Жизнь одним днем

— Эрик, ты не видел Трис? Ее никто не может найти, ее никто не видел, после того вечера в тренажёрном зале. — Она, наверное, испугалась и решила что лучше быть безфракциоником, чем умереть здесь…

***

Третий бокал коктейля «Адское месиво» организм Четыре не хотел никак принимать. В этом споре выиграл я! И, победоносно поднявшись со стула, я направился в сторону двери. Не могу сказать, что это было очень просто: пока я дошел до двери, я неоднократно упал, еще и врезался в дверной косяк, но потом я все таки вышел. Коридоры больше мне не казались мне такими знакомыми. Я будто брел в неизвестности. Мне начало казаться это смешным… я не могу найти свою собственную комнату, в коридорах здания, которого, как мне казалось, я не мог заблудиться. Что это? Неужели я попал в ад? Не могу поверить! Не может быть, только не со мной! Передо мной стояла она, моя первая любовь Вероника. Она была все также прекрасна, даже с пулей в сердце. — Ты убил меня! — Я должен был это сделать! Ты была дивергентом! — Ты убил меня ! Она стояла на том самом мосту. На том самом, на котором я убил ее два года тому назад. Я не хотел верить в то, что я убил ее, в то, что она мертва, и я разговариваю со своим видением.

***

Мой мозг кипел, голова раскалывалась. Я должен был забыться, а лучший способ это сделать - напиться. После вчерашнего нашего визита в баре выбор стал гораздо меньше. «Адское месиво» - это что-то! В этот коктейль входит все спиртное, которое только можно найти в баре. Напиваться сильно я не собирался, также как и засыпать на барной стойке. Но я даже не заметил как это произошло. Очнулся я уже ближе к вечеру. На этот раз я с первой попытки смог найти выход. Коридоры здания казались мне более или менее знакомы. Я шел на знакомый мне звук, это был чей-то плачь. Я вышел на мостик, в глаза светили яркие лампы, мои глаза долго не могли привыкнуть к такому освещению. — Она умерла! — говорили одни, захлебываясь слезами. — Ее больше нет! — утверждали другие, говоря более твердым голосом. — Что здесь происходит, черт возьми? Кто умер? — приглушая рыдания на какое-то время, закричал я, но мой вопрос как будто взбудоражил их, женская часть фракции снова залилась слезами. — Ты должен будешь произнести речь, на прощание с ней. — Макс говорил тихо, чтобы никто нас не слышал. — Кто умер? — мне не – то чтобы было интересно, просто хотелось знать из-за какой дуры, я должен буду придумывать эту чертову речь. — Трис. Такого ответа я не ожидал. Я не могу сказать, что я был счастлив, как и не могу сказать, что я был расстроен.

***

— Ты убил меня! — сказала вновь Вероника. А я все также стоял и смотрел в ее глаза, не понимая что я должен сделать, что она от меня хочет. — Ты мертва! Ты не должна жить! Ты должна умереть! — это говорил будто не я, а кто-то внутри меня, тот, кто отчаянно хотел ее смерти. — Так чего же ты ждешь?! — это было своего рода просьбой, а меня не нужно просить дважды. Я набросился на неё и начал душить, она сопротивлялась, пока не ослабла и вскоре перестала дышать…

***

Только сейчас я начинаю понимать, что это была не Вероника, а Трис. Трис, которая не имела понятия, что происходит… По случаю ее поминок отменили все сегодняшние тренировки. Поэтому, на следующий день, утром, все собрались в яме. Они выпивали и поминали ее еще с прошлого вечера. Для некоторых из присутствующих это был скорее праздник, чем поминки. Я взобрался на ящик рядом с перилами. Не успел я произнести еще ни слова, рядом со мной раздался довольно громкий вопль. — А ну-ка, тихо! — закричал рядом стоящий Макс, как бы поддерживая меня. — Спасибо, — произнес я скорее Максу, чем все этой затихшей толпе. — Как вам известно, мы собрались здесь, потому что Трис, неофит, спрыгнула в пропасть прошлым вечером. Мы не знаем почему, — зато я знаю, это я ее убил, — И было бы легко оплакать утрату сегодняшним утром. Но мы не избирали легкую жизнь, когда вступали в Лихость. И истина в том… Я стоял и улыбался. Кажется, я начал понимать какой бред я сейчас несу! — Истина в том, что Трис сейчас исследует туманное, неведомое место. Она прыгнула в бурный поток, чтобы попасть туда. Кому из нас достанет смелости ступить во тьму, не зная, что лежит за ней? Из толпы взвиваются крики и возгласы. Лихачи одобрительно восклицают на разные лады высокими и низкими, звонкими и глубокими голосами. Их рев подражает реву потока. Макс принес мне кружку с какой-то гадостью, мы выпили ее залпом. Потом разговаривали с ним про выполнение плана Джанин. Потом выпили еще по одной, потом еще и еще…

***

Проснулся я в вечером, сидя за столом барной стойки. Поднявшись со стула я направился в сторону двери. Не могу сказать что это было очень просто: пока я дошел до двери я неоднократно упал, еще и врезался в дверной косяк, но потом я все таки вышел. Я брел по коридорам, пока не понял куда моё подсознание привело меня. Я стоял на том самом мосту, а передо мной стояла она, мой ночной кошмар, Вероника… или всё-таки Трис! — Я не боюсь тебя! И я не Сухарь! Я Трис!