Вопрос времени

Перспектива бегать за Джинни со стояком вызывала в Гарри бурю эмоций. Для начала он был просто в бешенстве, прежде всего, потому что в очередной раз остался без такой необходимой его растущему организму разрядки. - Наш девиз непобедим, блин, - бормотал он себе под нос в поисках достаточно бесформенной мантии для того, чтобы скрыть последствия некстати прерванных предварительных ласк, - возбудим и не дадим! Почему-то при этом перед мысленным взором героя возникал ехидно ухмыляющийся Драко. Да что там при этом, Гарри беспардонно грезил об аристократе в процессе, и только наличие у Джинни выпуклостей ненадолго возвращало его в реальность из мира грязных фантазий. - О, Мерлин Всемогущий, - спохватился Гарри, припоминая произошедшее между ними с Драко в параллельной Вселенной, созданной силой геройской мысли. – Только не это! Да, он совершенно определенно взывал к любовнику, и обращение это было бессвязным по форме и весьма сальным по содержанию. Если допустить, что нечто подобное произнесено им вслух хотя бы частично... - Бедная Джинни! – выпалил Гарри, сорвав с вешалки подходящую мантию. Кое-как напялив ее дрожащими руками, он выскочил в коридор, надеясь на лучшее и морально готовясь к худшему, то есть к летучемышиному сглазу, который - Гарри понимал это - был вполне им заслужен. Но ведьмы не оказалось ни в одном из многочисленных коридоров, так или иначе ведущих на второй этаж. «Проклятье! – думал Гарри. – Ну и где она может быть?! И какого ж дементора я так замешкался? Ах, да, искал подходящую мантию. Да тут в пору было напяливать невидимку, и то не факт, что спасет. Ну и мудак же ты, Гарри Поттер»! Добравшись до административного блока, по-прежнему служившего библиотекой, герой собрался, было, возвратиться, чтобы проверить несколько вскользь осмотренных им пассажей, соединяющих башню с ведущими к теплицам катакомбами, но был остановлен внезапно вынырнувшей из сводчатой арки фигурой. - Гарри? – возмущенно-растерянно осведомилась она голосом Рона. - Ради пикси, старина, я чуть в штаны не наложил, - взорвался герой. – Какого дементора ты тут бродишь, как привидение?! - Эээ, - только и смог выдать Рон, растерянный столь бурной реакцией на свое появление. - Ладно, забыли, - герой пресек возможное беспредметное общение взмахом руки. – Ты Джинни не видел? - Ты говоришь о моей сестре? – после очередного междометия произнес Рон взволнованно. - Джинни в Глазго, учится на колдомедика. Ты не заболел, дружище? - Джинни здесь, - выпалил Гарри раздосадовано. При этом глаза его лихорадочно блестели. – Приехала по просьбе Невилла выяснить отношения. Потому что кое-кто - трепло и ни разу не джентльмен. - Ты о Дине Томасе говоришь? Гарри уставился на Рона в нерешительности. Теперь, когда глаза героя привыкли к тусклому коридорному освещению, он различил беспокойство, написанное на хорошо знакомом лице. - Почему ты так думаешь? – ответил Гарри вопросом на вопрос, гадая, как много может знать друг, например, из переписки с сестрой. - Потому что у Джинни было не так уж много парней, и только двое из них учатся сейчас с Невиллом. Если он хочет выяснить отношения, следовательно либо ты, либо Дин проболтались о чем не следовало. Спрашивать в лоб, ты ли это был, неосмотрительно по причине твоей видимой невменяемости, вот я и поставил вопрос по-другому. Так что происходит? - Дедукция, - только и выдавил Гарри. - Что?! – Рон нахмурился и, взяв друга за отвороты мантии, легонько тряхнул. - Э, - сказал Гарри, скользнув по одежде друга своим выпирающим достоинством. - Ой! – Рон отпрянул, сделав шаг назад. - Ага, - хмыкнул Гарри, прищурившись. – Вот я и говорю, метод исключения... Аврор из тебя выйдет замечательный. - Да уж, - Рон потряс головой, так сильно, словно стремился избавиться от застрявшего в ней наблюдения. – Тебе бы в холодный душ, ну или... – он тактично закашлялся. – Под горячий бок. - Я работаю над этим, - промямлил Гарри невыразительно, почесав в затылке. – Мне бы для начала сестру твою найти. Рон заметно напрягся. - Не совсем для того, о чем ты подумал, - уточнил Гарри, - но прямо сейчас я бы не исключал такой возможности. На бледном лице Рона ходуном заходили желваки. Герой приготовился получить от лучшего друга в торец – опять же, вполне заслуженно. - Понимаешь, - выдавил Гарри, зажмурившись, - я попытался ее утешить, она – меня, и все немного запуталось... - А я как раз искал тебя, - проорал Рон, перекрывая этот лепет, угрожавший их многолетней дружбе. – Вернее, это Кингсли тебя искал, а я пошел сказать, что он ищет... вот! Услышав имя министра, Гарри приоткрыл один глаз. Довольный тем, что герой, наконец, заткнулся, Рон перевел дух. Какое-то время оба волшебника сосредоточенно дышали, ожидая, что же предпримет другой, но время шло, ничего не происходило, и успокоившийся Гарри решился на первый шаг. - Я пойду, - сказал он, прекрасно сознавая, что вот-вот побежит, сорвется с места и трусливо ринется прочь, избегая возможной ссоры. – Найду Кингсли, а ты... - Я найду Джинни, - Рон поспешно кивнул. - Да, и... – брат уже бросился на поиски нерадивой сестры, когда услышал неуверенный голос друга. – Непохоже, что Невилл с Джинни помирятся, так что будь с ней помягче, ладно? - Ладно, - нехотя пробурчал Рон, уступая заискивающим интонациям в голосе друга. – Учти, что у Кингсли сейчас Малфой. Может, он поможет справиться с твоей небольшой проблемой? - Кто из них? – уточнил герой вкрадчиво. При упоминании аристократа он позорно дернулся, но Рон все равно стоял к нему спиной и не мог этого видеть. Обменявшись ободряющим хмыканьем, друзья разошлись в разных направлениях: Гарри последовал туда, откуда пришел Рон, и наоборот. В библиотеке геройскому взору предстал невероятно бледный и весьма озадаченный Драко. Он подпирал одну из золоченых колон, практически сливаясь волосами с ее сиянием. У аристократа в руке был какой-то пергамент, который он вертел из стороны в сторону, бестолково хмурясь. Поймав возмущенный взгляд светлых глаз, Гарри просто уже не смог ни посмотреть на министра магии, ни тем более сосредоточиться на разговоре с ним. Что-то в малфоевской позе, в его выражении лица насторожило и обеспокоило Гарри. Аристократ был трогательно беззащитен, огорошен и подсознательно искал помощи. Его поза и взгляд выдавали это и провоцировали героя на подвиги. Едва кивнув Кингсли, Гарри молча принял из рук министра такой же свернутый трубочкой обрывок пергамента, спокойно встретил холодный взгляд серых глаз, отрезвлявший лучше искомого душа, а потом кто-то выключил свет. Как выяснилось, Гарри искал Джинни, а Драко искал Панси. Поскольку девушек они так и не нашли, Драко предположил, что именно их им предстояло спасти «силой своей любви». Гарри внимательно всматривался в огрызки пергамента с врученными им заданиями. Текст был выполнен рунической вязью и, если верить недословному переводу Драко, был ничем иным как запиской от шантажиста. В последний раз Гарри сталкивался с чем-то подобным во времена Тремудрого турнира. - Ничего не понимаю, - пробормотал он раздумчиво. – Я же тебя люблю. Причем тут Джинни?! Драко скрипнул зубами, удерживая рот закрытым, несмотря на все свое изумление. Поттер сказал это совершенно буднично, скорее себе, чем собеседнику, просто констатируя факт. - Ну, я тоже не люблю Панси, - предпринял Драко жалкую попытку ответить герою взаимностью. Почему-то пылкие признания совсем не рвались с языка, хотя огрызки пергамента не предвещали им ничего, кроме угроз здоровью и жизнедеятельности. Казалось, страх должен был подстегнуть красноречие, но не тут-то было. - То есть люблю, но не в том смысле, - окончательно испортил впечатление Драко, почувствовав необходимость в искренности перед лицом грядущих испытаний. Больше всего его озадачила строчка, говорившая, что в живых останется только один. Поттер сказал что-то про какого-то Дункана Маклауда. Драко не знал кто это, но, поскольку они находились в Шотландии, готов был взять на вооружение опыт кого-то из местных. Когда же герой задорно рассмеялся в ответ на его вопрос, аристократ проигнорировал это как предвестник истерики. Он думал, правильно ли перевел текст, и отчаянно искал другой смысл в перспективе испить из источника вечной мудрости. Однако не смог придумать никакой другой альтернативы, кроме потери зрения. - Уж лучше смерть, - пробормотал он, отняв у Поттера свой кусок пергамента. Тот позволил себе не согласиться с таким утверждением. - Давай-ка выбираться отсюда, - предложил герой, - там видно будет. - Откуда «отсюда»?! - Драко посмотрел на него как на умалишенного. Неизвестно, сколько времени они провели под землей, подпирая друг друга, но с тех пор, как сморивший их дурман рассеялся, у волшебников обнаружилось немало причин для душевного расстройства. - Назовем это подземельем, - Поттер крякнул, поднявшись на затекшие ноги, и сейчас же ударился головой о то ли каменный, то ли земляной потолок. - Я бы назвал это ледником, - проворчал Драко, превозмогая брезгливость, и протягивая руку, чтобы в очередной раз пощупать стену. Она была слишком холодной и влажной на ощупь, чтобы говорить о текстуре наверняка. – Или проходом. Вправо и влево от них простиралась очень может быть закольцованная где-нибудь бесконечность, насколько успел убедиться Драко, ограниченная таким же холодным полом и низким потолком. - Ага, пассажем, - вновь рассмеялся Гарри. – Ну что, пойдем уже? Драко скрипнул зубами:герой вел себя как тупой гриффиндорец, чего и следовало ожидать. - Пойдем, вот только с направлением для начала определимся, - терпеливо пояснил аристократ, поудобнее перехватив древко палочки, на конце которой блекло мерцал «Люмос». Герой приблизился, отбросив на пергамент кривую тень. Драко смачно выругался и отодвинулся так, чтобы свет заклятия попадал на многократно прочтенные им руны. - Сам иди, - предложил он, устало щурясь на пергамент. - Не могу я без тебя, - герой сел рядом и дернул строптивца на себя. Драко несколько раз двинул локтем ему под ребра, прежде чем понял, что никто не собирается его домогаться, после чего поудобнее устроился у Поттера на коленях и виновато засопел. - Ты же ходил на нумерологию, - не выдержал тот. – Неужели прочесть не можешь?! - Да в том-то и дело, что это – не футорк! – в сердцах воскликнул Драко. - Не что?! – переспросил Гарри недоуменно. - Эти руны – не английские! – прорычал Драко, стуча зубами. - Замерз? – заботливо осведомился герой, массажным движением растирая затекшие плечи аристократа. - Не так как ты, сидя на голом полу или что это у нас тут, - усмехнулся Драко, получив поцелуй в висок. - Я могу сидеть так, пока не околею, - прошептал Гарри ему в самое ухо, обдавая кожу горячим дыханием. Аристократ довольно хмыкнул, поерзал, нащупав ягодицами горячую твердую выпуклость, и сладко вздохнул: - Тебе совсем не страшно? - Ни капельки, - подтвердил герой его наихудшие опасения. – У меня предложение... - Никакого инстинкта самосохранения, - резюмировал Драко, в очередной раз двинув Гарри локтем под ребра. - ... Давай останемся тут и будем трахаться, пока не преставимся, - тем не менее, закончил Гарри задушено. - Нет, - отрезал Драко. – Но когда совсем замерзнешь, я, так и быть, подставлю задницу. Исключительно для согрева. Только мне тогда понадобятся обе мои руки, так что в руны перед моим носом светить «Люмосом» будешь ты. Гарри расхохотался, прижав Драко спиной к своей груди. - Носом-люмосом? Тебе бы рэп читать, Малфой, - прошептал он, забираясь ледяными руками аристократу под свитер. Драко внутренне сжался, но не оттолкнул. А в следующий момент оказался сброшенным с геройских колен. Гарри самым непристойным образом сунул в рот большой палец, затем вынул его оттуда с хлопающим звуком и, вытянув в сторону кулак, оттопырил в направлении потолка. На языке маггловских жестов это значило, что все хорошо. Это Драко усвоил на уроках маггловедения. Впрочем, кажется, у каких-то народов это символизировало вставший член. Какое-то время аристократ продолжал лежать неподвижно, готовясь выполнить свое недавнее обещание. В паху слегка тянуло от предвкушения. Пергамент с рунами он дисциплинированно положил перед собой, вот только сосредоточиться на нем уже не получалось – глаза застилала пелена желания. Герой же не спешил воспользоваться недвусмысленным положением товарища по несчастью. - Сквозняк, - счастливо объявил он. – Чувствуешь?! Драко сел, насколько позволяла начавшаяся эрекция. - Холодно, - недовольно подтвердил он, выбирая линию поведения между беспокойством и раздражением. - Сквозняк! – обрадовано повторил Гарри. – Значит, там есть открытое пространство! Понимаешь?! Драко сморгнул. Поттер стоял перед ним на коленях, выпрямившись в две трети своего роста, и ткань его мягких вельветовых брюк слегка топорщилась на том же уровне, где самому аристократу в этот момент отчаянно недоставало внимания. - Ага! – сказал Драко, продолжая смотреть на своего героя снизу вверх, и рванулся к нему с яростным поцелуем.