Вдох-выдох

Брайан Кинни был в приподнятом расположении духа еще утром, но уже ближе к полудню его настроение заметно стало портиться. Возможно, тому была виной не совсем удачная презентация, или просто дело было в странной слабости, от которой в последнее время практически не было спасения, но Брайан был очень рассержен и даже зол. На столе постоянно оставалась куча документов, которые надлежало переделать и отредактировать. Что было тому виной, он так и не мог понять. По большей части виноваты были совершенно не знающие, что же им на самом деле нужно, клиенты, постоянно недовольные то условиями контракта, то образцами рекламных баннеров. Хотя и немалую роль сыграли в пробуждении злобы уже порядком успевшие надоесть и без конца терзающие его разум мысли об одном белобрысом омежке, который вопреки давно устоявшимся правилам все чаще и чаще стал оставаться на ночь в постели Брайана. Кинни сам не понимал, почему это его так бесило, ведь парень не пытался давить, привязать или хоть как-то заявить свои права на альфу, приходил и уходил по первому требованию, не зазнавался перед другими, и даже почти не ревновал, если не брать в расчет жалостливые взгляды и покрасневшие глаза при виде того, как Брайан охмурял какого-нибудь нового омегу. Но при этом альфа понимал, что такая реакция Джастина была ему приятна, хотя все равно не переставал корить себя за слабость к этому парнишке каждый раз, когда снова и снова звал его к себе. Джастин был идеален во всех смыслах, был отзывчив и страстен в постели и тих и ненавязчив в быту, что делало его идеально парой, если бы ни одно «но». Брайан Кинни не заводил отношения, не искал пару и не собирался связывать себя до конца своих дней с одним-единственным омегой. Решение созрело внезапно: поднять настроение и улучшить самочувствие можно было одним надежным способом. Надо всего лишь выгнать юного омегу раз и навсегда, забыть о мальчишке и вернуться к проверенному и определенно более позитивному образу жизни. Брайан поднялся, выключил свет в кабинете и довольно поспешно покинул офис. Уже через полчаса он будет дома, а там и воплотит в действие свой план, удачно избавившись и от уже успевшей надоесть проблемы в виде столь ненужного ему постоянного любовника. Брайан уверенно дернул на себя массивную дверь лофта, с твердым намерением сразу же привести свой план в действие, разобравшись с Джастином, но уже через мгновение понял, что квартира была пуста. Вечерние сумерки создавали легкий полумрак в огромном помещении лофта, при этом делая его каким-то сюрреалистичным и совсем нежилым. В груди альфы как-то неприятно кольнуло, но Брайан быстро справился с собой и, недолго переживая по этому поводу, пошел переодеваться. Впереди был еще долгий вечер, который надо было чем-то занять. Проблема, хоть и отпала сама собой, но удовлетворение от этого Брайан не ощущал. Возможно, дело было в том, что не Брайан стал инициатором разрыва с омегой, к которому, как бы он не старался себя обмануть, он уже успел привыкнуть, а сам Джастин ушел от него. То ли задетая гордыня сыграла с альфой злую шутку, то ли невозможность поверить в тот факт, что до этого случая ни один омега добровольно никогда не уходил от Брайана, но так или иначе он разозлился еще больше. Желание хорошенько оттянуться в клубе, среди моря спасительных удовольствий в виде алкоголя, маленьких таблеток и толпы на все готовых ради такого желанного альфы омег, было самым правильным и верным за этот день. По крайней мере, Брайан был уверен в том, что там он быстро забудет о гложущих его проблемах. Спустя несколько бокалов двойного виски, пару зажигательных танцев под грохочущую музыку и небольшой заправки распространяемыми здесь же легкими наркотиками, Брайан стоял, прислонившись к такой знакомой до последней шершавой трещины на штукатурке стене задней комнаты в лучшем клубе Питтсбурга и уплывал от невероятных ощущений. Парень-омега, стоящий на коленях перед Брайаном, уже не совсем молодой, но все еще весьма привлекательный и стройный, с профессиональным умением делал мастерский минет альфе. Брайан плавился от этих ласк, и напряжение последних дней постепенно улетучивалось, даже от раздражения этого вечера почти не осталось ни следа. Омега был весьма неплох, и справился со своей задачей довольно быстро, доведя Брайана до кульминации, но в тот момент, когда альфа, кивнув в знак благодарности, уже направился на выход, остановил его, ухватившись за локоть. - Прости, но повторения не будет, - Брайан сразу попытался оградить омегу от ненужных ему приставаний с целью продолжить знакомство. - Это я уже понял, Брайан, слухи о тебе весьма красноречивы. Просто я врач, и хотел... - Сделать мне массаж простаты? Благодарю, но я вынужден отказаться. - Брайан ехидно усмехнулся и, вырвав руку из захвата, вышел из темного коридора. Но омега и не подумал отстать, он нагнал альфу уже на улице, едва успев до того, как Брайан сел в свой автомобиль. - Постой! Ты меня не правильно понял, я хотел сказать, что нащупал у тебя опухоль... возможно, это простое уплотнение, но я бы на твоем месте все-таки показался специалисту. Брайан молча кивнул, вставил ключ в замок зажигания и медленно тронулся со стоянки. Слова врача-омеги словно туман накрыли его сознание, он пытался уловить ускользающую суть, но голова снова безбожно разболелась, намного сильнее, чем утром, уши заложило и он с огромным трудом пытался сосредоточиться на дороге, благо машин в такое время уже не было. *** - Мистер Кинни, сейчас еще рано говорить заключительный диагноз, думаю, нам все же стоит подождать результатов анализов, и уже тогда... - А если это рак? Я умру? - При надлежащем лечении и своевременной операции вероятность полного выздоровления составляет 99%, а вы молоды и физически здоровы, поэтому не вижу повода для подобных пессимистических прогнозов. - Отличная новость. Стану диковинкой с одним яйцом. - Нет-нет-нет. Мы заменим его искусственным. Никто даже не догадается. - А если я откажусь от операции? - Рак распространится по вашему телу, захватит жизненно важные органы, и вы умрёте, - доктор поднялся из-за большого стола, обошел вокруг пациента и встал напротив, прислонившись бедром ко второму, сейчас пустующему креслу для посетителей, - но я все-таки хотел бы дождаться результатов биопсии и тогда уже принимать надлежащие решения. Они не должны быть поспешными и необдуманными, вы же альфа, и подобная операция может весьма существенно повлиять на вашу репродуктивную функцию. - То есть? - Брайан подался вперед, неотрывно глядя в глаза доктору. - У вас есть дети, мистер Кинни? - Дети? У меня? Зачем? - Брайан еле сдерживал рвущийся наружу смех, недоумевая, почему доктор вообще решил задать подобный вопрос именно ему. - Рано или поздно все... - Нет, только не я, док. Мне это не нужно ни сейчас, ни вообще. Доктор молча кивнул, опустив взгляд, так и не решившись больше смотреть на Брайана. Слишком много он видел слез и боли в глазах своих пациентов в прошлом, но даже вот такие сильные альфы, как мистер Кинни, часто просто пытаются показать свою несломленную гордость, пряча за напускной бравадой страх перед болезнью и отчаяние из-за невозможности публично сожалеть о своем горе. Возможно дома, наедине или в обнимку со своими омегами, они рыдают и тяжело переживают подобные известия, но тут, в чистом, почти стерильном кабинете клиники, они практически всегда ведут себя очень сдержанно. А уж от такого альфы, как Брайан Кинни, доктор иной реакции и не ожидал. *** Небо было затянуто грязно-серыми тучами, висевшими так низко, что порой было не понятно, где заканчивалось само небо, а где начиналась сизая дымка вечернего тумана. Дорога была почти пустой, изредка навстречу выскакивали из сгустившихся сумерек яркие фары автомобилей. По радио пели какие-то старые французские песни, надрывным, с хрипотцой прокуренным женским голосом, а капли дождя медленно стекали по лобовому стеклу, чтобы у самой нижней кромки быть растертыми лениво перекатывающими щетками. Брайан склонил голову на плечо и угрюмо посмотрел на дорогу, в глухом раздражении положив обе руки на руль. Он еще и сам не понимал, что его так сильно терзало, то ли дело было в болезни, к которой Брайан был морально совсем не готов в свои неполные тридцать, то ли вдруг замелькавшее на горизонте бесплодие. Раньше он даже не задумывался о том, хочет ли стать родителем, или подобное событие вообще никогда не должно произойти в его жизни, но одно альфа знал точно - хороший отец из него навряд ли получится. Он сам никогда не испытывал на себе родительской любви, и не был уверен, что сможет хоть когда-то полюбить своего ребенка, просто потому что не понимает природу подобных отношений. Но даже не столь непонятное и незнакомое чувство сейчас волновало Брайана, которое обычно просыпаются в каждом человеке, готовящемся стать родителем, сколько собственная природная аномальная нечувствительность. Раньше Брайан был весьма рад, что не страдает как большинство альф, когда их животная сущность берет верх над разумом под действия феромонов омег во время течек. Он даже считал это даром, когда мог безопасно наслаждаться подобными возможностями быть с омегами и не сходить с ума от их запаха, всегда без проблем имея силы остановиться в любой момент и переключиться на новое удовольствие. Ну, за небольшим исключением в виде одного блондинистого мальчишки, но в случае Джастина дело было вовсе не в запахе. Разве что во время его течек, но это все равно ничего не меняло. Брайан точно был уверен, что даже этот омега со своей невероятно солнечной улыбкой и наивным взглядом небесно-голубых глаз не в силах изменить столь редкую для альфы нечувствительность и странную отчужденность к запахам и феромонам, сводящую с ума других представителей его статуса. Но с другой стороны, возможно, проблема была именно в болезни, которая, Брайан уже не сомневался, давно развивалась в его теле? Как и его плохое самочувствие все последние месяцы, и невозможность насытиться одним партнером - неужели все это было только симптомами? Тогда почему привычное равнодушие и нежелание сближаться ни с одним омегой было нарушено одним-единственным мальчишкой? Неужели Джастин его истинная пара, которую организм альфы смог учуять даже через препятствие в виде болезни, блокирующей все инстинкты, вложенные природой в его сущность альфы? Брайан вдавил педаль газа в пол, не обращая внимания на брызги из-под колес и уже успевшие опуститься на пустынную дорогу сумерки, ускоряя автомобиль и свои мысли, чтобы наконец-то выбраться из густого тумана бытия, в который загнала его судьба. Еще недавно он был рад, что удалось избавиться от наскучившего и приставучего омеги, который практически перебрался к нему в лофт, но сейчас Брайан понимал, что не все так просто, и явно это еще не конец их столь необычным отношениям. Джастин никогда в открытую не заявлял свои права на альфу, но Брайан догадывался, что омега уже сделал свой выбор. Альфа видел это в его голубых глазах и чувствовал в каждом вздохе, каждом стоне, каждом неловком, но невероятно нежном прикосновении... Но как же теперь поступить - вернуть омегу или забыть всю эту историю? Брайан понимал, что как бы не сложилась его жизнь теперь, когда он осознал настоящую причину своих поступков, он навряд ли сможет когда-нибудь забыть Джастина. А если попытаться вернуть? Брайан не сомневался - стоит только намекнуть, Джастин сразу же прибежит назад, так было всегда. Альфа никогда не опускался до уговоров, а омега словно чувствовал это и предугадывал желания Брайана, сразу же соглашаясь прийти по первой же просьбе. Но стоит ли так поступать с парнем? То, что Джастин влюблен в него, Брайан знал давно, но не будет ли слишком эгоистично с его стороны так поступить с омегой? А если все прогнозы врача осуществлятся, и Брайан останется таким же зацикленным на себе и равнодушным к запахам омег, как и был всегда? Ведь Джастин наверняка ждет, когда Брайан сможет почувствовать его, принять и сделать своим, подарить ему ребенка... Резкий скрип тормозов разорвал ночную тишину, перекричав шум дождя. Брайан в самый последний момент с трудом смог справиться с управлением, и не дать машине съехать в кювет на мокрой дороге. С третьей попытки прикурив сигарету и глубоко затянувшись, Брайан понял, что нервы в конец расшатались, и по большому счету в таком состоянии нельзя было садиться за руль, но выбора у него не было. Он грустно усмехнулся, осознав всю горечь своих мыслей. У него никогда не было выбора - болезнь ли, или особенности ли его физиологии, но природа лишила его права выбора. Его лишили возможности выбрать себе омегу, дав взамен мнимую свободу, независимость и неиссякаемый сексуальный голод, который в паре с врожденным темпераментом превратил альфу в законченного самовлюбленного эгоиста. И если все будет так, как сказал доктор, и у Брайана никогда не будет детей, а в довесок ко всем бедам еще и останется эта нечувствительность к запахам, имеет ли он право обрекать Джастина на такое будущее? Ведь если парень встретит другого альфу... но что тогда будет с Брайаном? Блондин был единственным, кто настолько близко подобрался к нему, даже не смотря на столько физиологических преград, разве Брайан сможет еще когда-либо привязаться к кому-то настолько же сильно? Может, стоит все рассказать и позволить Джастину сделать свой выбор? А если он не захочет остаться с таким неполноценным альфой? Только после четвертой выкуренной подряд сигареты Брайан смог успокоиться и поехать дальше, ведь до города осталось совсем немного, а время было уже совсем позднее и кафе Дебби должно было скоро закрыться... но он должен успеть, он обязательно должен успеть...