It's all because of you

Дорога домой была легкой, но без множественных подколов не обошлось. Даниэлла получила свое, за то, что погрузила неприкосновенные кудри Гарри под воду без его разрешения. Парень так разозлился, что закинул хрупкую девушку на плечи и запер на час в каком-то чулане для швабр и ведер. Там было темно, сыро, неприятно пахло, будто бы здесь разлагающийся труп. Когда Дани почувствовала шевеление на своем плече, она закричала так, что Гарри невольно открыл дверь, за которой стоял. Бедная брюнетка с визгом кинулась прочь из проклятого чулана, а теперь сидела, скрестив руки и надув алые губки. Звенящая тишина немного пугала Мелани. Как будто звук в машине кто-то выключил, нажав на специальную кнопку. Стайлс также молча переключал скорость с одной на другую, не удостаивая сидящую по другую сторону девушку. Он протянул руку и нажал на маленькую кнопку на панели авто. Заиграла быстрая песня, в такт которой он качал головой, тихо бубня. В памяти Дани что-то шевельнулось, и она вспомнила эту песню. Слабо улыбнувшись, она тоже стала осторожно напевать знакомые строки: With a thousand lies/С тысячей всевозможных обманов And a good disguise/И хорошей маскировкой Hit 'em right between the eyes/Стреляй прямо между глаз, Hit 'em right between the eyes/Стреляй прямо между глаз. When you walk away/Когда ты уйдёшь, Nothing more to say/Нечего больше будет сказать. See the lightning in your eyes/Узри в своих глазах искры, See 'em running for their lives/Узри, как они бегут от своих жизней...* Чем дальше они пели, тем громче становились и их голоса, и сама музыка, так как каждый то и дело подкручивал ручку регулятора мощности. К концу песни они смеялись и кричали слова на весь салон, Мел начала танцевать, несмотря на то, что была прикована к сидению из-за ремня безопасности. — Откуда ты эту песню знаешь? — навеселе спросил Гарри. — Мы с этой песней в лагере смен всегда закрывали, — улыбалась воспоминаниям девушка. — А ты? — Я под эту песню впервые... ну... — Стайлс, непонятно почему, повернулся на сестру, а потом снова посмотрел на Дани, красноречиво вскинув брови и поджав губы. Пару секунд Даниэлла тупо смотрела на него, но до нее дошло, и она скривилась. — Фу! Мерзость. Зачем ты мне это сказал, я теперь не смогу ее слушать, представляя, чем ты под нее занимался! Гарри засмеялся более хрипло, чем обычно. — Я польщен — ты будешь представлять это? — Иди к черту, настроение испортил, — недовольно приподняла брюнетка уголки губ, отвернувшись к окну. — О чем вы? — нахмурилась Мелани, придвинувшись ближе к ним. — Да, так, — вяло ответил ее брат, не собираясь травмировать детскую психику. — Всегда ты так говоришь! — обиделась девочка и плюхнулась обратно. — Ох, почему женщины такие сложные? — риторический вопрос вырвался из уст кудрявого, и машина мягко остановилась у особняка его семьи. Какие-то непонятные мужчины, габаритам которых позавидует горилла, стояли на крыльце по обе стороны от двери. Их устрашающий вид дополняли сведенные в замок руки, черные очки, хотя солнца почти не было видно сегодня, и каменное выражение лица. — Это еще что за?.. — громко хлопнув дверью, Гарри направился в дом. Даниэлла быстро освободила малышку и вместе с ней пошла за парнем. Уверенными шагами шатен приближался к входной двери, но его остановил один из верзил. Медленно подняв бровь, Гарри опустил взгляд на руку, которая упиралась в его грудь. Дани чувствовала, что напряжение в воздухе так и возрастало, поэтому подальше встала вместе с ничего не понимающей Мелани. — Вход сюда строго запрещен. Только по приглашению, — холодным тоном осведомил тот, что удерживал парня. — Мне нужно иметь приглашение, чтобы войти в собственный дом? — яростным шепотом спросил Стайлс. — Вы вообще кто? — подал грубый голос второй. — Кто я? — зеленые глаза испепеляюще посмотрели на него. — Я как раз собирался спросить об этом вас, недоумки. Какого хрена здесь творится? Гарри скинул с себя резко руку державшего его мужчину, тот нахмурил густые брови, сжав кулаки. Ситуацию, из которой, казалось, один выход — мордобой, разрядила вовремя вышедшая и ничего не подозревающая миссис Стайлс. Женщина даже не обратила внимания на искаженное от злости лицо сына, так как пыталась удержать в одной руке стопку бумаг и большую сумку для дороги, а другой закрыть дверь. На ней сейчас был не привычный костюм, а синие джинсы и светлая блузка, и волосы небрежно распущены. Тишина воцарилась во дворе, пока Энн справлялась кое-как с замком, верзилы встали в прежнюю стойку, не шевелясь. Гарри прожигал спину матери соколиным взглядом. — Гарольд, не путайся под ногами, — торопливо сказала Энн, когда чуть не наткнулась на сына, которого охватила ярость. "Не путайся под ногами"?! — Ма, ты собираешься сказать, что происходит? — нахмурился шатен, требуя объяснений. — Прости, дорогой, но нет времени! Срочно вызывают в Милан, скоро там состоится показ, на котором мне нужно быть. Отец улетел в Маллингар, поэтому я подумала, что вам не помешает охрана, — миссис Стайлс чмокнула его в щеку и быстро подошла к Мелани, взяв ее на руки и повторив те же действия, что и с остолбеневшим парнем. — Охрана? От кого нас надо охранять? — немного испуганный голосом спросила Дани, молчавшая до этого. Ее взволновала перспектива того, что им нужна защита. — От вечных девок, которых будет таскать домой Гарри, — в пол голоса отозвалась Энн, дабы малышка не услышала. Дани удивленно посмотрела на парня, который все хмурился, глядя на мать. — Все, люблю всех, ведите себя прилично, — быстро обняла миссис Стайлс брюнетку и направилась к машине. Она уехала так быстро, что Гарри даже и слова не успел добавить. Он только встал рядом с девушкой и сестрой и озабоченно устремил изумрудные глаза вслед машине Энн, свернувшей за угол. — Эй, ты чего? — спросила Робертс. — Что? — быстро оторвался он от пустоты. — Нет, просто задумался. — О чем? — подала голосок любопытная Мелани. — Ни о чем, Мел, — отрезал Гарри, отвернувшись. Его настроение упало с такой стремительной скоростью, что Дани не могла этого не заметить. Стайлс миновал молчаливую охрану, пройдя в дом и оставив дверь открытой для других. Отшвырнув кроссовки, он поднялся наверх и закрылся в комнате, не желая ни с кем разговаривать. Как же его достали эти отмазки, вроде "показ в Милане", "командировка в Маллинграде". Черт подери, признались бы давно, что изменяют друг другу налево и направо. Еще хуже от того, что родители и сами, наверняка, знают об измене, но молчат, не собираясь рушить семью. Семью? Какая может быть семья при таких гулящих родителях, сестре, которая ушла из дома. Тут Гарри вспомнил о том, сколько раз Джемма упрекала мать в изменах, теперь он понял, что она была права. А тогда он не верил ей, не желал ничего и слушать. Единственное, что сейчас удерживало его в этом доме — Мелани, которую он не собирался лишать и брата, вслед за сестрой.