Возвращение

— Устал? – заботливо спросила Гермиона, убирая с лица мужчины слипшиеся от пота пряди волос, и невольно любуясь его орлиным профилем. — А ты ненасытная особа, — чуть язвительно ответил зельевар, — но надеюсь доказать тебе, что я — достойный противник. Он обхватил своими влажными губами ее миниатюрный ротик, и его язык встретился с ее язычком. Как две шустрые змейки они играли друг с другом, извиваясь, охваченные танцем страсти. Когда Гермионе стало не хватать воздуха, Снейп отпустил ее. — Ты прекрасна, — прошептал он, привлекая ее к себе, — никогда бы не подумал, что мы с тобой когда-нибудь будем… — Заниматься сексом? – опередила его Гермиона — Ты думаешь это просто секс? – Северус слегка отстранился и внимательно посмотрел ей в глаза. — Ну…нет, — замялась ведьма. — Я тоже так считаю, — улыбнулся Снейп и уткнулся носом в ее мягкие шелковистые локоны. — Надеюсь ты не думаешь, что я воспользовался твоим состоянием только ради эгоистичного желания затащить тебя в постель? – решил расставить все точки над «і» мужчина. — Нет, что ты, я вовсе так не думаю, — запротестовала Гермиона, — скорее, это я воспользовалась твоим одиночеством, — продолжила она, и ее звонкий смех наполнил спальню. Этот звук эхом отозвался в душе Северуса, и к его горлу подступил комок. Никогда ранее он не чувствовал себя таким счастливым. Рядом лежала женщина, которая ему нравилась, и которая добровольно разделила с ним постель. Но в силу своего прагматизма, Северус не долго наслаждался счастьем. Вскоре его мысли приобрели совершенно противоположный оттенок, стоило только вспомнить о муже Гермионы. — Наверное, тебе уже пора уходить, — чуть слышно прошептал Снейп. — Ты меня гонишь? – Гермиона недоуменно посмотрела на него, моментально напрягаясь. — Что ты, нет, просто я подумал, что тебя ждут дома… Гермиона провела по его носу, а затем, чмокнув в самый кончик, сказала: — Если ты намекаешь на Рона, то он точно меня не ждет, сидит сейчас с пивом перед телевизором и квиддич смотрит. — А дети? Гермиона вздохнула. — Сын у бабушки с дедушкой, а дочь… к дочери он меня теперь не подпустит. — По тому, что ты ушла? — Да, он ведь считает, что я плохая мать. Розу он грозился завтра тоже отправить в Нору, так что занятий больше не будет. — Жаль, она толковая и старательная, вся в тебя, — сказал Снейп, глядя на ведьму. — Но что мы все обо мне, — обнимая его, возмутилась Гермиона, — давай поговорим о тебе. — А что интересного ты надеешься услышать обо мне? – недоуменно спросил зельевар. — Я хочу знать о тебе все. — Что конкретно тебя интересует? – продолжал настаивать Северус, все еще не понимая этого, как ему казалось, странного интереса Гермионы к его жизни. — Расскажи мне, как ты выжил, — сказала Гермиона, нежно проводя пальцами по его щеке. И мастер зелий все же решился и рассказал женщине о том, что произошло с ним, когда он находился в забытьи в Визжащей хижине, как ему явилась Лили, как он дал ей клятву, как она прочитала староэльфийское заклинание жизни. — Но почему ты скрывался все это время? – спросила Гермиона, когда он окончил своей рассказ. — Эээ, сложно сказать… Возможно, сейчас я так не поступил бы. Понимаешь, я не был уверен в своей безопасности тогда. Это сейчас я знаю, что оправдан и даже признан героем. — И что теперь? Ты ведь вернешься к нормальной жизни как Северус Снейп? Зельевар молчал. — Довольно прикрываться чужой маской, ты заслуживаешь того, чтоб быть признанным и жить под своим именем, — уверяла его ведьма, — вернись официально в магический мир. — Но как мне это сделать, что я скажу им? — Не волнуйся, я помогу тебе. Твое место в Хогвартсе. Я знаю, без тебя там плохо, хорошего зельевара так и не нашли. Преподает какой-то недоучка, да и на преподавателей Защиты от темных искусств не везет. К тому же, ты ведь был директором, когда так внезапно исчез. После тебя этот пост заняла МакГонагалл, но она уже стара, хочет уходить на пенсию и подыскивает себе замену. Получается, что ты можешь претендовать на одну из этих вакансий. Хотя я думаю, что ты должен вернуться и по праву занять должность директора. — Но кто мне даст это сделать после стольких лет отсутствия? – сомневался Северус. — Я же сказала, что помогу, — продолжала Гермиона, — я поговорю с Минервой и подготовлю почву в Министерстве. Ты должен вернуться. — Ты удивительная женщина, Гермиона, — сказал Снейп, — у тебя дома такие проблемы, а ты думаешь о каком-то старом зельеваре, нежданно-негаданно случившемся в твоей жизни. — Ты не старый, — возмутилась ведьма, ласково проводя рукой по бедру мужчины. — Ты уверенна? Или все же нуждаешься в некоторых доказательствах? – игриво ухмыльнулся, начавший снова возбуждаться, маг. Гермиона кивнула в ответ. Тогда Северус опрокинул ее на спину и принялся покрывать лицо поцелуями. Гермиона страстно отвечала, запустив пальцы в его волосы. Поцелуи мужчины становились настойчивее и спускались все ниже. Вот он уже исследовал ее грудь, прикусывая успевшие затвердеть соски. Гермиона ритмично постанывала, одной рукой лаская его спину, а другой — теребя возбужденный член мужчины. Она действительно была сегодня ненасытной. Ее тело, ее душа, вся ее сущность наконец-то получили то, к чему подсознательно стремились. Гермионе Грейнджер-Уизли нужен был Северус Снейп, сейчас, завтра, всегда. В годы юности Гермиона часто ловила себя на мыслях о профессоре зелий. Тогда она объясняла себе это тем, что искренне уважает этого человека за его ум, профессионализм, а впоследствии и за смелость, самоотверженность в борьбе с Воландемортом. В ее юном, занятом учебой, а потом войной мозге, никогда не мелькала мысль о том, что это была первая любовь. Потом был роман с таким близким, понятным и, как тогда казалось, любимым Роном. И только через некоторое время после свадьбы, уже вкусившей прелести плотской любви Гермионе, стали сниться странные сны с участием Снейпа. В них профессор занимался с ней безудержным сексом прямо на столе в кабинете зельеварения. Секс каждый раз был разным, то нежным, то грубым и жестким, когда Снейп просто наклонял ее над столом и брал, даже не снимая одежды. Сначала эти сны беспокоили женщину, заставляли чувствовать себя виноватой перед мужем, но со временем она смирилась с ними, а потом и поймала себя на том, что ждет их. У нее было как бы две жизни, днем и по ночам, а еще, глубоко в душе, чувство щемящей тоски от того, что сны никогда не станут реальностью. Северус Снейп был тайной и навязчивой грёзой Гермионы. Поэтому, получив хоть и призрачную, но веру в то, что Снейп жив, Гермиона так упорно старалась доказать это. Приходя с дочерью на занятия к Мастеру Зелий, чья истинная сущность была скрыта под маской аптекаря, Гермиона боялась признаться даже себе самой, что приходит к нему не ради дочери, а ради себя. Сегодня же, под воздействием эмоций, Гермиона уже не способна была сдерживать себя, противиться своим желаниям. Сбылась ее тайная мечта и ведьма не хотела отпускать Северуса, как будто опасаясь, что он снова исчезнет, но теперь навсегда. Гермиона сильнее прижалось к мужчине, вдыхая его аромат, и рукой лаская его темные соски. Снейп издал протяжный стон и попытался подмять женщину под себя. Но та остановила его. — Нет, не так…Я хочу тебя на столе. — На столе? Но здесь нет стола, — почти простонал, изнывающий от страсти, Северус. — Тогда пойдем в кухню, — предложила Гермиона, — там есть большой стол. — Ты думаешь, я дотерплю до кухни? — прикусив ее нижнюю губу, иронично спросил, уже немного пришедший в себя, Снейп. — Потерпи немного и обещаю, ты не пожалеешь, — прошептала ведьма и потянула Северуса за собой. — Нет, постой, я отнесу тебя, — сказал мужчина и взял ее на руки. Но, не дойдя до кухни, прямо в узком коридоре, Снейп вдруг остановился и, опустив Гермиону на пол, резким движением прижал ее к стене. От соприкосновения с холодной поверхностью, по спине женщины пробежали мурашки. — Что ты делаешь? – встревожено спросила она. — Я же предупреждал, что не вытерплю, — шептал зельевар, — я хочу тебя прямо здесь. И он принялся целовать припухшие губы ведьмы, одновременно лаская ее груди, пощипывая соски. Гермиона стиснула его ягодицы, слегка царапая ногтями. Член Северуса прижимался к ее бедру, становясь все больше. Женщина чувствовала его разгоряченную пульсацию и поспешила взять в руку, скользя пальцами вверх и вниз, размазывая выступившую смазку. Когда она касалась головки, то зельевар невольно вздрагивал. В это же время он ласкал ее клитор, нежно касаясь ее влажного естества. Их взаимные ласки становились все яростней и резче. Внезапно Снейп быстрым движением поднял женщину за бедра, еще сильнее прижав к стене. Гермиона вскрикнула. — Не бойся, я держу тебя крепко, — успокоил ее Снейп. Еще мгновение и он уже полностью был внутри нее. Женщину охватила волна экстаза, которая теплотой разливалась внизу живота. Обхватив мужчину за шею, Гермиона начала покачивать бедрами, пытаясь соединиться с любовником как можно теснее. Движения Снейпа на этот раз были резкими, властными. Чувствовалось, что он привык доминировать, направляя и увлекая за собой партнершу на протяжении всей любовной игры. В обществе Пожирателей Смерти Снейп получил хорошие уроки науки секса и мог довести до оргазма любую женщину без особых усилий. Сколько их было?.. Но он относился к ним, как к инструменту, помогающему справить определенные потребности организма, и не более того. С Гермионой же все было по-другому. Северус не просто хотел эту молодую женщину, он хотел искупать ее в ласке и нежности. Юношеская любовь к Лили забылась, и он мог с головой окунуться в новое чувство. Северус вдавливал Гермиону в стену, все глубже проникая в нее. Она обвила его ногами за талию, а руками ласкала потную спину. Зацелованными до крови губами она терзала мочку его уха, прерывисто дыша, отчего волосы на виске мужчины слабо вздымались. Резкие движения сменялись медленными, тягучими как мед, а затем снова становились быстрыми как горная шотландская река. Гермиона стонала, отдаваясь своему профессору, своей мечте. В порыве страсти она не заметила, как укусила зельевара за плечо, из ранки тот час начала сочиться алая кровь. Ведьма попробовала солоноватую вязкую субстанцию, вкус которой привел ее в такой экстаз, что она еще сильнее сжала вагинальные мышцы, обхватив ими ствол партнера. Северус издал гортанный звук и кончил, изливаясь в нее густой спермой. Прийдя в себя и отдышавшись, мужчина сказал: — Пойдем, я отнесу тебя в ванную. *** — Никогда не подозревала в Вас такого выносливого и страстного любовника, профессор Снейп, — игриво сказала Гермиона, медленно размазывая сперму по груди мужчины. Северус еле сдержал смешок и ответил с напускной серьезностью: — Ну, конечно, куда уж нам, старым профессорам?! — Северус, я пошутила, — принялась оправдываться ведьма, — просто… Мне никогда еще не было так хорошо…и так много. — Гермиона, успокойся, я все понимаю. Просто и ты пойми: я слишком сильно тебя хочу, — крепко обняв женщину, сказал Снейп. Гермиона прижалась к нему всем телом, спрятав лицо у любовника на груди: — Да, конечно… У тебя, видимо, давно не было никого, вот и накопилось… Не дав ей договорить, мужчина запечатал ее губы долгим поцелуем. Отстранившись, он сказал: — Глупая моя девочка, конечно же не поэтому. Сердце Гермионы пропустило удар, и почти шепотом она спросила: — А почему? — Потому что я… люблю тебя, — выдохнув, сказал Снейп. Северусу очень тяжело далось это признание. Открываясь Гермионе, он в первый раз честно говорил это и сам себе. За время общения эта женщина стала ему дороже всех на свете. Но, будучи человеком гордым и закрытым, и из боязни быть непринятым и осмеянным, Северус гнал от себя это чувство. Однако он ошибся, и Гермиона доказала ему это, сильно обняв его и проговорив: — Я тоже люблю Вас, профессор. Влюбленные слились в долгом страстном поцелуе. Капли воды, букетом ниспадавшие из душа, охлаждали их разгоряченные тела, позволяя продлить ласки. Когда же страсть накалилась до предела, и Северус развернул Гермиону спиной к себе, нежно раздвигая ее ноги, женщина простонала: — Но в следующий раз мы все-таки займемся этим на столе. *** Огонь весело подрагивал в камине, неярко освещая полутемную комнату. Мужчина и женщина сидели на диване, обнявшись. На журнальном столике стояла бутылка Кьянти и два опустошенных бокала, по прозрачным стенкам которых стекали капли рубиновой жидкости. — Мне так хорошо с тобой, — нежно шептал Северус. — Мне тоже, — вторила ему Гермиона. — Ты стала такой красавицей, — гладя ее по голове, сказал Снейп. — Что значит «стала», а раньше не была? — оскорбилась волшебница. — Что ты, — поспешил заверить ее в обратном зельевар, — просто в Хогвартсе я не воспринимал тебя как женщину, ты ведь была совсем еще ребенком. — Но я хотя бы немножко тебе нравилась? – умоляюще спросила Гермиона. — Скажу так, я обратил на тебя внимание. Гермиона хмыкнула и сильнее прижалась к нему. — Не могу поверить, что все произошло, и меня абсолютно не терзают угрызения совести, — после минутной паузы произнес Снейп, — меня всегда удивляла твоя дружба с этим рыжим, но что бы у вас дело дошло до брака, я и предположить не мог. — Знаешь, наш брак скорее привычка, идущая из детства. Рон – человек, которому я доверяла, и когда пришло время создавать семью, он был единственной подходящей кандидатурой, — объяснила Гермиона. — Я бы скорее поверил в твою привязанность к Поттеру. — Гарри всегда будет для меня лишь другом, не более. — Тем лучше. — Северус, давай вернемся к нашему разговору, — сказала ведьма. – Ты надумал вернуться для всех, или только я одна буду лицезреть твою слизеринскую личность? — Хм… после того, что между нами произошло, я не могу больше скрываться, так как создам для нас обоих неудобство. Как ни странно, нам будет легче встречаться, если я себя рассекречу, – ответил ей Снейп. Женщина согласно кивнула. — В связи с этим я разработал план, который позволит мне остаться вне подозрений, да и тебя убережет от бурной реакции супруга, — продолжил зельевар, презрительно выговаривая последнее слово. — Ты поделишься им со мной? – спросила его Гермиона. — Конечно, слушай, — и Северус приступил к подробному освещению своей задумки.