Когда я стану матерью...

- Когда я стану матерью… Эти слова звучали в голове Тони снова и снова. Он слышал эти слова, произнесенные Кейт с такой уверенностью и, возможно, надеждой на то, что это скоро произойдет. Только теперь ДиНоззо знал, что это никогда не случится. Тогда, услышав эти слова, он привычно пошутил над Кейт и не придал особого значения этой фразе, а стоило. Сейчас, когда Кейт нет рядом, когда ее тело лежит в холодном деревянным гробу глубоко в земле, у него остались только воспоминания о ней, да и эти простые слова, сказанные когда-то мимоходом: - Когда я стану матерью… Он знал, что и Стажер, и Босс, и Эбби, и Даки, все они скучают по ней. Все они горюют о том, что ее нет рядом. Но они никогда не поймут чувства, что он испытывает, вспоминая о ней. Ведь она тогда рисковала, оставаясь с ним. Кейт знала, что оставаться наедине с человеком, больным легочной чумой, опасно для ее здоровья. Но разве Кейтлин Тодд бросит своего товарища одного умирать? Она привычно взъелась на него, отругала за то, что посмел заразить, а сама пыталась не расплакаться при мысли о том, что он, Тони, может умереть. И как она горько рыдала, когда думала, что ему уже ничего не поможет. Все это тогда, лежа в палате, Тони не знал. Все это он узнал уже позже, после смерти Кейт, когда случайно встретился с медсестрой, которая наблюдала за ними во время карантина. - Когда я стану матерью… ДиНоззи очень хочет, чтобы эти слова сбылись, чтобы у Кейт были дети, чтобы она была жива. И, возможно, какая-то часть Тони, очень-очень малая часть его, хочет, чтобы это были бы его дети.