и жили они долго и счастливо

От трёхчасового сидения затекают задница и ноги - Тэхён встаёт, проходится вдоль ряда больших окон, возвращается назад, утыкаясь взглядом в напряжённую спину намджунова друга, и наворачивает ещё пару кружков по залу. Через несколько минут его место занимает пожилая дама, а других свободных нет, но - откуда-то после продолжительного отсутствия возвращается Намджун. Он подходит к своему другу (Тэхён честно не помнит, как его зовут; от волнения он всегда всё забывает и пропускает мимо ушей), спрашивает о чём-то, кивает и направляется к Тэхёну. - Твою карту заблокировали, - пухлые губы Намджуна растягиваются в улыбке. Тэхён понятия не имеет, как ему реагировать, - он вообще не знает, хорошо это или плохо, - но раз Намджун улыбается, то всё в порядке. Эта его улыбка обычно означает, что они движутся в верном направлении. Переезжая в Сеул и вступая в так называемую взрослую жизнь, о которой всегда с опаской твердила мама, Тэхён даже не подозревал, сколько неприятностей может встретиться на его пути. Потеря карты - не самое страшное происшествие, которое происходило с ним за два года самостоятельного существования, но, тем не менее, оно нехило потрепало нервишки не только Тэхёну, но и взрослому и откуда-то опытному Намджуну, являющемуся единственным другом и соседом по комнате в одном лице. Больше всего Тэхён испытывал неловкость перед намджуновым другом, которого пришлось вытащить из противоположного конца города, потому что его знакомая уже давно работает в банке и разбирается во всей этой херне. - Да ничего страшного, господи, - всё время повторял этот парень, хлопая Намджуна по плечу и заинтересованно оглядывая Тэхёна. Тэхён таким же любопытным взглядом пилил его переносицу и не знал, что сказать. Примерно на четвёртом часу пребывания в банке Тэхён обещает в благодарность напоить Намджуна и его друга пивом или что они там любят; не суть, в общем-то. Кажется, он должен им по гроб жизни, потому что за всё проведённое в этом месте время он не сделал ничего, кроме того, что подписал какие-то бумаги и два раза сходил за кофе. Всё остальное делали Намджун и этот парень. Тэхён не помнит его имя, зато знает, что он любит эспрессо с четырьмя ложками сахара - сладкоежка - и постоянно находится в режиме улыбки и любви ко всему миру, а ещё немного шальной в своём желании обратить на себя внимание Тэхёна. - Нет, Хосок, я бы на твоём месте не спешил... - Тэхён возвращается с очередной порцией кофеина, когда Намджун и Хосок (наконец Тэхён узнал его имя) с важным видом склоняются над какими-то бумагами. - Тэхён-а, иди сюда, - Намджун подзывает его пальцами. Деньги возвращают в этот же день, а вот выпуска новой карты ждать ещё целых две недели. - Господи, я совсем не умею обращаться с наличкой, - тяжело вздыхая, Тэхён убирает купюры в кошелёк с нарисованным Ямамото, когда они, усталые, но довольные, выходят из душного помещения на улицу. - Вечно трачу деньги на какую-нибудь хрень. Хосок смеётся, закидывая руку на плечо Намджуна. - Мне пора, - он говорит, щурясь от весеннего солнца, и кивает в сторону остановки. - Спасибо ещё раз, - Тэхён кланяется, и Хосок неловко кланяется в ответ, а потом резко срывается с места - как раз подъезжает его автобус. - Он классный, - добавляет Тэхён, наблюдая, как Хосок еле успевает проскочить в закрывающиеся двери. - Может быть, - соглашается Намджун, доставая из кармана бомбера пачку Мальборо. - Всё время клянчил твой номер, твиттер или фэйсбук. Тэхёну с трудом удаётся удержать маску напускного безразличия на своём лице; он спотыкается на ровном месте, но тут же берёт себя в руки, равнодушным взглядом утыкаясь в носки своих кед. - Пф, - спустя пару секунд, за которые внутри успевают родиться, полетать и взорваться нахрен дурацкие бабочки, изрекает Тэхён. Хосок просил его контакты - да это не просто пф, это целое нихуя себе с капелькой "я знаал, знал". Но для Намджуна - только пф. - Так что жди звонка. Тэхён не успевает сдержать улыбку.