Ночь предпочитает орхидеи

В жизни каждого должно наступить утро. Всё начинается с ночи и заканчивается утром. Ночью мы ложимся спать в ожидании чуда , ждем, когда придет этот миг, когда ты сможешь вдохнуть воздух на все легкие, не боясь, что они изнутри обгорят от передоза чистого кислорода. Приход утра – это рождение новой жизни, изменения в душе, которая искала все ответы на нескончаемые вопросы. Но придет ли утро в мою жизнь, человека, которого назвали Ночью? Я много раз просыпалась, но кроме светлого потолка в своей комнате, утром ничего не наблюдала. Единственная радость в моей жизни, это мой сын, кроме него ничего родней у меня нет. А последние события меня вообще выбили из колеи жизни. Меня бы устраивала простая монотонная жизнь, в которой всё происходит по давно заданному режиму, но не сплошные интриги и постоянная опасность. Я устала от такого… Вот сегодня снова пришло утро. Снова я встала и проверила, хорошо ли спит мой сын, как стоят мои орхидеи в оранжерее. Но это не монотонность, а то чего мне не хватало последние дни. Спокойствия. Сможет ли это утро отличиться от других? Увидим… Всё проходит по давно заданному режиму: подъем, ванная, завтрак, десять минут на сборы и выход на работу. Умыла Кима, позавтракала и посмеялась с маленького сына, который все равно разговаривает с набитым ртом. Сын в садике, я в своем рабочем кабинете. Мне нравится моя обыденность. Люблю, когда всё идет своим чередом, по тому плану, что ты сделал и ничто, и никто его не нарушит. В обед пришла секретарь с приглашением от Соён, через неделю у них с Сехуном в ресторане официальная помолвка. У одних налаживается личная жизнь, одни не боятся показать свои чувства, а есть, другие которые прячутся ото всего мира, боясь навредить остальным своими чувствами. Мне пришлось столкнуться с сыном и беседой о том, что он хочет видеться со своим отцом. Я не могу запретить этого ребёнку. Я бы хотела, но материнская любовь к нему не позволяет, да самой стоило бы поговорить с Каем. Мне нужно больше информации о нем. За эту неделю, я втянулась в свой режим: сын, работа, встречи, орхидеи. Сын виделся с Чонином несколько раз, и каждый раз, после встреч с ним, он меня спрашивал, почему его папа не может жить с нами. Не примите это банальностью, но я действительно трепетала, когда видела смех сына, когда Кай играл с ним. Было непривычно видеть всё в таком образе. Всё по-другому как-то. Я, конечно, была очень рада видеть сына счастливым вместе с Каем, но моя сущность пока не готова к совместной жизни с Каем опять, даже из-за сына. Пока рано о таком даже думать. Неделя пролетела со свистом, и пришли выходные. Надо было собираться на встречу с друзьями. Кима я взяла с собой. Это золото я никому не доверю, нет-нет. Потому что предыдущие события вынудили меня ещё раз пересмотреть своё окружение. Как я могу верить чужим людям, если те, которых вроде знал вечность, могут всадить нож в спину? Сын что-то весело болтал в машине, пока мы ехали. Был почти вечер, и он засматривался на пролетающие мимо огоньки фонарей и неоновых вывесок. Ему нельзя в этот мир, он слишком жесток и несправедлив. А он невинный ребёнок. Когда моя машина остановилась, возле нужного ресторана, Ким громко пискнул, что я а ж испугалась. Знаете почему? Он увидел Кая и завизжал от радости в самом прямом смысле. Ребенок взял меня за руку и потащил к Чонину. Ким просто разрывался от радости, что снова собрал нас вместе. Малыш протянул ему свою руку, оказываясь между нами двумя. Неловкость меня пробрала до самых костей, я не привыкла к такому. Что вы знаете о жизни матери-одиночки? Когда всё время один, и все свое время отдаешь этому маленькому пропеллеру жизни, а тут появляется мужчина, которого, мало того что любишь, так и боишься. Боишься, а вдруг, он заберет дитя и с ним уйдёт и снова оставит тебя одну… Когда мы вошли такой «семейкой» в ресторан, полетели в нашу сторону взгляды, перешептывания и чрезмерное внимание. Ребята уже сидели за столиком и ждали нас, а точнее меня. Кай вышел меня встретить, а остальные уже сделали заказ. Торжественная часть, когда Сехун привселюдно сделал предложение Соён быть его женой, прошла с таким успехом, что от радости новоиспечённый жених заказал всем в ресторане шампанское. Сидели мы около часа, все время я ловила на себе взгляды Кая, и озноб пробирал меня так, что кишки сворачивались в десять узлов. Несколько раз он даже пытался взять меня за руку. Не поймите меня неправильно, я люблю его, но моя неуверенность в себе постоянно всё рушит. Я боюсь своих чувств по отношению к Чонину. Он был слишком желанным, а когда я его получила, то вместе с ним получила и кучу новых шрамов. Все мои неприятности появились с его приходом, но вместе с тем я получила и много чего нового и приятного. Я не хочу снова обжигаться на этом мужчине, пора взрослеть и взвешивать всё на весах рассудка. Когда моя душа перестанет бить тревогу, а мозг кричать: «Беги от него подальше, дура!», тогда я приму его целиком и полностью. Ким младший уже зевал и почти засыпал на кресле, как внезапный визит поверг нас всех в пучину страха. Пришла Ыкван. С пистолетом. В ресторане немым криком стояла паника. - Вижу, вы тут веселитесь. – она взяла одно кресло и села к нам. – А меня, почему не позвали? Я ведь тоже часть вас. - Ыкван, как ты сюда попала? – Сехун придвинулся к Соён, рефлекторно перекрывая её тело, а я плавно пододвигалась к сыну, который не понимал, что происходит. - Через дверь. Ты, что не видел, как я вошла? – она даже не поворачивала головы, её глаза смотрели на меня. - Ты следила за мной, так ведь? – наконец я снова к ней заговорила. - Гениально, правда? – сказать, что она безумная, это поставить ей диагноз, а не описать её. - Не считаю так, - Кай был ближе всех к ней, и его слова заставили её перевести взгляд на него. – Что ты здесь забыла? Ыкван не просто его фанатка, он была готова быть его марионеткой, лишь бы хозяин дал ей немного своей ласки. Но причина её ночных вожделений дала ей отказ, теперь тормоза отказали и экспресс-поезд «Безумие» мчит на всех парах. - Я просто пришла поздравить друга с помолвкой. – честно, даже не хочу передавать с каким выражением лица она это сказала, это жутко отвратительно. - Ыкван, ты приносишь одни беды, не советую тебе здесь находиться. – она снова впилась своими безумными глазами в меня, подняла пистолет и направила его на меня. - Я думаю, что надолго не задержусь тут. Всего-то на один выстрел, мне будет достаточно. В ресторане паника поднялась, люди начали выбегать во двор, оставляя свои вещи, персонал зашуршал и тоже забегал, как муравьи. Секунда и прозвучал выстрел. Я закрываю собой сына, а меня заслоняет собой Кай. Тело трясёт, Ким плачет и кричит, Чонин тяжело дышит мне на ухо. Соён, Тенми и Тэён попадали на пол, прикрывая уши. Сехун закрывает Соён собой. Несколько секунд никто не двигался, пока не раздался крик самой Ыкван: - Что вы сделали? Не подходите ко мне!! – кричала она так, будто её сейчас зарежут. Кай поднялся, и я смогла увидеть, что произошло. Один из охранников, который всё время стоял слева от нас и ждал критической ситуации, прострелил её ладонь, которой она держала пистолет. Все живы, а это главное. Но знаете, особой меткостью обладал этот охранник, или может так повернулась нам удача, что он не пристрелил Кая. Мужчина схватил Ыкван за шиворот и повалил её на пол, пристегивая ей руки наручниками. Через минут пять приехала полиция и забрала её в участок. Неужели всё кончилось? Все несчастья от этой Ыкван прекратятся? Я некоторое время не двигалась, всё также прикрывая сына и успокаивая его, прижимала его к себе трясущими руками и целовала его в голову, пока и он, и я не отошли от ситуации. Мозг кипел, будто его зажали в тиски и выливали на него горячий воск. Руки и ноги не хотели работать нормально от нервной встряски. Казалось, я сделана из хрусталя и вот-вот разобьюсь. Пока моя нервная система приходила в себя, Кай разобрался с полицейскими и подошел ко мне с Кимом. Мужские руки обхватили меня сзади, тепло его тела прогревало и успокаивало, как под куполом, опять. - Пора идти домой, - голова Чонина легла мне на плечо, и его голос приятно лился вглубь моего сознания. – Тебе нужно отдохнуть. Я машинально закивала головой. Кай взял сына на руки и понес в машину. Я тихо шла возле него и кусала губы. Что будет дальше? Чонин вел машину, разрезая ночной мрак. Сын тихо уже сопел на заднем сидении, а я, распустив волосы, смотрела на дорогу. Может я немного и успокоилась, но картина всеобщей паники в ресторане, раз за разом всплывали в голове. Если бы не удача, то пришлось бы мне хоронить еще одного человека. А мне не хотелось, совсем не хотелось. Хватит с меня смертей. В салоне негромко играла музыка, за окном пролетали огоньки. Кай замедлил ход машины, когда стало видно мой дом. Прохлада с улицы привела меня в порядок, когда я открывала дверь. Мужчина поднялся на второй этаж и уложил ребенка в кровать, пока я на кухне ставила чайник. Непривычно видеть Чонина светловолосым, я всё еще не могла покинуть тот образ сексуального брюнета, которого хотели все. Пока чайник закипал, я успела снять с себя платье и надеть ночную рубашку. Кай был в кухне и разлил кипяток по чашкам. Мы сидели за столом две минуты молча, а потом он не выдержал: - Ты как? – не поверите, но это давно затертый до дыр вопрос был мне необходим. -Ужасно. – моя голова была опущена, как и моя гордость. – Зачем это было делать при ребёнке. Она больная. - Против неё подняли дело. Завтра нам нужно будет приехать в участок, дать показания. Мужская рука скользнула по моему подбородку, нежно касаясь моей кожи, пальцами гладя шею. Мне хотелось этого тепла. Мне хотелось снова почувствовать Кая. Позабыв о том, что на столе чай, позабыв обо всем на свете, я придвинулась к нему, испытывая всю жадность к этому мужчине. Я желала его губы, его касания, его дыхание, которое мне бы обжигало кожу. Я желала его. Запустив пальцы в его волосы, я испытывала каждый уголок его пухлых губ. Я чувствовала его руки, скользящие по моем теле и его желание, которое упиралось мне таз. Кай поднял меня за ягодицы и усадил на стойку в кухне. Мои ноги обвили его талию. Я хотела поглотить его полностью. Ёрзая тазом на нём, Кай уловил ход моих мыслей, тем более, не на кухне заниматься с ним сексом. Пока я возилась его галстуком и рубашкой, он отнес меня в спальню и накрыл собой. Отбросив в сторону эти ненужные на данный момент вещи, аккуратно, мужчина расстегивал мою ночную рубашку, покрывая поцелуями плечи, шею и груди, постепенно спускаясь губами вниз. Мои ногти сжимали его плечи, оставляя мои метки на его теле. Избавившись от брюк и боксерок, Чонин раздвинул мои ноги, целуя внутреннее бедро, и плавно вошел в меня. Плавные движения, которые уносили мой рассудок ко всем чертям. Уцепившись руками в его спину, и оставив там несколько царапин, я начала вертеть тазом. Дыхание сбилось с ритма, пульс выбивал чечетку. Поджав меня к себе ближе Кай ускорялся, приятная щекотка охватила тело, но мне хотелось большего. Перевернув Чонина на спину , я удобнее устроилась на его бедрах, и задавала свой темп. Руки Кая сжимали задницу, до синяков, прижимали к себе, помогая двигаться. Но долго в таком положении он не хотел быть поэтому, меня снова уложили на лопатки, задавая бешеный темп и закрывая мой рот рваными поцелуями, чтобы стоны не были слишком громкими.Сильные толчки, обхватив руками его шею, познаю снова вершину наслаждения. Изнеможенная, но довольная, опускаюсь на кровать, притягивая к себе тело мужчины, которого люблю. Кай оставляет на моих губах легких поцелуй и ложится возле меня, укрывая одеялом. Зарываюсь носом в его шею и пропадаю из этого мира. Утро было намного лучше, чем когда-либо. Лёжа в объятиях любимого мужчины, первые лучики пробиваются сквозь занавески. В теле лёгкость, в голове свет, а моем доме семья. Неужели пришло утро в жизни и для Ночи. Почти невесомо, касаясь губами моего плеча, Кай разбудил меня. Снова его прекрасная улыбка озаряет мой мир. Кажется, я не хочу убегать от него. Больше не хочу избегать того, что мне предначертано судьбой, пусть даже нелёгкой. - Доброе утро, Бам. – накрыв меня собой, Чонин пошел исследовать мои губы. - Доброе. – смущенно пряча улыбку в подушку, встаю с кровати и иду в комнату сына. Ким ещё спал, а Кай, замотавшись одеялом, пришел ко мне, намекая, как бы, что бы я отдала ему его одежду, в которой приехала от него, я ведь её так и не вернула. Не в деловом костюме же ему по доме бродить… Когда, он переоделся, я уже сварила кофе, одела сына, который еще сопел носом. Его нужно отвезти в садик, а мне с Каем надо ехать в участок. Ребенок бегал между нами, довольно смеясь, держа нас за руки. В машине, Чонин нежно теребил мои волосы, а Ким младший играл с игрушкой, что-то бормоча себе под нос. Мне этого не хватало. Будто все пришло в баланс, и нервы не режут кожу, от того, что что-то сделаешь не так. Будто тепло переполняет тебя изнутри. Отдав сына в руки воспитательнице, мы поехали в полицейский участок, где нас ждал детектив. Полдня мы давали сведенья о тех событиях в ресторане, а также о моем похищении и убийстве отца. Кай отдал им все улики против Ыкван, которые насобирал у себя в компании. Через две недели назначили судебный процесс. Оставаться одна после этих события я не собиралась, поэтому, Кай жил со мной. Свой дом он выставил на продаж, сказав, что не собирается и после жить один. Поступок Сехуна, а именно предложение руки и сердца, его вдохновил. Так что, после судебного процесса мы подадим заявку в ЗАГС. Я даже не отнекивалась, когда он сделал предложение. Терять все и начинать наново я не собиралась. Ким младший привязался к своему отцу, а я уже не боялась, что он его заберёт. Нет, он не сможет. За то время, что мы провели вместе, я узнала его лучше, чем за полгода непрерывного секса. Наблюдая за ним, было видно, насколько он трепетно относился к сыну. Уже пошел пятый год, представляете? С Каем было легче и спокойнее. Он даже начал мне открываться. Рассказывая о своей работе, о том, что с ним происходило и где находиться его семья. Мне нравится, когда он со мной откровенен, нравится просыпаться в его объятиях, нравиться чувствовать себя защищенной. Он не даст никому меня обидеть. Не этот мужчина. На суде против Ыкван выступили также Сехун и Соён с Тенми. После всех них отвечала я. На лавке подсудимых девушка злобно метала молнии, еще удивляюсь, как она не сорвала с петель дверь клетки, в которой её заперли. В связи со всеми уликами против неё, в общей сумме ей дали пожизненное заключение. Когда её уводили из судебного зала, перед выходом она сказала: «Я доберусь до тебя, Одун Бам. Эти стены не удержат меня. Поверь». Её слова меня не впечатлили, но я все равно решила перестраховаться и попросила судебного пристава, чтобы за ней был тщательный присмотр. Я много времени думала над её поступками. Она убила моего отца, а по сути, я не лучше неё. Я так ответила убийством, на убийство. Папа мне не раз говорил, что зло порождает зло, а месть порождает месть. Думаю, пора сделать тот шаг, на который мало бы кто согласился – простить Ыкван. За неделю до свадьбы, я попросила Кая отвезти меня в тюрьму к ней. Я должна была поговорить с ней. Кай меня отговаривал, мол, она опасна и может мне навредить, и я его прекрасно понимаю, но мне нужно было это сделать. Нехотя он привез меня к ней, и у меня состоялось с ней свидание. Конвой ввел её в комнату свиданий и ушел, предварительно пристегнув её руки к столу. В её сумасшедших глазах было видно огоньки ненависти. Она не была психопатом, она была обиженна. Обиженна судьбой и мной. Бледная, злая и истощенная злобой. Я тоже не святая, но злоба меня так не пожирала изнутри. Мне надоело ждать чего-то неизвестного, я хочу покоя и перемирия. - Соскучилась? – она собрала пальцы в переплет и смотрела на меня из-подо лба, сжимая зубы, так что скулы каменели. - С тебя получается плохая актриса, Ыкван. – сжав губы в полоску, я несколько секунд подбирала слова. – Я пришла сюда не для того, чтобы унизить тебя или еще чего. Мне нужно извиниться перед тобой. - Что ты несешь? – было заметно, как из наигранного безумного взгляда, она перешла на естественный озадаченный. - Да, я пришла извиниться. Из-за меня тебе пришлось несладко. Ты оставалась в тени, хотя ты просто хотела такой же любви, как любой человек. Я понимаю тебя, хоть и в это трудно поверить. Я никогда не чувствовала себя любимой. В моей жизни есть три мужчины, которые любят меня по-настоящему. Это был мой отец, это мой сын и мой будущий муж. – привычка кусать губы снова работала, дыхание было тяжелым, а пальцы не могли найти себе покоя, вертя обручальное кольцо. - Кай сделал тебе предложение? – я чувствовала её боль в каждом слове, вдохе и выдохе, но я не могла ей помочь. - Я отобрала у тебя то, что ты любила, прости меня Ыкван. Так же, как и ты отобрала у меня. Мне жаль. Я не лицемерю. – в тот момент я была с ней искренней. Она такая же брошенная была, как и я. Меня отец принял и любил, а ей делали подачки в виде лживого внимания, вытягивая из неё все нужное. Ею пользовались, но она верила, что папа её любил. Когда она осознала, что её отец конченный моральный урод, она влюбилась в Кая, но тоже была отвергнута. И виновной была я. Просто я была слепа и не видела этого. - Ты просишь прощения у меня? – впервые этот голос дрогнул. Из миндальных глаз девушки потекли немые слезы. Она хотела только того, чтобы её любили и понимали, но за двадцать четыре года Ыкван этого не получила. Все мое нутро чувствовало это, как досада колола её кожу изнутри. Взяв в ладони её лицо, я вытирая пальцами мокрые дорожки. Я не могла подарить ей то тепло, что она хотела, увы. - Это я должна была просить прощения, Бам. Из-за глупой зависти и стыда, я не могла это изменить. - Я не держу на тебя зла. Если тебе что-то понадобиться, то свяжись со мной. – поцеловав её в лоб я вышла оттуда. Мне стало легче. Думаю, ей тоже. Когда конвой уводил её, я видела её улыбку. Настоящую и искреннюю. Остальные дни пролетели в суматохе и подготовке к свадьбе. Сегодня тот самый день, когда моя жизнь начнётся с нового, чистого листа. Такого же белого, как моё платье, как мои орхидеи и как волосы моего мужа. В ночи рождается новый день, новая жизнь,а у меня рождается новая история. Мне пришлось пройти ад, чтобы ощутить приближение к чему-то светлому. И вот я уверенно шагаю к своему мужу, который для меня, как ангел-хранитель, мой шлейф держит мой сын ещё один ангелок в моей жизни. Что ещё нужно для счастья?

Конец

Конец? Вы уверены?