Ты знаешь мои грязные секреты

Скарлетт Как быстро человек меняет маску, если сменить его окружение. Дерзкий, напыщенный Джеймс скрылся за хорошими манерами и разговорами о политических проблемах нашей страны. Кофта и джинсы сменились на костюм, нахальная улыбка уступила место задумчивости и серьезности. Не мужчина, а мечта. Жаль, что это всего лишь умелый спектакль перед моим отцом. — В этом вопросе я с вами полностью согласен, — учтиво ответил Джеймс отцу. Мне на этом ужине было скучно. Мои надежды на то, что папа увидит, что Джеймс не подходит на роль моего телохранителя таяли с каждой минутой. Эртон не подавал и повода усомниться в своем воспитании и манерах. Лучше бы шел на Бродвей, раз так хорошо играет. Но мы с Питом прекрасно знаем, что кроме бутылки пива и игры любимой хоккейной команды его ничего не интересует. Осталось лишь открыть глаза на эти очевидные вещи отцу. — Удивительно, что вы разделяете мою точку зрения, мистер Эртон. Со мной редко, кто согласен. Я закатила глаза, что не ушло от внимания Джеймса. Он усмехнулся и еле заметно кивнул головой. — Понимаю, не самое популярное мнение. А что по этому поводу думает Скарлетт? Кусок стейка на секунду застрял у меня в горле, когда я услышала этот вопрос. Стоит ли говорить, что я не вникала в суть их разговора, а вместо этого считала количество завитков узора на белоснежной скатерти. Ответ сто сорок три их вряд ли устроит. Думаю, лучше согласиться с ними. — Я тоже разделяю ваше мнение на этот счет. Я бы с радостью подискутировала на эту тему, но боюсь, ничего нового в этот разговор не внесу. Вы и так все подробно разобрали. После этого я взяла бокал вина и сделала пару глотков. Потому что эта речь была сказана столь быстро, что у меня пересохло в горле. Папа хотел что-то мне ответить, но его прервал телефонный звонок. Он извинился и, выйдя из-за стола, удалился к себе в кабинет. Мы остались с Джеймсом наедине. Тишина продлилась недолго, и уже спустя минуту он задал мне вопрос. — Сколько? — Что сколько? — Сколько узоров на этой скатерти? — Откуда… — недоуменно глядя на него, протянула я, но он меня прервал. — Ты весь ужин смотрела на нее, словно завороженная и шевелила губами. Ты же не думала, что делаешь это незаметно? После такого я просто не мог не воспользоваться моментом и не вовлечь в разговор. Я удивлен, что ты не растерялась. Ответ, конечно, прозвучал размыто, но сносно. — Сочту за комплимент, — съязвила я, снова потянувшись за вином. — Не много ли ты пьешь? — Не много ли ты говоришь? Раздались приближающиеся шаги отца, и мы оба замолкли. Я попыталась сделать беззаботный вид, Джеймс стал самой серьезностью. — Еще раз простите, важные дела. Папа вернулся на свое место и могу поклясться, вид у него сейчас был обеспокоенный, но он старался это тщательно скрыть. Я же такое подмечаю сразу. — Скарлетт, я могу попросить тебя пройти к себе в комнату? Нам с Джеймсом надо поговорить. — С радостью. И кстати, сто сорок три, — с этими словами я покинула комнату, оставив отца наедине с Эртоном. *** Признаться, я весьма разочарована, что моя идея о том, что Джеймс во время ужина низко падет в глазах отца, оказалась провальной. И даже банка мороженого в моих руках не помогает не думать о плохом. О плохом и невыносимом Джеймсе. — Фу, — выдохнула я, ставя пустую банку на тумбу. Меня начало немного тошнить и причиной тому могло быть мороженое или же заострение своего внимания на персоне Эртона. А может все сразу. И я могла бы отбросить все эти мысли, но этот человек все еще у нас дома и я жду, как приговора, решение отца по поводу его кандидатуры. Подумать страшно, как изменится моя жизнь, если этот неотесанный мужлан будет вечно меня везде сопровождать. Уже представляю насмешки друзей. Впрочем, Николь он может и понравится, ведь она всегда предпочитала кого-то постарше. — Скарлетт, — раздался голос отца за дверью. Я моментально поднялась с кровати, уставившись на закрытую дверь, ожидая, когда она откроется. Кажется, в этот момент я даже не дышала. — Очень рад сообщить, что господин Эртон согласился работать на меня и будет твоим личным телохранителем, — за дверью стоял довольный отец и не менее довольный Джеймс. Моя реакция на данные слова была противоположной. Не знаю, как я выглядела со стороны, но могу предполагать, что в последний раз я такой несчастной была, когда у меня из-под носа увели последнюю пару восхитительных Manolo Blahnik моего размера. — Что-то не так? — поинтересовался отец. Его лицо сразу стало серьезным и обеспокоенным. — Она просто разочарована, что мы так долго тянули с этой прекрасной новостью, — сказал Джеймс, подмигнув мне. — Я… — хотела возразить я, но все слова протеста испарились из моей головы. — Мистер Эртон будет первый месяц на испытательном сроке, так что… — начинает отец, но я его перебиваю. Лучик надежды на освобождение из лап чудовища начал светить мне ярче. — Замечательно. Завтра первый рабочий день? — пытаюсь я выдавить не слишком фальшивую улыбку. — Если есть необходимость, то могу приступить прямо сегодня, — пожимает плечами в ответ Джеймс. Ему доставляет удовольствие даже одна мысль о том, что он сможет, как минимум на протяжении месяца трепать мне нервы своим присутствием и своим существованием. Все это легко читается по его вечной насмешке, что будто прилипла к губам. Это нечестно. Это заставляет меня часто смотреть на его губы. Соберись, Фултон, надо сконцентрироваться на чем-то другом. — Не думаю, — отец качает головой, — весь оставшийся день Скарлетт проведет дома. Я киваю, поддакивая отцу, который не знает о моих планах на ночь. Сегодня мы собирались с подругами клуб. И я своих планов менять не собираюсь. — Хорошо, тогда приеду сюда завтра утром, — улыбается Джеймс, снова нахально подмигивая мне. Это уже не лезет ни в какие рамки. Хочется огрызнуться в ответ, но присутствие отца одергивает меня от этого. — Буду с нетерпением ждать, — сквозь зубы произношу я и провожаю их из своей комнаты. Все, нет времени думать об этом. Отброшу эти проблемы на потом. Спустя каких-то три часа я уже буду ехать в клуб вместе с подругами, где меня будут ждать парни и пара маргарит. *** Если бы я поставила сто долларов на то, что этот день станет самым невезучим за всю мою жизнь, то я стала бы уже миллионером. Но ставка бы сыграла уже ближе к ночи. Незаметно улизнув из дома, я встретилась с подругами и направилась в наш любимый клуб. Если бы отец знал, как я провожу свои выходные, то уже давно приставил ко мне телохранителя. Я же, думая, что произошедшее нападение больше в моей жизни не повторится и чувствуя себя в безопасности, решила не менять своих привычек. Я запланировала отдохнуть, значит так и будет. — А что ты еще можешь рассказать про этого Джеймса? — не унималась Николь. Я так и знала, что он ее заинтересует. — У него много тату? — влезла в разговор Памела, хотя до этого просто молчала. — Да, что там с тату? — еще больше оживилась Николь. Их вопросы уже начали раздражать. Если раньше я мало замечала, насколько они обе соответствуют типичному образу глупеньких блондинок, с вечно широко распахнутыми глазами и незатыкающимися ртами, то сегодня я почувствовала это в полной мере. — Хватит! Давайте поговорим о чем-то другом. Николь недовольно цокнула языком и сделала вид, что ей срочно понадобилось найти что-то в сумочке, Памела же просто пожала плечами, ничего не ответив. — Я хочу сегодня как следует отдохнуть, и не думать ни о каком Джеймсе. Мне еще как минимум месяц придется провести в его компании. А это целый месяц без походов в клуб. — Может, он будет ходить с тобой? — предложила Памела. Если бы я в тот момент что-нибудь жевала, то точно бы подавилась. — Ты издеваешься? Или так плохо шутишь? — А почему бы и нет, принцесса? — раздался голос позади нас, — почему не позвала меня сегодня в клуб? Папа не обрадуется, если узнает, где ты ходишь по ночам. Я медленно развернулась. Сердце бешено заколотилось. Либо от осознания того, что он все расскажет отцу, либо от того, что он так внезапно здесь появился. А еще сейчас он выглядел чертовски хорошо. Не думала, что я могу о нем такое подумать. От официального стиля осталась лишь белая рубашка, расстёгнутая на верхние пуговицы. Ткань слегка просвечивала, давая легкие намеки на очертания его татуировок на руках. — Это он? — хором спросили подруги. — Джеймс Эртон, милые леди, — представился он, поочередно поцеловав руки подруг. — Я — телохранитель мисс Скарлетт. Очень рад нашему знакомству. — Ты следишь за мной? Он сделал шаг в мою сторону и улыбнулся так, как раньше улыбался только моему отцу. Учтиво, без насмешки. — Милая, — начал он и указательным пальцем приподнял мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза, — мне будут платить за то, чтобы ты была в целостности и сохранности. Я не хочу потерять работу, даже толком не приступив к ней. На его губах снова появилась ироничная улыбка, после чего он наклонился к моему уху. — Я знаю, что могут сделать с красивой девушкой в ночном клубе. Этого я допустить не могу. Не знаю почему, но я ему поверила. Не в искрение желание меня защитить, а в его желание задержаться на этой работе. Видимо, отец предложил ему хорошую сумму. — Я пока отойду, чтобы не курить при вас. Но я за вами слежу. Стоило ему отойти на пару метров, как Памела, что стояла к нам в момент разговора с Джеймсом ближе, схватила меня за руку и слегка ее сжала. — Ты слышала? Он считает тебя красивой! — проверещала она радостно, будто это был не Джеймс, а какой-нибудь голливудский красавчик. Как ни крути, а этот день вряд ли сложится еще хуже. Если есть вероятность, что Джеймс ничего не расскажет отцу об этой ночи, то ей стоит воспользоваться. Осталось придумать план, как его уговорить.