами, лишь бы у нее никогда не получилось уйти. Виноградова не стала беспокоить сон любимого и просто осталась лежать рядом с ним. Она посмотрела в окно и поняла, что время было уже около двенадцати и, что на утреннее посещение больных они уже опоздали. Она подумала, что стоит позвонить Максиму и узнать, как дела в больнице. Но все это придется отложить, потому что чуткий сон Павленко волновал ее сейчас больше всего. Она вдруг подумала, что всю жизнь могла бы засыпать и просыпаться в этих крепких объятиях. Ей было бы приятно ощущать на себе нежную опеку, которой окружил ее Рома. Она бы обязательно порой срывалась, закатывала истерики, но в любом случае возвращалась бы к нему. Такому теплому и ставшему за столь короткое время безгранично родному. Если бы хоть один человек год назад сказал бы ей, что она встретит человека, с которым будет согласна провести всю оставшуюся жизнь, она бы рассмеялась тому наглецу в лицо. Сейчас же она просто не представляет, как будет жить без этого человека. Рома заворочался во сне и забавно нахмурился, когда лучи солнца коснулись его лица. Лиза сама того не понимая, стала представлять их детей. Они будут также забавно морщится и она, очень надеялась, что хотя бы одному ребенку достанется папино чувство юмора. Подумав об этой прекрасной картине будущего, Лиза улыбнулась. -Что могло вызвать такую довольную улыбку в такую рань? - сонный голос Ромы ворвался в сознание Лизы. Лиза решила ошарашить парня, поэтому без всяких отступлений сказала правду, - Думала о наших детях. Рома закашлялся и удивленно раскрыл глаза. Его сонливость как рукой сняло. Лиза засмеялась, глядя на выражение лица Павленко. -Ты шутишь? - растерянно спросил Рома. -Нет, - улыбнулась Лиза, - выражение твоего лица бесценно. Рома притянул к себе девушку и, уткнувшись губами в макушку, прошептал, - Ты правда не шутишь? Лиза отпрянула от него и, посмотрев в глаза, отрицательно покачала головой. Ромка, не знавший как выразить свое счастье, обнял свою девушку и стал покрывать лицо любимой нежными краткими поцелуями. Лоб, нос, губы, щеки, виски - ничто не осталось без внимания парня. -Я люблю тебя, - протянул Рома, добравшись до ушек любимой, - Сильно-сильно. Лиза улыбнулась, - Я тоже люблю тебя, - она вывернулась из его объятий и поднялась с кровати, - Нам пора в больницу. -Тебе не кажется, что мы поменялись местами - теперь ты стремишься помочь друзьям, - с улыбкой сказал Рома. -Я хочу побыстрее воплотить в жизнь планы, которые я построила. Для этого необходимо, чтобы все твои друзья были предельно счастливы. За Авдеевых, - Рома хохотнул, они уже давно не воспринимают Андрея и Дашу по отдельности, - я не переживаю. А вот за будущих Морозовых... -Ну тогда бежим спасать Морозовых, - Ромка поднялся с кровати, - мне уже не терпится заняться планированием семьи. *** Вика проснулась от мягких прикосновений к лицу. Она резко открыла глаза и увидела перед собой мужскую руку с массивными часами. Такие часы были только... -Макс! - воскликнула Вика. Она повернула голову. Ее глаза встретились с его глазами, в которых плескалась радость. Максим улыбался и смотрел на девушку. Он сидел у ее кровати практически четыре часа и охранял ее сон. Она спала немного беспокойно, что терзало парня, но в целом ни новых синяков ни новых переломов эти сны, к его счастью, не приносили. -Доброе утро, - прошептал Максим. Вика улыбаясь ответила, - И тебе. Ты давно здесь? И где ребята? - потом не дождавшись ответа, сбивчиво продолжила, - Максим, прости меня. Я наговорила так много лишнего и еще мое поведение... Если ты решишь уйти, я все пойму. Зачем тебе нужна подруга истеричка, у которой по сто раз в минуту меняется настроение. Я поним... Максим заткнул ее нежным поцелуем, который огорошил Вику. Последний раз, когда они целовались это было практически два года назад и последние губы, которые целовали ее были губами Макса из сна. Она не могла больше вспоминать о них, она чувствовала только нежные и такие приятные прикосновения губ Максима, настоящего. Максим прервал поцелуй и с улыбкой пересел на кровати Вики. -Не смей извиняться и вообще забудь о вчерашнем дне. Все хорошо, - он заметил слезы на Викиных щеках, - и даже не думай плакать, слышишь? -Я не плачу, - сквозь слезы ответила Вика. -Мы не будем играть с тобой в Малыш и Карлсон, - веселился Макс, - так что давай заканчивай плакать и мы идем с тобой гулять. -Гулять? - удивилась Вика, - То есть, я конечно, рада. Но как? -Ты будешь в кресле, я буду тебя катать. Вика заметно погрустнела после этих слов. Вот кем-кем, а выглядеть калекой она совсем не хотела. Она отвернулась от молодого человека и, зарывшись в одеяло, произнесла, - У меня нет настроения. Максим был готов чертыхнуться, но вовремя сдержавшись перевернул сверток из одеял вместе с Викой так, чтобы смотреть ей в глаза. -Мне плевать, что ты там себе надумала. Я хочу, чтобы ты ни о чем не волновалась и получала нужную дозу витамина Д. Ясно? - хоть голос Максима и был решителен, на лице была широкая улыбка, - Тем более приедут ребята и мы устроим небольшой пикник. Вика улыбнулась, - Ну раз пикник, то я согласна. Максим почувствовал, что у него все получится. Просто порой надо немного себя сдерживать и не срываться. Вика обязательно забудет ужас, который пережила, а он подарит ей новые воспоминания.