Если только...

      Утро. Прошло три дня с момента постройки нового лагеря. Асока встала на ноги и начала понемногу ходить, но боль всё же ещё давала о себе знать, поэтому с ней всё время был Энакин. Он заботился о ней день и ночь. Теперь они связаны не только высшим чувством, но и немного телесным. В её жилах течёт часть его крови. Энакин подшутил над ней, сказав: "Мы с тобой одной крови!" На что она лишь рассмеялась и, крепко обняв, поблагодарила.       Сейчас только встаёт солнце. Тано спит в своей уютной постели, немного посапывая, а Скайуокер как всегда на полу возле неё. Вот луч солнца падает на глаза учителя, отчего он корчится и зарывается в одеяло, но что поделать - пора вставать. Энакин медленно поднялся с пола, нашёл свою одежду и сел на кровать своей ученицы.       "Она так мила когда спит. Вечность любовался бы!" - он наклонился и нежно поцеловал её в щёку, отчего Асока немного улыбнулась через сон. Он встал и хотел было уйти, но не успел.       - Останься, - немного приоткрыв глаза, произнесла Тано.       - Я думал, ты спишь, Шпилька.       - Учитель, вы лучший.       - Это почему же?       - После всего вы ещё спрашиваете, почему?       - Можно я прилягу?       Асока посмотрела на него вопросительно с игривой искоркой в глазах.       - Вам всё можно.       Скайуокер лёг рядом с ней, смотря в потолок.       - Учитель?       - Да, Асока.       - Что бы вы сделали, если я умерла?       Он не ожидал такого вопроса.       - Я последовал бы за тобой, - Энакин перевёл взгляд на Асоку, встретившись с ней взглядом. Они долго смотрели друг другу в глаза, а затем он поцеловал её тем самым поцелуем любви. Она обвила его шею руками, прижимаясь ближе к его телу. Как ни странно, нога утихла на время, о ней даже позабыли. Одежда постепенно отлетала в разные стороны. Он надеялся, он ждал её, он любил её. Она как будто вернулась с того света ради него. Энакин оторвался от столь желанных губ и спустился к шее падавана, покрывая каждый миллиметр её кожи нежным, страстным поцелуем, слегка покусывая кожу. Она прогнулась под ним от наслаждения навстречу новым ощущениям. Проводя дорожку от её лица к груди, он изучал каждую клеточку тела, заставляя сжиматься тело от приятных прикосновений. Он навис над её грудью, массируя одной рукой уже окаменевший сосок, а второй лаская бёдра. Асока слегка постанывала от его ласк, подаваясь ему навстречу. Энакин провёл мокрую дорожку от ключицы до соска и вцепился в него, играя с ним во рту. Вторая рука проскользнула по внутренней стороне бедра к промежности девушки. Девичьи стоны заполнили палатку. Он накрыл её губы своими и аккуратно ввёл два пальца, чтобы не напугать её. Скайуокер начал водить ими, доставляя новую порцию удовольствия. И вот последняя ткань летит в сторону, обнажая его достоинство. Он медленно входит в неё и начинает двигаться, накрывая губы поцелуем. Их губы сливаются воедино, как и плоть. Воздуха не хватает, а темп нарастает, как и оргазм. Он уже не может и кончает, издавая удовлетворительный стон вместе с ней, с его любимой. Тихо, аккуратно, как хрусталь, он целует её глаза, скулы, нос. Целует шрамы и ожоги, оставленные в борьбе за жизнь, как напоминание о прошлом. Энакин лежит рядом с ней, с Асокой. Обнимая и целуя в макушку своего маленького ангела. Он больше не отпустит её одну, будет беречь и защищать.       - Люблю, - прошептала Асока.       - А я тебя больше, - в ответ произнёс Скайуокер.       - Нет, я, - с наигранной обидой возразила Тано.       - Ах, так, ну тогда держись...       Скайуокер неожиданно начал щекотать её так, что та от неожиданности чуть не упала с кровати, громко хохоча.       - Всё, Уч-чи-и-итель, хахаха х-хватит!       - Признаёшь, что я люблю тебя больше?       - Л-ладно, признаю-ю-юху-ху!       Он поднял руки вверх в знак примирения.       - Давай искать одежду. ***       - К нам прибыл новый гарнизон. Мы можем устроить засаду. Врагам не поступало новое оружие, танки разрушены, большая часть дроидов уничтожена. У нас преимущество, и нам доложили, что они надвигаются на старый лагерь. Асока, сколько ты видела новых дроидов?       - Несколько десятков. Их слабые места - медлительность и неразумность.       - Так, первая группа встанет возле скалы, вторая в небольших деревьях, третья маскируется под местность для неожиданности, все остальные ожидают возле стен старого лагеря. Всем всё ясно? Вот и хорошо. Энакин, ты останешься с Асокой на базе. Кто знает, что они задумали.       - Так точно, - произнесли они вместе. Оби-Ван отправился с первой группой.       Полдень. Солнце расположилось высоко в небе и безжалостно сжигало появившиеся капельки пота на горячем теле. Ничто не предвещало беды, пока перед армией клонов не появились дроиды. Они были незаметны для механических врагов, которые без опаски шли в лагерь противника. Это была засада.       - Ждите, - Кеноби был спокоен и решителен.       - Вперёд.       Они бросили дымовые бомбы, тем самым ослепили врага. За ними последовали гранаты второй группы. Пока вторая и третья были заняты передними флангами дроидов, первая сомкнула ряды и не дала пути к отступлению, тех, кто пробрался в лагерь, ожидал сюрприз из ещё одного отряда.       Первая группа сработала на отлично, как и все остальные. Дроиды были повержены. Нападение на новый лагерь было незначительным, обошлось всё только раненым плечом Энакина. Во время боя Асоке прихватило ногу, и в неё выстрелили, но Скайуокер успел оттолкнуть её и принял удар на себя. Вечером Тано сидела рядом с ним и перебинтовывала его плечо.       - Как бедро? Не сильно ушиблась, Шпилька?       - Тебя это сейчас больше волнует, чем твоё плечо?       - Ну, представь, что да. Для меня ты важней.       - Кстати, спасибо. Энакин, что будет, когда мы вернёмся?       - Я не знаю, Шпилька, я не знаю. Скорей всего, новая опасность, связанная с Сенатом.       Тано тяжело вздохнула. Орден и есть Орден, тут ничего не попишешь. Вечером Энакин заснул рядом с Асокой в одной кровати. День был трудный, без жертв не обошлось, и, к сожалению, одной из них стал тот самый юный падаван, помогавший учителю и ученице в трудной ситуации в отношениях. Утром всё было как обычно, вот только не совсем. Когда Скайуокер открыл глаза, его встретил удивлённый взгляд Оби-Вана, смотревшего прямо на них. "О, Оби-Ван зашёл проведать. Нормально", - он медленно закрыл глаза. "Стоп. ОБИ-ВАН! О нет! Надеюсь, моя рука не на груди у Шпильки. Чёрт, именно ТАМ! Он нас убьёт!" - Энакин быстро встал, при этом разбудил ничего не понимающую Асоку и понял, что он без рубашки, благо в штанах.       - Энакин, что это?       - Я случайно заснул, пока она перебинтовывала мне руку. А теперь я стою перед тобой и рассказываю это.       - Асока!       - Честно, так и было. Он очень тяжёлый для меня, и я решила: пусть рядом поспит, ничего страшного, мы ведь ничем таким не занимались.       - Ладно, я вам верю, но это последний раз.       

Хорошенькое утро получилось.