Воображение - штука страшная

Почесав затылок, Канкуро сделал шаг назад и тяжело вздохнул. Любимый кактус Гаары и его любимый горшок лежали на полу. Отдельными частями. Канкуро искал в кабинете брата свои перчатки, которые вчера оставил. Гаара лично разрешил ему войти в кабинет и забрать. А он так облажался. Просто кактус стоял почти на самом краю подоконника, и перчатки лежали рядом. Вот Канкуро и задел этот злополучный горшок. Но теперь не время винить себя в неосторожности, надо срочно что-то придумать. Потому что в голове кукловода сразу всплыли картинки-воспоминания о том, как любовно Гаара глядел на этот кактус, как поливал его, заботился о нём, протирал горшок по три раза в день. Вообще, иногда Канкуро думал, что для Гаары этот кактус стал воображаемой девушкой. Однажды Канкуро слышал через дверь, как его брат с кем-то разговаривал в своём кабинете, так ласково и тихо разговаривал. Но когда он постучался и вошёл, Гаара с невозмутимым лицом быстро отвернулся от окна и уставился на него. - Что делать…что делать…что делать… - повторяя это, словно мантру, Канкуро присел на корточки рядом с кучкой земли, где покоился кактус, и осколков горшка. – Нет…нет, нет, нет… Уже много лет Канкуро не ощущал такого панического ужаса, даже когда опрокинул на Темари банку с лаком для своих кукол. Сестра она и есть сестра, её гнева он никогда не боялся. А вот Гаара… Тут же в самых ярких красках Канкуро представил то, как Гаара песком хватает его за ногу, бьёт об стенку и выкидывает через маленькое окно своего кабинета. Канкуро летит вниз, благодаря богов, что всё закончилось так быстро, и он не увидит, как его брат разрушает деревню, убивает её жителей, пробуждает забытую ненависть к миру, уходит страдать в пустыню... Но нет… Эта штуковина была слишком дорога его брату. Так что, наверняка, всё будет длиться долго и мучительно. Канкуро трясущимися руками сгруппировал осколки, землю и умирающий кактус в одну большую кучу и зажмурился в попытках сосредоточиться. Нужно придумать какую-нибудь правдоподобную историю. Однако, после потуг представить реакцию Гаары на фразу «Я зашёл, а тут всё так и было», Канкуро стало ещё хуже. Он бухнулся задом на пол и схватился за голову, проклиная себя. - Сраный кактус… - Кукловод был готов в любой момент заплакать от безысходности. Просидев так пару минут, Канкуро настолько себя накрутил, что дошёл до мысли, будто своей неуклюжестью он убил любимое существо своего младшего брата. А вдруг это растение, и правда, для него было как девушка? Он ухаживал за ним, любил его, сюсюкался с ним. - А ты почему ещё здесь? – Со скрипом открывшейся двери, до Канкуро донёсся спокойный голос Гаары. - А я… - Канкуро не повернулся брату, загораживая собой кучку, которая некоторое время назад была главной достопримечательностью кабинета. – Я… - Что случилось? – Гаара пересёк кабинет и встал за спиной Канкуро, как бы нависнув над ним. - Так и было! Я зашёл, а тут такое! Я так испугался! – Канкуро говорил быстро и сбивчиво, попутно поднимаясь на ноги и отряхиваясь. – Ужас! Наверное, кто-то пробрался в твой кабинет! Лицо Гаары тут же переменилось со спокойного на лицо какого-нибудь призрака из детских страшилок. Он глядел на жалкую кучку сверху вниз, немного приподняв голову и приоткрыв рот, чтобы что-то сказать. Канкуро будто перестал существовать для него. - Но ты не волнуйся! У нас тут с кактусами нет проблем, ты же знаешь! – Канкуро продолжал заговаривать брату зубы, медленно продвигаясь к выходу. – Если хочешь, я сегодня же пойду и куплю тебе новый! Вот прямо сейчас! - Ты свои перчатки нашёл?.. – Загробным голосом промолвил Гаара. - Да! Ну и угораздило же меня их вчера тут оставить! – Канкуро нервно засмеялся, про себя молясь о своём спасении. - Это хорошо, что нашёл, - не меняя загадочно-ужасной интонации, Гаара повернулся к Канкуро, который почти дополз по стеночке до двери. Песок из кувшина, стоявшего рядом со столом, медленно поструился к двери и тихо закрыл её. Канкуро сглотнул: - Ты хотел поговорить?.. - Да, - Гаара неспеша сел за стол, не сводя глаз со старшего брата. – Присядь. Канкуро впал в ступор и не мог двинуться с места. Тогда песок настойчиво подтолкнул его к диванчику, на который кукловод рухнул безвольной массой. - Ты знаешь, что тебя ждёт?.. – Гаара взял в руки ручку и стал крутить между пальцев. - Гаара… - Канкуро сполз, а точнее, ссыпался с диванчика на пол и сел на колени. – Я соврал, я знаю, это нехорошо, но как же я мог… - Знаешь, сколько любви я вложил в это растение?.. - Да, да, я знаю! Я знаю, Гаара, и я раскаиваюсь! – Канкуро неуклюже взобрался обратно на диван. – Но с другой стороны, - Канкуро сглотнул, - эту любовь можно было бы вложить и в живого человека… Канкуро осёкся под взглядом Гаары, который смотрел на него, словно удав на добычу. - Ты намекаешь на то, что у меня какие-то проблемы?.. - Вовсе нет! – Канкуро отрицательно замотал головой. – Но разве кактус сравнится с настоящей девушкой?.. - Тебе не понять! А теперь уходи! – Гаара махнул рукой, песок вернулся в кувшин, а Канкуро как ветром сдуло, и в момент, когда пробка заткнула горлышко кувшина, он уже нёсся по лестнице на втором этаже. Гаара в кресле развернулся к остаткам былой роскоши и с сожалением посмотрел на осколки: - Ничего, дорогая, мы купим тебе новый горшок, в сто раз лучше, чем этот…