Взломщики

      Лучи солнца пробирались сквозь занавеску в мою комнату, освещая светом помещение. Было тепло, как никогда. Подойдя к окну, я смотрела на небо, оно было открытое, белоснежные облака на синих просторах медленно плыли, время от времени прикрывая солнце. Не хватало лишь приятного пения птиц, чтобы почувствовать ту теплую атмосферу, что показывают в начале множества фильмов и мультфильмов, где всё прекрасно и хорошо. Но, к сожалению, моя жизнь не имела никакого отношения к кинематографии.       Прошла неделя, с тех пор, как закончилась учеба, и я окончила первый курс университета. Казалось бы, нужно радоваться, ведь все сессии и экзамены успешно пройдены, и сейчас я лишь обязана наслаждаться тремя месяцами лета в моем распоряжении. Однако мысль о том, что моя лучшая подруга не разговаривает со мной на протяжении всей этой недели, вызывает лишь печаль на душе. После написанного мною поста про измену Пабло, Мия прекратила со мной какое-либо общение, объяснив это тем, что я раскрыла её секрет перед многими людьми. Признаться, я не ожидала такой бурной реакции у Мии, скорее предполагала наблюдать её у Пабло. Но, и он повел себя непредсказуемо. Веласкес совершенно спокойно отреагировал на выложенную запись про него, даже произнес нежданное «Спасибо».       Пожалуй, единственной хорошей новостью для меня стало то, что Пабло согласился не рассказывать Хорхе о моем маленьком секрете. Его слова о том, что Хорхе сам в скором времени обо всем узнает, настораживал еще больше, и я не понимала, к чему он ведет. До сих пор помню, как он стоял передо мной и тщательно наблюдал за всеми моими действиями, эмоциями, за мимикой лица и ехидно улыбался. Его улыбка и слова благодарения ясно говорили о том, что Пабло ждал оскорбительного и нелицеприятного поста о нем и о его похождениях. Только я до сих пор не в силах понять ту цель, которую он преследовал всё это время. «Зачем?» — в голове появлялся данный вопрос. Быть может, он намеревался вызвать у Мии чувство жалости к себе, а также поссорить нас. Да, скорее всего так и есть.       Я продолжала смотреть в окно, а сама была полностью погружена в свои догадки и размышления. Оторвать меня от мира мыслей удалось телефону, который находился в правом кармане джинсовых шорт, и очень усердно вибрировал.       Взглянув на экран телефона, я заметила новое сообщение, на удивление, отправлено от номера моей давно забытой подруги, с которой я достаточно долго не общалась. Мне хотелось прочитать небольшой текст, написанный Пилар, поэтому я поспешила открыть сообщение. Возможно, она подозревала меня во взломе, либо это я так рано начала страдать паранойей. Какой бы ни был расклад в данном случае, сейчас мне лишь хотелось с кем-то поговорить, пообщаться, хоть и по переписке.       Пилар: «Привет, Тини. Ты не могла бы дать мне номер Маркоса?»       Я: «Его номер? А зачем он тебе?»       К Маркосу обращаются исключительно с просьбой взломать некую сеть, помочь с накруткой. Я даже не могла представить, зачем ей требовалось с ним поговорить. Пилар не глупа, и она, скорее всего, из моих же записях на сайте знает, в каких мы с Маркосом отношениях, и она не стала бы говорить с ним обо мне. Маркос также знает Пилар из моих рассказов, и он, даже при желании, не посмеет взломать сайт еще раз. Его обещание для меня не просто слова.       Пилар: «Мне необходимо поговорить с ним о Мелисе.»       Пилар: «Мне кажется, что она взялась за прежние дела: взломала сайт, начала писать гадости о всех нас, также и о тебе.»       Последнее её сообщение заставило меня прийти в легкий шок. «Пилар подозревает Мелису» — о подобном я никогда и не задумывалась, ибо в моих мыслях всегда присутствовала версия того, что Пилар не доверяет именно мне. Подставлять кого-то, даже не совсем приятного мне человека, подло. Прикрывая себя, я ставлю под удар Мелису.       Ответить на сообщения Пилар было необходимо, поэтому я быстро написала номер Маркоса и нажала на квадратик в нижнем правом углу с надписью «отправить». Во мне бушевало волнение, такие вопросы, как «А если она узнает обо всем?» съедали меня изнутри. Маркос не расскажет ей о моем секрете, но и Пилар не глупа, чтобы прямолинейно спрашивать у него все подробности о взломе сайта. Меня тревожит больше всего то, что она в силах пойти по кривой, запутанной дорожке и гибко пробираться к своей цели. От неё можно ожидать самые что ни есть странные вопросы, которые не касались бы темы со взломом, но для неё это было бы ключом к открытию правды.

***

      — Нервные клетки не восстанавливаются. Успокойся! Ты еще молодая и жить в постоянном волнении, нервничать по самому незначительному поводу — это очень вредно, — (я сошла с ума, разговариваю сама с собой) несколько капель валерьянки помогли мне успокоиться и придти в себя. Сейчас я чувствовала себя лучше. Внутренний голос во всё горло кричал мне, приказывая остановиться и перестать мучить себя. Он велел мне покончить с работой анонима и продолжать проживать свою скучную и однообразную жизнь. Учеба, дом, учеба — это всё мое развлечение, лишь время от времени я могла в выходные дни выбраться куда-нибудь и повеселиться до следующего понедельника.       Я именно тот анонимом, которого ненавидят Хорхе вместе с Пабло, Пилар и Мелиса, а также к ним присоединилась Мия. Это расстраивает, однако и писать разнообразные посты, оставлять новые записи на сайте, где их читают больше тысячи людей, на самом деле, приносит мне удовольствие.        Присутствует ощущение, что у меня началась паранойя, ибо я не могу сдерживать себя, постоянно переживая, что Хорхе и Пилар в скором времени узнают обо всем. Тревога яро дает знать о себе, медленно превращая меня в одержимую мыслями об анониме. Я не хочу дальше продолжать играть в эту игру. Не зря ведь говорят, что правда рано или поздно раскроется. Лучше я расскажу обо всем Хорхе, чем он узнает от постороннего человека. Именно поэтому сейчас я стою перед металлической дверью его квартиры и, надавив на звонок, жду, когда он откроет мне дверь.       — Привет, — передо мной стоял Хорхе, удивленный моим приходом. — На тебе лица нет. Что-то случилось? — поинтересовался он.       — Можно войти? — я подняла свой взор на него, спрашивая разрешение пройти вовнутрь.       — Да, проходи, — Хорхе шире распахнул входную дверь, приглашая зайти в квартиру.       Проходя внутрь, я осматривалась по сторонам, с целью убедиться, что никого кроме нас двоих здесь нет. Так и оказалось, ни Пабло, который бывает здесь чаще, чем у своих родителей, ни кого-либо здесь не было. Находясь в его просторной гостиной комнате, я присела на диван и посмотрела в сторону Хорхе. Он медленно приближался, всё ближе и ближе. На его лице ясно выражено непонимание того, что со мной произошло и с какой целью я нахожусь здесь -- у него дома. Это и неудивительно.       — Может быть, расскажешь, что с тобой произошло? Почему ты такая расстроенная? — раньше услышать из его уст подобные слова и вопросы было редкостью. Он особо не интересовался моей жизнью и время от времени проявлял знаки внимания и заботы.       — Я хочу тебе кое о чем рассказать, — начала я, опустив свой взгляд вниз. Было несколько стыдно перед Хорхе из-за всей той лжи, которая возникла между нами.       — Я слушаю, — он присел рядом со мной и был весь во внимании.       — Ты до сих пор читаешь анонима? — мой вопрос его слегка удивил, ведь, скорее всего, Хорхе ожидал услышать о моих проблемах, которые заставляют жаловаться на жизнь.       — Да, — ответил он и, вынув телефон из кармана, взглянул на экран. Убедившись, что у него нет новых уведомлений, Хорхе положил телефон на небольшой столик перед диваном и продолжил также смотреть на меня. — Всё-таки интересно, о чем еще напишет эта стерва, — добавил он.       — Стерва? — это слово очень точно характеризует анонима, однако, я никогда не думала, что оно может также сильно подходить и мне.       — А кто же еще? Это, несомненно, девушка, — он с уверенностью заявлял об этом, словно знал, кем является аноним. — Парень не стал бы заниматься подобным делом.       — Я не думала, что ты считаешь меня стервой, — эти слова были тонким намеком, ибо сказать прямо о том, что я являюсь тем человеком, который затаился под маской и постоянно поливал грязью Хорхе, я просто не смогла.       — Чего? Я никогда не говорил об этом, — Хорхе явно не понимал, к чему я вела. Он лишь сидел, глядя мне в глаза, пока что спокойный и уравновешенный.       — Ты только что об этом сказал, — после того, как Хорхе услышал это предложение, он, видимо, осмыслил всё в своей голове и пришел к выводу, что та стерва, которую он так невзлюбил, сидит рядом с ним. Он немедленно поднялся на ноги. Приподняв свой взгляд, я могла видеть его удивленное лицо. Его озадаченность медленно менялась в неприязнь, и в глазах его выражался слабый гнев.       — Ты ведь покончила с этим делом, — проговорил Хорхе, продолжая смотреть на меня своим пугающим взглядом.       На самом деле, я совершенно иначе представляла себе его реакцию. Я придумала себе множество вариантов этой ситуации, где Хорхе обязательно будет находиться в порыве ярости, всем своим видом показывая это. Иногда моя фантазия заходила слишком далеко, превращая его в монстра, который осмелился поднять на меня руку. В очередной раз убеждаюсь, что реальность сильно отличается от выдуманного мира. Я заблуждалась насчет Хорхе, о чем сейчас жалею. Он, естественно, был зол на меня, но также пытался держать себя в руках, дабы не сотворить глупостей.       — Уходи! — глубоко вздохнув, произнес Хорхе, указывая мне на выход.       — Нет! — резко ответила я, чуть приподняв свой тон. — Я никуда не пойду, — добавила я, что заставило Хорхе прийти в еще большее недовольство.       — Ты издеваешься надо мной? Уходи, говорю!       — Я поссорилась с Мией из-за своей же глупости, теперь не хочу окончательно поругаться с тобой, — я удобно расположилась на диване, таким жестом показывая ему, что не собираюсь никуда идти. — Я останусь здесь, пока ты не успокоишься и не простишь меня.

***

      Прошло больше двух часов после того, как я раскрыла правду Хорхе. Первый час он кричал на меня, приказывая покинуть его квартиру, следующие полчаса его тон чуть снизился, однако он не переставал свои попытки, прося меня уйти и оставить его одного. Последние же тридцать минут Хорхе закрылся в своей комнате и с тех пор ни разу не вышел. Он понял, что выгонять меня — это лишь напрасная трата его времени и нервов. Возможно, он прилег на кровать, чтобы отдохнуть, собраться с мыслями, ведь для него вся эта история с анонимом далась нелегко.       Я хотела убедиться, что с ним всё в полном порядке, поэтому, встав с дивана, отправилась в его комнату. Открыв дверь, я прошла в помещение, где, как и предполагалось, Хорхе лежал на кровати. Взглянув на меня, он проговорил:       — Закрой дверь с той стороны, — это был приказ, однако не так ярко выражен, как час или же полтора назад. Его голос словно снизил громкость от усталости.       — Ты успокоился? — спросила я, проходя всё глубже в помещение и прикрывая за собой дверь.       — Ты что, специально злишь меня? — недовольно произнес Хорхе, после чего приподнялся и теперь находился в сидячем положении.       — Нет, — сразу же ответила я. — Просто я устала выполнять каждое поручение, которое мне дают. «Уйди, Мартина! Приди, Мартина!». Я всё-таки не игрушка.       Он ничего не ответил, лишь продолжал смотреть на меня. Ярость Хорхе, которая раньше не торопилась покидать его, сейчас была почти незаметна. Он был весьма спокоен, что позволяло мне поговорить с ним и попросить прощение за сделанные глупости. Возможно, он сможет простить меня.       — Хорхе, — я произнесла его имя и резко остановилась, ибо мое внимание привлек звук открывшейся входной двери, которая с таким же грохотом закрылась.       Мы находились в комнате Хорхе, где была закрыта дверь, поэтому увидеть, кто пришел нас навестить, не удалось. Лишь те звуки, которые начали исходить из гостиной комнаты, дали понять, что это был Пабло. Он то ли пытался напевать слова какой-то песни, то ли говорил что-то с наполненным едой ртом, однако, разобрать его слова было очень трудно. Хорхе поднялся с места и, проходя мимо меня, вышел из комнаты, оставляя дверь приоткрытой. Я не стала долго задерживаться здесь, поэтому последовала за ним в гостиную комнату.       В главной комнате Пабло удобно расположился на диване, и, держа в правой руке пульт, переключал каналы по телевизору. В левой руке у него находилась маленькая бутылка напитка «Coca Cola». Увидев меня в этой квартире, он чуть ли не пролил на себя содержимое бутылки. Ошарашенный Пабло посматривал на нас с Хорхе, после чего произнес следующее:       — Неожиданно, однако, — улыбнулся он.       — Выгони её, — приказывая, проговорил Хорхе, указав на меня взглядом.       — В смысле? — еще более удивленный Пабло недоумевал, зачем ему меня выгонять. Так же, как и я.       — Я не справился, может, у тебя получиться, — добавил Хорхе, делая вид, будто меня здесь нет. Он обращался к Пабло и старался не смотреть на меня, постоянно уводя свой взор. — Я буду у себя, — Хорхе повернулся к нам спиной, отправляясь в своё, так сказать, убежище.       Я не находила никаких слов, чтобы остановить его, поскольку понимала, что сейчас он нуждается лишь в тишине, где сможет обдумать все. Ему требуется лишь время, время осознать, принять и простить. Ради прощения я могу ждать еще очень долго. Возможно, что ночь мне предстоит провести именно здесь, как когда-то в прошлом.       — Я не знаю, что произошло между вами, но тебе стоит уйти, — произнес Пабло. На данный момент у него была одна цель — выполнить указание Хорхе, что означает выгнать меня из квартиры.       Парень, повернувшись ко мне спиной, направился к входной двери. Он, надавив на ручку, приоткрыл дверь и жестом указывал мне наружу. Это говорило о том, что Пабло любезно просил меня пойти вон, убраться отсюда, дабы не находиться в его с Хорхе мужской компании. В любой другой день я бы не стала спорить, упираться, настаивая на своем. Я лишь подошла бы к двери и вышла из квартиры, как желает Хорхе. Но только не сегодня. В данный момент я чувствовала уверенность в себе и решительность. Страх и тревога, что вся это история может иметь иной, не совсем хороший конец, испарились, словно их и не было.       — Он знает обо всем, — на моем лице появилась легкая усмешка. Моя ухмылка принадлежала Пабло, ибо мне хотелось увидеть его лицо, его мимику, эмоции. Он резко закрыл входную дверь, из-за чего по квартире пронесся неприятный звук. Парень приблизился ко мне на несколько шагов.       Я не зря произнесла это краткое, но очень значимое предложение для Пабло. Картина, которая возникла передо мной, была поистине бесценна: его лицо резко изменилось, из довольного и самоуверенного он превратился в ошарашенного паренька, который, возможно, побаивался реакции своего друга. Пабло также был задействован во всей этой истории: он знал о моем секрете, но не решился рассказать обо всем Хорхе, вместо этого «верный друг» Веласкес предпочел с помощью шантажа идти к своей цели. От легкого шока Пабло уронил бутылку своего напитка на пол, и содержимое пролилось на ковер, расплываясь по сторонам и оставляя за собой большое пятно. Придя в себя, парень поспешил поднять бутылку с пола и поставил её на небольшой столик, около дивана.        — Он ведь еще не знает обо мне? — Пабло напрочь забыл, что должен был, по словам Хорхе, вытолкать меня из дверей помещения.       — Еще нет, — проговорила я, подчеркивая слово «еще», таким образом, дав ему знать, что это лишь дело времени. — Представляешь, что произойдет, если я прямо сейчас расскажу ему обо всем? — мне хотелось поиздеваться над ним так же, как он играл со мной, шантажировал и ставил свои условия. Если я расскажу обо всем Хорхе, это будет моя вендетта.       — Ты не посмеешь, — убежденный в свои словах, говорил Пабло.       — Я рассказала ему о себе. Думаешь, не смогу сдать и тебя? — это был всего лишь риторический вопрос, ответ на который знала и я, и сам Пабло.       — Ты пытаешься шантажировать меня? — недовольный голос парня давал о себе знать. Он явно не ожидал такого поворота событий, где его дружба с Хорхе зависит лишь от одного моего слова.       — Нет. Я ставлю тебя перед фактом. Я всё ему расскажу. Сейчас.       Я могла поступить совершенно по-иному, не рассказывая ничего Хорхе, держать эту тайну в себе, однако, мне этого совершенно не хочется. Именно из-за Пабло, из-за его игры, которую он начал, я поссорилась со своей лучшей подругой. Он изменил Мии, предал Хорхе, использовал меня, так пусть теперь поплатится за совершенные дела. Он заслужил потерять лучшего друга, так же, как и я.