Wamintirile +12

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Пэйринг или персонажи:
Энтони/Марсель, Фелиция.
Рейтинг:
R
Жанры:
Мистика, Повседневность, Даркфик
Предупреждения:
Смерть основного персонажа, Нецензурная лексика
Размер:
Мини, 13 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
-Ага, конечно у самого ширинку разрывало каждое занятие пока ты меня рисовал.
-Пошел на хер! Это было из-за того что я люблю рисовать и мне это доставляет удовольствие. У тебя у самого стояло, когда ты там пиликал!
-А, так ты видел!
-Пошел в жопу!
-Я предпочитаю быть снизу.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
10 августа 2014, 02:24
Примечания:
Написано под несколько песен, однако, пожалуй самая ходовая будет Alternosfera – Wamintirile
Комната была наполнена ароматом белых лилий, что стояли в старой вазе с легким сколом у горлышка. Нежные цветы блекло мерцали в предрассветном сумраке, источая свой пьянящий едва ощутимый аромат. Стопки книг стояли вдоль стен и уже не первую неделю собирали пыль. Больше в комнате не было ничего кроме двухспального матраса закиданного разномастными подушками небрежно заправленного белыми простынями. Легкие занавески из полупрозрачной органзы раздувал ветер. За окном слышалось пение ранних пташек и шум листвы, тревожимой ветром. Укрытый простынкой среди кучи подушек на матрасе валялся парень и смотрел в потолок, изучая потрескавшуюся штукатурку. Он лежал так уже третью ночь. Сложно было заснуть в этой квартирке, когда под боком нет любимого человека. Сложно осознавать что рядом его уже не будет больше никогда. Он неподвижно лежал смотря как штукатурка начала окрашиваться нежным розовым цветом от рассветных лучей. Вскоре солнце добралось и до лежащего на кровати парня, заставляя его иссиня черный волос, водопадами спадающий по плечам и раскиданный по подушкам в приступе бессонницы, сиять и блестеть словно вырезанный из гематита искусным скульптором. Сам же парень был бледен как мраморная статуя, лишь потускневшие зеленые глаза выдавали в нем живого человека.

Через полчаса после рассвета тишину квартиры разорвал звук будильника. Парень не сразу среагировал на раздражающий звук, но вскоре взял лежащий на полу мобильный и отключил будильник, стараясь не смотреть на экран. С заставки смотрел Он. Его единственный и неповторимый. Его муза. Его гений. Его большая и чистая любовь. Его свежая утрата. Медленно и нехотя он поднялся, оставив смартфон на белых простынях и пошел на кухню, шлепая босыми ногами по полу и ежась от легкого утреннего холода. Даже летом утро казалось неприятным постоянством, самым холодным и жестоким в его нынешней жизни, так же как до встречи с Ним. Черный чайник резко пискнул, когда парень нажал на кнопку два раза чтобы, заставить агрегат кипятить ему будущий кофе. Из холодильника был изъят йогурт, а найденная для него и для кофе ложка засунута в рот. В таком виде брюнет достал кружку, очередной раз вздрогнув, не увидев рядом со своей матово-черной посудиной разноцветную Его. Некоторое время он рассматривал опустевшую от этой пропажи полку и потирал босую стопу о голень, невольно поджимая пальцы от холода. Чайник снова запищал, сообщая о том, что вода вскипела. Парень тряхнул головой отгоняя наваждение. Быстро высыпав кофе из пакетика в кружку, он залил его водой и стал мешать задумчиво смотря на крутящиеся в кофевороте пузырьки.

Бодрящая жидкость слегка привела парня в чувство, а расправившись с йогуртом он поспешно пошел искать себе одежду. Шкаф стал совершенно непригодным для нормального поиска. Брюнет никогда не дружил с таким понятием как "порядок" и теперь его шкаф был вместилищем хаоса. Порывшись в нем, он извлек черную рубашку и джинсы такого же насыщенного черного цвета. Быстро накинул их, пару раз прошелся расческой по волосам, не придавая осбого значения тому что толку это ровно никакого не давало и его густые черные локоны до середины лопаток не особо пригладились из-за пары небрежных движений. Тонкие очки сковали переносицу и скрыли глаза за бесцветными линзами.

-Поздравляю Энтони, уже третий день ты держишься молодцом, - произнес он глянув в зеркало у входной двери и коснулся пальцами прикрепленной к нему фотографии белокурого мальчишки. На губах брюнета скользнула мимолетная улыбка, глаза зажглись прежним зеленым огоньком, но тут же потухли. - Продержусь ли я больше, Марсель?

Дверь хлопнула, скрыв от мира это уединенное место, увитое старыми воспоминаниями и разодранной в клочья любовью.

***

ПОЛ ГОДА НАЗАД.

-Тони!

-Отвали.

-Ну, Тони!

-Пошла к черту.

-Прошу, Тони, остановись!

-Ты не поняла? Я не собираюсь идти на эту дурацкую пару рисунка! Голые мужики меня не интересуют, даже как художника, - недовольно фыркнул Брюнет и одарил свою подругу испепеляющим взглядом.

-Энтони Фердинанд Блек! Собери свою чертову сраку в горсточку и тащи ее на эту чертову пару! - буквально пропищала худенькая девчушка в белой рубашке с закатанными рукавами и парой карандашей, зажатых в ладошке. Она была весьма миловидной с русыми волосами до плеч и смешным чуть вздернутым носиком. Карие глазенки с недовольством уставились на друга, казалось, она вот вот расплачется, лишь бы уговорить Блека пойти с ней.

-Я уже двадцать три года как Энтони, да еще и Фердинанд и в придачу Блек, - фыркнул тот и, сложив руки на груди, закатил глаза. - Лучше придумай что ты хочешь за то, чтобы я составил тебе компанию на этой твоей супер-пупер-мега крутой паре.

-Ну, - протянула девушка и наморщила усеянный едва заметными конапушками носик в попытке придумать то, что понравилось бы Тони. - Ладно, сдаюсь, придумай сам, - сказала она прикрыв глаза и выдохнув. - Только никакой пошлятины! А то знаю я тебя, извратище!

-Сама та еще извращенка, только бы на голых людей посмотреть, а еще лучше на голых людей во время совокупления! Знаю я тебя, - буркнул брюнет. А ведь так хотелось пропустить занятие на котором моделью будет обнаженный парень. Только вот вся правда была в том, что на самом дела Тони был геем и никому говорить об этом он не хотел, даже Фелиции, которая стала его лучшей подругой в этой академии. Сколько себя помнил он хотел стать модельером или просто художником. Узнав об этом родственники настояли на длительном обучении, посещении нескольких художественных школ, училищ и в довершение всего, конечно же, университета или академии изящных искусств. Тони обожал неспециализированные учреждения, там где и художники и танцоры и музыканты занимались вместе. Он украдкой мог подсмотреть за юными танцорами балета или полюбоваться на прекрасные руки пианистов и скрипачей. С самого детства ему нравились мальчики, особенно так же как и он втянутые в искусство, поэтому сегодняшняя пара могла разрушить его легенду мачо с холодным сердцем. При длительном созерцании Тони не мог гарантировать полного контроля над тем что творилось у него в штанах.

Фелиция все так же щебетала по поводу того какой же красавчик их ждет в аудитории и не умолкала ни на секунду, погружая Тони во все более и более мрачные мысли. Он так боялся что заметят его случайную эрекцию, что готов был провалиться сквозь землю. Из-за тяжелых мыслей он даже не заметил, что уже стоял перед входом в аудиторию, где было не протолкнуться. Обреченно вздохнув парень пошел, выбивать себе и подруге место вокруг модели. Мольберт был поставлен, на небольшой табуреточке стали размещаться карандаши и угольные грифели. Дальше из просторной матерчатой сумки Энтони было извлечено несколько ластиков и канцелярский нож, небольшой листок бумаги, который будет заменять ему беспрестанные походы к мусорному ведру и вскоре из дополнительной папки появился белоснежный лист ватмана. Все это время парень старался не смотреть на место где будет сидеть модель, возле которой сейчас толпились все девченки его потока. Лист был прикреплен кнопками со всех четырех углов, и вот уже Тони принялся подготавливаться и сам. Он закатал рукава черной трикотажной кофты по локоть, надел очки и стал собирать свой длинный волос в небрежный хвост, чтобы не мешался при рисовании. Проверив остроту каждого из семнадцати карандашей парень наконец-то стал осматриваться по сторонам. Аудитория была переполнена, мольберты разве что друг на друге не стояли. Интересно и что за модель вызвала такой ажиотаж?

Взгляд сам скользнул к подходящему к кушетке белокурому парню, бедра которого были небрежно укутаны в белую простыню. Он сел на пьедестал, что окутывали так же белые драпировки и принял удобную для себя позу, став дожидаться пока все рассядутся и начнут его рисовать. Девушки переговаривались, занимая свои места и то и дело бросая взгляды на модель.

-Добрый день, дорогие студенты, - произнесла преподавательница и поправила свою идиотскую шишечку на затылке. - Сегодня мы будем рисовать обнаженную мужскую модель, - оповестила она, будто бы наглядного доказательства в виде очаровательного блондина ей казалось мало. - Господин Марсель Лоренцо ле Бланк, согласился позировать нам на протяжении целых семи занятий и мы будем надеяться, что данное сотрудничество будет для нас вех очень приятным. Прошу начинайте.

Гомон вскоре стих и сменился на звук скребущегося о лист грифеля карандаша. Девчонки сосредоточенно рисовали. Тони же, раз уж избежать посещения занятия не удалось, стал рассматривать свою модель, которая сидела к нему в пол оборота и при этом смотрела именно на него. Парень был ладно сложен, хоть чертовски худым, но его плечи довольно широки, а под бледной бархатистой кожей были видны упругие мышцы. Он был черезвычайно бледен а изгибы тела парня плавными словно он был сказочным существом а не человеком. Светлые платиновые волосы были собраны в небольшой хвостик-водопад лишь слегка убирающий длинную челку назад. Его кожа была бледной и матовой, не было излишнего румянца и какого-то поросяче-розового оттенка, наоборот, весь он был словно вырезан из слоновой кости. И кожа и волос имели примерно один и тот же оттенок, а переход волос у лба был едва уловим. При этом блондин имел весьма темные брови и ресницы. Энтони вспомнил как мать рассказывала ему о признаках "породы" у человека и вот таких блондинов старушка называла породистыми. То что Марсель не был крашеным брюнет мог поклясться собственной гривой. Взгляд Тони скользнул по лицу модели. Благородные и слегка женственные черты дополняли бескровные бледные тонкие губы, лишь слегка подернутые розовой пудрой. Острый аккуратный носик придавал парню кукольный шарм, все дальше отстраняя его от мира реального в мир грез. Густые ресницы на слегка раскосых глазах дрожали пока парень держал глаза закрытыми. Но стоило его векам дрогнуть и устремить взгляд в сторону Тони, как он потонул в фиалковых глазах блондина. Такой редкий оттенок, каких стоит поискать. Сам брюнет, конечно, тоже был с довольно редким цветом глаз - насыщенно зеленым, но глаза Марселя были еще более необычными, фиолетовые радужки с едва заметными голубыми лучиками отходящими от зрачка. Тони готов был уже душу продать ради ночи с этим прекрасным существом, чтобы почувствовать его изящные тонкие пальцы на своем теле, насладиться его превосходной кожей. Высокому брюнету Марсель дышал бы в ключицы, щекоча макушкой любопытный нос.

-Ох зря я сюда пришел, - прошептал брюнет поспешно отводя взгляд от модели и прячась за свой мольберт в тщетной попытке придти в себя и начать рисовать. Вздохнув он достал плеер и одев массивные наушники включил легкую инструментальную мелодию.

Первые штрихи появились на девственно белом листе уже через минут двадцать и первого перерыва модели на легкий чай и болтовню с восхищенными девчонками. А дальше Тони не мог оторваться ни на секунду от своего рисунка, улавливая каждую деталь прекрасной модели. Вот на левом плече он замечает черную полосу. Что это? Татуировка. Брюнет поднялся на ноги прежде чем сообразил что делает. Татуировка на левой лопатке в виде стилизованных цветов и бумажного журавлика. Марсель краем глаза наблюдает за перемещениями брюнета и едва заметно улыбается, оставаясь неподвижной статуей из слоновой кости.

Занятие пролетело на одном дыхании, а на листе Блека появился контур будущей модели. Он так хотел сделать этот потрет идеальным, чтобы запомнить прекрасного Марселя. Теперь он понимал отчего все девчонки так всполошились, только вот единственному парню в потоке было зазорно проявить слабость к этой ожившей статуе и пойти на поводу у желаний. Брюнету оставалось лишь рисовать, вспоминая как волос Марселя струится по его плечам и едва закрывает кончиками соски парня, раздается шелковистым водопадом по спине и мерцает в свете софитов. Он не мог ни прикоснуться к модели, ни позволить себе забыть этого идеального парня. За первым занятием пролетело второе и третье, а за ним началось четвертое.

-Вообще-то все разошлись, - прервал мысли Блека хипловатый голос. Художник встрепенулся и оторвал взгляд от листа, вставив наушники и пытаясь понять кто это сказал. - Да тут я, тут, на постаменте, - Марсель недовольно поежился. - Может ты уже закончишь или хотя бы сходишь до кофе-машины и принесешь мне чего-нибудь тепленького?

-Ох... а... да... Я сейчас, - произнес Тони и поднялся со своего стула рассеяно глядя на карандаши и свою работу.

-Так что? Мне одеваться или подождать кофе? - поинтересовался парень укутываясь в свою простынку. - Тебя, кстати, как зовут?

-Эмм... Тони. Я сейчас принесу кофе, - буркнул едва слышно парень, но голос оказался громким в бархатистой тишине аудитории. Студия была пуста и даже преподавательница уже давно ушла. - А сколько времени?

-Почти десять вечера. Я из-за тебя опоздал на свой автобус, - улыбнувшись произнес блондин. - Так что и ты не уедешь из этой треклятой студии.

Парень нахмурился и улыбнувшись последовал за Тони. Он молча прошлепал по холодному полу босыми ногами, подождал пока грузный аппарат выдаст ему черезчур сладкий кофе и стал пить его большими глотками. Брюнет наблюдал за своей моделью и подмечал как тот смешно морщит нос или как дрожат ресницы парня пока тот дует на поверхность кофе, разгоняя воздушную пенку.

-Слушай, а ты далеко отсюда живешь? - вдруг спросил блондин. - А то мне как-то не улыбается ждать здесь первого автобуса и невыспавшись возвращаться в училище.

-Ну двадцать минут пешком, - задумчиво ответил Тони. - Только у меня одна кровать и та даже не кровать, а скорее матрас. Не думаю что тебе у меня понравится, - в парнике постарался отговорить он блондина, но озорные искорки в глазах оного, говорили о том, что парень опоздал.

-Главное чтобы одеяло было и подальше от училища, - разулыбался парень. Его улыбка чуть не довела художника до полуобморочного состояния. - Эй, только не говори что влюбился в меня как и эти глупышки, что рисовали меня, - рассмеялся парень пританцовывая на прохладном полу.

-Ты наверное замерз... - охрипшим голосом произнес брюнет и нервно поправил очки, таким образом стараясь скрыть свое смущение. Он не знал куда ему провалиться, ведь сдержать себя в столь пикантной ситуации будет более чем сложно.

-Ну да, есть немного. Наверное мне стоит одеться и мы пойдем к тебе. Я так проголодался. У тебя будет что перекусить?

"Детская непосредственность"

В подтверждение мыслей парня, Марсель обворожительно улыбнулся, когда Тони глянул на него, и начал одеваться. Узкие джинсы сидели на нем как влитые, светлая рубашка с темными манжетами была будто создана для этого удивительного парня. Он быстро застегивал пуговицы и что-то шептал себе под нос. Брюнет не мог оторвать глаз от Марселя, который будто и не замечал как он буквально пожирает его взглядом.

-И долго ты будешь меня рассматривать? - спросил блондин щелкнув перед носом Тони. - Или уже мечтаешь меня снова раздеть?

-Что? С чего это ты взял? - Тони стал скидывать свои вещи в сумку, оставляя работу на мольберте.

-Ты все время так пристально смотришь на меня. Твои глаза горят, ты раскраснелся, а в ширинке тебе явно тесновато, - рассмеялся Марсель. Тони поспешно посмотрел на свою ширинку и сглотнул. - Ну, так что? Ты у нас настолько вдохновенный художник? Или может быть ты гей? - последнее слово он выдохнул на ушко Тони, заставив его вздрогнуть. Только сейчас злой на себя парень понял, что ладони модели лежат на его бедрах, а грудью он прижимается к спине Тони.

-Ты чего творишь? - слабая попытка сопротивляться, голос сведен к жесткому рыку, сам замер стараясь понять что же Марсель будет делать дальше. - Я не те тупые воздыхательницы. Ты мне не интересен.

Вранье. Оба это знают.

-О, нет! Ты далеко не туп и это очаровательно, - произнес он и мягко коснулся губами плеча брюнета, одна рука поползла с бедра на плоский живот парня, миновав мягкую ткань кофты. - И я собираюсь присвоить тебя себе.

-Да ты совсем охренел, пидор! - стал вырываться Тони. Чего ему стоило отдаться покорно в эти руки! Он не мог просто так взять и признаться этому мальчишке, что ему нравятся парни и черт с ним, что тело его уже предало с радостью откликаясь на ласковые прикосновения.

-И чего ты такой ершистый!? - спросил блондин и получил локтем под дых от брыкающегося Тони.

-Не трогай меня, извращенец!

-А ты лицемер, - кашляя бросил Марсель и отпустил свою добычу.

-И хер с ним! Не хочу чтобы меня лапал сопливый мальчишка!

-А если этот мальчишка старше тебя на два года?

-Значит я ему не поверю и трогать себя не разрешу!

-Да ладно тебе уже брыкаться, обоим ведь ясно что симпатия взаимна, - усевшись на полу, произнес Марсель и шумно выдохнул. - не понимаю, чего ты так ерепенишься?

-Не понимает он, - фыркнул парень уже подошедший к выходу. - Ты у нас весь такой популярный и фиерически красивый, решил что одноразовый перепих все что мне нужно? Ну уж нет! Дудки!

-То есть ты не собираешься даже попробовать встречаться? - поинтересовался блондин, зачесывая волос назад.

-Нет, я не собираюсь с тобой даже встречаться, потому что мы встретились в чертовой академии! Даже не собираюсь думать о подобном, так что иди ка ты на хер и спи тут! - с этими словами Тони что было духу рванул домой.

Только вот каждый раз после занятий Энтони убегал домой быстрее чем остальные горе художнички потока. Марсель злился, но поделать ничего не мог. Оба ждали окончания срока позирования блондина. Тони надеялся что все кончится и модель от него отстанет. У Марселя же были иные планы по этому поводу и парень усиленно готовился воплотить их в жизнь.

-Отлично Блек, ваша работа лучшая в потоке и на летний пленер вы можете бесплатно поехать в наш лагерь. Вы ведь круглый отличник. Надеюсь у вас нет иных планов на первый месяц лета? - поинтересовалась Амалия Сатер на просмотре. Женщина была деканом факультета Тони и могла с легкой руки раздавать свободные места в летнем лагере, который организовывала академия.

-Думаю вы уже придумали, как я смогу помочь вам с первокурсниками, - тяжело вздохнул брюнет, заправляя прядь тяжелых волос за ухо. - Так что у меня нет причин отказываться, как и права это сделать.

-Тогда пойду распоряжусь по поводу твоего бюджетного места в этой поездке. Ах, горы, реки и лес в окружении юных дарований, - лепетала она направляясь в свой кабинет.

-Класс! - подлетела к нему Фелиция и повисла на спине брюнета. - Везет тебе, я бы тоже поехала, но у меня предки приезжают, да и денег нету, - Тони усмехнулся и подхватил ее под маленькую мягкую попку, да потащил девушку на спине из кабинета.

-Ты преувеличиваешь. Я больше учить молодняк буду, нежели носиться по тем самым горам, рекам и лесам с альбомом и рисовать эти красоты, - вздохнул удрученно парень.

-Но ведь у тебя и правда лучшие работы, все одно отдохнешь. А еще ты так классно изобразил Марселя, я тоже так хочу, - произнесла девушка, надув губки, все так же разъезжая на горбу своего друга.

-Ага, я ненавижу этого самодовольного индюка, - хмыкнул Тони.

-Бяка ты, Марсик хороший! К тому же он галантный кавалер, для тебя это недостижимая высота! Ой! - девушка шлепнулась на пятую точку, когда брюнет ее резко отпустил. - Ты чего?

-А чего это ты со мной тут возишься, а не со своим Марсиком тусуешься? - нахмурился Тони.

-У него экзамены, - произнесла девушка. - К тому же он девушками не интересуется, он это мне сам рассказал. А еще сказал, что тебе тоже девушки не нравятся.

-Еще как нравятся, тебя же я терплю! - возмутился Тони, поправляя очки и шумно вздыхая. Ну, вот кто тянул этого напыщенного идиота за язык? Вдруг Фелиция все же поверит Марселю и решит проверить его слова? Тони все это не нравилось. Ой как не нравилось! Только вот предчувствие не прикрепишь к их разговору - девушка ничего и слушать не будет. Как и многие она околдована этим наглым мальчишкой и готова на все лишь бы не остаться без его внимания.

Марсель мгновенно захватил умы всех девчонок академии. Поэтому о блондине Тони слышал постоянно. Марсик то! Марсик это! А сегодня Марсик будет там! А там Марсика не ждать! Именно так брюнет всегда знал где находится объект его лютой ненависти и старался избегать с ним контакта, ведь любвеобильный блондин несся к нему через всю академию просто чтобы поздороваться и быть посланным ко всем чертям. Так было каждое утро. Марсель дожидался его у входа в универ и не уходил пока Тони не говорил хоть что-то предназначенное лично модели, будь то оскорбление или предложение пешего эротического путешествия. Марсель даже один раз догадался спросить кто будет его спутником в этом походе, на что Тони просто предоставил ему выбор любой мраморной статуи в академии. Так же как Тони грубо отшивал Марса каждое утро, Марс отшивал девочек буквально каждую перемену. Бондин помешался на Блеке, что черезвычайно нервировало последнего.

Нет, Энтони не страдал от того, что все женское внимание вдруг перекючилось с него на кого-то другого. Наоборот парень был всеми конечностями "за" и не стремился вернуть восторженные взгляды ополоумевших от гормонов девиц. Правда и околачивающийся неподалеку Марсель раздражал неимоверно, он преследовал брюнета везде и всюду. Если выдавалась свободная минутка Марс несся к Тони чтобы просто поздороваться с ним. Поход в столовую - "Ах, Тони, тут свободно? Ну я сяду! Ох эти пироженки замечательны попробуй их!" И так постоянно. Все усугублялось желанием Фелиции во что бы то ни стало свести их вместе. Единственным спасением от блондина по его мнению стала поездка в треклятый лагерь пленера.

Не прошло и недели как Тони пожалел о поездке. Причина оказалась до идиотского простой - Марсель.

Два дня подрят после занятий с первогодками Тони брал планшет*, кисти, краски, целый набор карандашей и различных художественных мелков и складной стул с переносным мольбертом и отправлялся в окрестные леса, к речкам и лугам. Он самозабвенно рисовал рано утром и уходил в лоно природы с шести вечера, когда в лагере заканчивались занятия. Эти три дня он чувствовал себя на седьмом небе от счастья. Только свежий ветер, пение птиц и прекрасная величественная природа вокруг. Вот и в этот вечер он остановился на прекрасной полянке, с которой хорошо просматривалась излучина горной речушки и прибрежные скалы, да исполинские валуны, и разместившись стал делать первые наброски будущего пейзажа. Он не сразу пришел в себя когда услышал звуки скрипки. Чистая мелодия лилась и переплеталась с шелестом листьев и пением птиц, дополняемая стрекотом кузнечиков. Конечно скрипка без компьютерной обработки или же без должного сопровождения оркестра звучит все же не так гладко и есть специфичные моменты, но тот кто играл был чертовски хорош. Не долго предаваясь сомнением Тони решил узнать кто же этот безликий мастер, что так ласково извлекает звуки из инструмента.

Добратся до места оказалось очень просто. На небольшой поляне был пень от старого дуба. Скрипач стоял на нем в золотых лучах солнца, что пробивались сквозь изумрудные листья вековых деревьев. Тонкие пальцы легко скользили по грифу зажимая струны, смычок плясал на них заставляя трепетать не только тонкий металл и тонкие деки, но и сердце брюнета. Эти мгновения могли бы длиться вечно, если бы взгляд художника не скользнул по плечу к лопатке обнаружив до боли знакомую татуировку. Все очарование скрипача тут же пропало. Не спасли ни его изящные движения, ни полное погружение в игру... "Какого хера тут делает этот мудак?" - это все о чем мог думать Тони. Вернувшись к своим вещам, парень уже не мог рисовать, поэтому отправился к реке пошвырять камушки и хоть чуть-чуть успокоиться. Прийдя на берег он уселся на первый попавшийся камень и подхватив плоскую гальку стал швыряться ею в бурные воды горной речки. Из-за шума реки он не слышал как прекратились звуки скрипки. Не слышал он и то как к нему сзади подошел объект его страстной ненависти.

-От меня все бегаешь? - Марсель присел рядом с Тони.

-Тебя не касается, - огрызнулся брюнет и зашвырнул очередной камень в воду.

-Мне кажется, что мы друг друга немного не поняли, - попытался снова обратить на себя внимание Марс.

-Если мы друг друга немного не поняли, повторяю "Иди на хуй, гребаный нарцисс"

-Я не нарцисс.

-Еще какой нарцисс.

-А я говорю нет!

-А я утверждаю, что да!

-Ни капельки!

-Да сто процентов!

-Нет!

-Да!

-Нет!

-Да!

-Нет!

-Да!

-Нет!

-Нет!

-Да! Блядь, да не нарцисс я! - фыркнул Марсель. - Может бы все-таки выслушаешь меня?

-Как будто от моего согласия или отказа хоть что-то изменится? - Тони старался как можно скорее отвязаться от него. - Ты вбил себе в голову что раз ты аак красив, то любой готов с тобой ебаться, но я сломаю твой шаблон и скажу, что я тебя не хочу!

-Ага, конечно у самого ширинку разрывало каждое занятие пока ты меня рисовал.

-Пошел на хер! Это было из-за того что я люблю рисовать и мне это доставляет удовольствие. У тебя у самого стояло, когда ты там пиликал!

-А, так ты видел!

-Пошел в жопу!

-Я предпочитаю быть снизу.

-Что? - Тони чуть не задохнулся от такого признания блондина.

-Я пассив, дурья твоя башка, - произнес Марс и зябко повел голыми плечами. Тони замешкался. Такого поворота событий он не ожидал. Взгляд скользнул по голому торсу скрипача, и брюнет сглотнул. Заметив мурашки на его теле, парень слегка вздрогнул, приходя в себя, и сняв с себя ветровку накинул на плечи блондина. Марс благодарно улыбнулся и закутался в нее.

-Прям так и пассив? - прищурившись спросил художник, Марс кивнул. - И падаешь под любого мало-мальски имеющего на тебя стояк?

-Ты совсем охуел? - взорвался парень, подскакивая. - Я тебе не третьесортная шлюха, чтобы раздвигать ноги перед каждым встречным поперечным!

-Судя по нашей первой встрече я не далеко от истины ушел, - ехидно подметил Тони и облизнул пересохшие губы.

-Да ты! Да я! Да как я вообще мог влюбиться в морального урода! - Марс швырнул в Тони его ветровку и, схватив футляр со скрипкой, направился прочь от ошарашенного брюнета и быстрой горной реки. Блек же ошарашенно уставился вслед удаляющемуся скрипачу, до парня не сразу дошло что же тот сказал ему.

"Влюбиться... Пассив... Неужели именно потому он и предложил? Черт, что же я наделал..."

Теперь беготня выглядела совершенно по другому: Марсель старательно избегал брюнета, а тот в свою очередь хотел подойти к парню и попытаться извиниться. Конечно это не осталось не замеченным Фелицией, которая не приминула посмеяться над незадачливым другом. Как ни старался Энтони, но поймать блондина ему не удалось, разве что заставать его сольные концерты в лесу. Это были поистине божественные моменты, парень представал в воображении художника лесным эльфом, таким тонким изящным и невероятно прекрасным, и по мере того как долго наблюдал за ним парень, альбом предназначенный для величественных пейзажей заполняли наброски прекрасного эльфа. "Влюбился" это слово, брошенное Марселем, не давало Тони сдаваться и забить на этого парня как и на многих других. Хоть Тони и не коллекционировал их пачками, но было на его опыте и несколько странных сталкеров, которых он игнорировал, да и в определенных кругах мог обзавестись мимолетными любовниками.

На протяжении остальных трех недель ничего так и не получилось сделать и брюнет остался ни с чем. А по приезду домой тот и вовсе лишился возможности лицезреть белобрысую зазнобу. Фелиция так же не знала куда делся парень и сетовала, что не увидит этого красавчика до сентября, но уговорила снова позировать им в начале учебного года. И Тони остался ждать сентября, изрисовывая альбомы своим белобрысым наваждением.

Лето тянулось невыносимой чередой скучных дней похожих друг на друга словно копии и не желало отпускать брюнета в дождливый сентябрь. Но и оно все же уступило свое место косым дождям вселяя в сердце Блека надежду, ведь за время их разлуки Тони окончательно влюбился в этого невероятного скрипача, кленя свое воображение, которое смаковало образы блондина играющего на скрипке посреди леса. Первый учебный день он ждал с нетерпением и кое как накинув на себя кожанку побежал в академию в надежде найти блондина и все ему разъяснить. Как и ожидалось намеченная ранее беготня продолжалась и это слегка нервировало. Марсель оказался гораздо изворотливей чем предполагалось и к концу дня Тони совсем вымотался. Желание поговорить с парнем по-человечески отпало, раз с ним по-плохому, то он будет по-плохому.

Выход нашелся довольно быстро. Ничего не подозревающий Марсель скрылся за дверью мужского туалета в надежде справить малую нужду. Все проходило как и должно было проходить: достал, получил удовольствие от долгожданного облегчения и... тут все пошло не так. Раздался чей-то кашель, и вздрогнувший Марс стал искать источник этого нерпиятного звука.

-Тони? Кажется ты не был рад видеть меня и мечтал чтобы я от тебя отстал, так что тебе на этот раз не нравится? - фыркнув спросил он и вернулся к своему занятию.

-Мне не нравится, что поговорить с тобой получается только пока ты ссышь и никуда убежать не можешь, - произнес брюнет спрыгивая с подоконника и подходя к блондину. - То что ты сказал у реки, это правда?

-Я много чего сказал, - парировал Марс застегивая уже ширинку и думая направиться к раковине, чтобы ополоснуть руки. Говорить с брюнетом ему точно не хотелось.

-Ты сказал что влюбился в меня, - напомнил Тони подходя ближе.

-Ох, думаю ты опоздал, парниша. Я уже озаботился себе новым увлечением, - соврал Марсель, тщательно намывая руки. Кому хотелось говорить что бегает он только из-за обиды на случившееся недоразумение и мечтает о том, чтобы Тони ответил на его чувства взаимностью. Но самому Тони об этом знать было вовсе не обязаельно, а потому паутина лжи уже начала плестись. - Он такой классный. Рельефный торс, смуглая кожа, выше меня на голову и может поднять меня как пушинку. У него такие красивые черные глаза и... - договорить парню не дали. Марс охнул когда его не слабо приложили к кафелю, которым были облицованы стены. Не успев ничего понять, он уже хотел начать материть художника, но его рот вовремя заткнули требовательным поцелуем. Сначала блондин пытался сопротивляться, но его попытки становились все слабее и слабее, а в конечном итоге он сам обвил руками шею брюнета и прижался к нему, ерзая от страстного и срывающего крышу поцелуя. Когда шершавые обветренные губы Тони вдруг покинули его, Марсель готов был застонать от обиды и мгновенно впился взглядом в наглого парня.

-Ты мой! - сквозь зубы произнес Энтони и провел ладонями по бокам блондина. - И возражений я не приемлю!

-Пошел на хер, мудак! - слабо стукнул брюнета Марсель, а потом залился румянцем, прикусывая припухшие от поцелуя губы и отводя взгляд. - Не мог так сразу ответить? Тоже мне брюнет.

-Иди сам, блондинка, - усмехнулся парень, гладя того по щеке.

Предположить что было дальше проще простого - после того как оба собрали вещи и без предупреждения покинули академию, они направились в квартиру Тони где не вылазили из постели почти три дня. Весь универ был поражен тому, что два самых интересных парня оказались геями и заняты только друг другом. Тони же узнавал своего любовника с новых сторон. Оказалось что Марсель был застенчивым и очень чувствительным парнем, который навзрыд плакал на моменте, где Шрам убивает Муфасу, просматривая "Король лев", легко обижался если Тони что-то забывал и был невероятно нежным со своим любимым. При всей внешней холодности и пафосности Марсель был не такой, он часто улыбался и заствлял непроизвольно улыбаться и вечно угрюмого Энтони. Они были действительно счастливы. Зима принесла им радость совместных прогулок с созданием снеговиков и игрой в снежки с последующим посещением кафе, где они согревались чашечкой ароматного чая. Они часто грелись возле камина, который был в квартире Тони, сидя в обнимку под одним клетчатым пледом. Это было одной большой счастливой сказкой. Конечно были и ссоры, но они тонули в сотнях объятий и нежных поцелуев и в бурных ночах, которые проводили любовники. Кстати особо бурными они были как раз таки после ссор.

Но все перечеркнул случай.

Очередная прогулка после катания на коньках казалась веселым дополнением. Тони подшучивал над Марселем и сам смеялся своим шуткам. Вечер казался идеальным. Когда парни переходили через дорогу, никто из них и не додумался посмотреть по сторонам, ведь светофор показывал зеленого человечка. Визг тормозов и крики прохожих. А дальше темнота. Несколько месяцев комы, результатом которых стала смерть одного и инвалидность второго.

Сломанные пальцы срослись неправильно и теперь дрожали, если их долго напрягать, шрамы на пол лица и порванные сухожилия на ноге. День изо дня проходили в апатии и воспоминаниях, которые рвали еще и душу. Марсель не знал как ему жить без своего любимого брюнета. Только вот первая же попытка свести счеты с жизнью навсегда отбирал у него подобные устремления и заставила жить дальше.

Тогда он налил полную ванну горячей воды, подготовил отцовский скальпель, чтобы быстро вскрть вены. Жизнь без Тони казалась ему совершенно невыносимой и решение о самоубийстве пришло на удивление легко. Однако когда дело дошло до исполнения, Марс начал слегка трусить. Он встал перед зеркалом, что висело над раковиной и уперевшись руками в края белой чаши выдохнул собираясь с мыслями. Пульс был просто бешеным, слегка мутило от духоты и он решил ополоснуть лицо холодной водой. Две пригоршни заставили парня слегка встрепенуться, и, зачесав волос назад одной рукой, он стер осевшую влагу с зеркала второй. То, что парень увидел в отражении заставило его закричать и отшатнуться. На него смотрели родные зеленые глаза. Тони был зол и явно не доволен тем, что решил сделать Марсель. Тяжело дыша парень уставился в зачарованное зеркало, пока его снова не покрыла испарина. Он продолжал смотреть на поверхность и уже решил, что ему привиделось, а значит если он снова протрет стекло, то увидит лишь свое покалеченное лицо, как на нем начали появляться буквы, которые складывались в слова, будто кто-то писал пальцем по запотевшему стеклу.

"Даже не вздумай. Я буду наблюдать за тобой. Тони."

***

Тони как сегодня помнил свой первый день в Мире Воспоминаний. Так его называли все местные, так и он стал называть это место. Сбивший их грузовик не сильно искалечил парней и когда Тони очнулся он сильно удивился, что у него ничего не болит. Только вот радость была не долгой - в его палату влетели врачи и только тогда он заметил, что тело его все еще лежит увитое проводами и трубками от капельниц. Он с ужасом смотрел как его пытаются спасти, но это было бесполезно. Никакого темного тоннеля не было, за ним никто не пришел, а когда врачи окончательно записали его в мертвецы они вдруг попросту исчезли. Изображения живых людей тускнели и исчезали. Здесь оставались только покойники. А самое страшное что отражение обычной жизни парень мог видеть в зеркалах и окнах. Он сходил с ума, думая что же будет с его драгоценным Марселем. Конечно же хотелось чтобы парень был с ним рядом, но Блек вовремя себя одергивал, понимая что таким образом желает смерти возлюбленному хоть и не осознанно. Этот месяц для него был чрезвычайно тяжелым. Есть он не хотел, но продолжал трескать фрукты чисто по привычке. Когда Марсель впервые подошел к зеркалу, что-то внутри Тони оборвалось и парень позволил дать себе слабину и попросту расплакался. Его прекрасный эльф был изуродован, половину лица покрывали бугристые шрамы, часть виска так же была стерта. Все это было просто ужасно. Однако самым страшным оказалось желание любимого покончить жизнь самоубийством. Конечно Тони и сам возможно поступил бы так же, но это вовсе не означало, что он позволит Марселю проделать подобное. Как у него получилось явиться через зеркало блондину он не понимает до сих пор, но помимо этого со злости он еще и оставил послание своему возлюбленному.

Сейчас Тони собирался на работу. Как бы странно не звучало, здесь тоже нужно было работать. Он собрал волосы в хвост и посмотрел на свое отражение. В зеркале быстро собирался голубоглазый блондин. Он зашнуровал свои ботинки быстро поправил прическу, прикрывая жуткий шрам своими роскошными платиновыми волосами и чмокнув холодную гладь стекла своими бледными мягкими губами нарисовал карандашом для глаз на нем сердечко, заставив Тони улыбнуться. Они смогут встретиться только после смерти Марса, но оба знают, что эту жизнь блондин проживет не зря, а в конце пути его будет с нетерпением ждать любимый человек.