Идеальное решение

Утром, едва прозвонил будильник, я отправился в душ. После работы надо было зайти к Микки. Терять свою истинную любовь по телефону как-то не хотелось. Её вообще не хотелось терять, но это уже совсем другая песня. Хорошо, что мы снимали большую квартиру с двумя раздельными ванными комнатами, не пришлось утром мучиться со стояком. Тот факт, что от одних мыслей о Микки член сразу же стоял по стойке «смирно», говорил, что он наш истинный. Нас обоих. На кухне я просто выпил кофе, не глядя на брата, и пошел к машине. Неприятности на работе начались прямо с самого утра. Я узнал, что на одной из наших строек закупался бракованный цемент, что привело к обвалу. Пострадало несколько рабочих, один из них даже попал в больницу. На поставщика нужно было сразу подавать в суд, навестить пострадавшего работника, поговорить с его семьёй. Всё это, как правило, входило в мои обязанности, как старшего сына хозяина компании. Я только успел утром забежать к брату и попросить его позвонить Микки, договориться о встрече вечером. В коридоре по дороге к лифту я встретил отца: — Доброе утро, Рик. — Привет, отец. — С тобой всё нормально? Ты чего такой нервный? — Да. Просто переживаю, как там рабочий в больнице, — не говорить же ему, что боюсь, кого выберет мой любимый. — Я уже звонил в больницу и попросил перевести его в частную палату. Сынок, парень получит самое лучшее, самое качественное лечение. Мы всё оплатим. Просто навести его. — Да, я уже еду. — Кивнув отцу, я побежал к лифту. Лишь бы все успеть до конца рабочего дня. На улице была прекрасная погода — солнечно и легкий ветерок. В больнице пришлось утешать беременного омежку, супруга пострадавшего рабочего. Я взял номер их счета в банке и через бухгалтерию перевел им кругленькую сумму, якобы подарок к рождению ребенка. Кроме этого, мы полностью оплатили лечение. Взамен я попросил омегу вместе с нами подать судебный иск против производителя бетона, пообещав, что наши адвокаты добьются для них ещё одной приличной суммы. Смущенный омежка поблагодарил меня и подписал все документы. Уже одной проблемой меньше. Выскочив из больницы, я поехал в контору к нашим адвокатам. Там мы подготовили иск к подаче в суд. Потом пришлось заехать к заказчику объекта и попросить дать отсрочку даты окончания строительства, объясняя все обстоятельства. Он согласился, но взамен потребовал документы, подтверждающие, что мы уничтожим всё то, что успели построить с некачественным материалом. Я позвонил отцу, получил его согласие и всё подписал от имени нашей компании. Следующим пунктом стоял оценщик ущерба. Пришлось заказывать его услуги с целью получения документов для страховой компании. Есть не хотелось, как и тратить столь драгоценное время, и я просто пил густой черный кофе в каждом из этих мест. В больнице он был ужасным, но у адвокатов и заказчика — вполне приличный. Без четверти шесть я позвонил брату: — Встречаемся у Микки? — Да, через полчаса. И, пожалуйста, давай зайдем вместе. — Хорошо, я тебя подожду, буду у его дома через двадцать минут. Я приехал и сел на скамеечку у подъезда любимого. Как же быстро он стал необходим мне! Хотелось дышать им, как воздухом. Без Микки мне не хватало кислорода. Десять минут, которые я ждал брата, пролетели в ожидании чуда. Когда Энрике подъехал, мы, не мешкая, поднялись к любимому. В лифте оба молчали. Напряжение, казалось, можно было резать ножом. Раньше мы с братом очень дружили, вечно болтали и смеялись, но последняя неделя перевернула всё с ног на голову. Мы стали рядом, как раз напротив глазка в двери. Я нажал на звонок, чувствуя руку брата в своей, и тут будто все барьеры рухнули. Я посмотрел в глаза Энрике. Он же тоже переживал и боялся. В такую минуту как никогда нужна поддержка. — Всё будет хорошо, Энрике. Не знаю как, но всё сложится отлично. — Я вдруг сейчас понял это. — Спасибо, Рик, — одними губами прошептал брат, чувствуя поддержку и любовь. — Привет, — Микки открыл дверь, пропуская нас. Я с ужасом заметил, как не просто дались и ему эти дни. Омежка был заплаканным, с опухшим лицом и красными глазами. — Садитесь, есть будете? — Мы, конечно, с работы, но, может, вначале поговорим? — Нет, мыть руки и за стол, оба, там я всё и скажу. В ванной Энрике прошептал: — Я не могу так, мы делаем ему больно. Кого бы он сейчас не выбрал, потом станет жалеть. Я не хочу видеть его слёзы… — Я тоже, хочешь, давай оба откажемся? И он на всю жизнь останется одиноким. Трудно жить без своего истинного партнера. — Да нет же, я совсем не это имел в виду, просто хотел ему как-то облегчить выбор. — Ну, не знаю, облегчи. Мне тоже больно видеть его таким. Мы сели за стол. Обед или уже скорее ужин, был изысканным: французский луковый суп, отбивные по-архитекторски с жареным картофелем и овощной салат. Микки принес свежие булочки с маслом, но больше есть было уже не возможно. Мы наперебой хвалили еду и кулинарные способности любимого, больше его никто не торопил. Мы оба догадались, что ответа сегодня не будет. — Микки, большое спасибо, всё так вкусно. — Энрике улыбнулся и омежка расслабился. — Да, мне тоже очень понравилось. Наверное, у себя на факультете домоводства ты отличник. — Да, спасибо, Рик. Прошу вас, только не кричите и не ругайтесь, я не могу выбрать. Я, наверное, какой-то не правильный омега. Чувствую по запаху, что вы оба мои истинные. Вы оба мне нужны. Но я знаю, как выбрать, сегодня днём придумал… Течка! У меня течка через две недели, может, через десять дней. Обычно мне срывает крышу, и я совсем ничего не соображаю. Клаус, мой брат, заранее покупает таблетки, спрей и тампоны, а потом запирает меня здесь, в квартире, на четыре дня. Вот ваша копия ключа от моей квартиры, я позвоню, когда течка начнется. Вы оба приедете и, кого я выберу, ничего не соображая головой, тот и есть мой истинный. Мне хотелось рассмеяться «Не можешь выбрать головой — выбирай членом!». Прекрасное решение вопроса, но я, как всегда, промолчал. — Хорошо, я согласен. — Энрике посмотрел на меня. — Я тоже. А пока, что, с тобой нельзя встречаться? — Можно. Может, сходим все вместе куда-нибудь завтра, если вы не заняты? — Микки, — я улыбнулся, — мы для тебя всегда свободны. Энрике? — Да, я возьму билеты в кино. Микки, что бы ты хотел посмотреть? — «Бегущего по лабиринту» со Стайлзом Стилински. — Ладно, договорились. Я обратил внимание, что омежка наш ожил, повеселел и вздохнул с облегчением. Тогда-то и закралась ко мне в голову первая тревожная мыслишка, — а может, наша судьба быть втроём, всем вместе. Мы с братом помогли собрать со стола, Микки принес чай с пирогом. Я мыл посуду, а Энрике вытирал ее полотенцем. Мы все весело болтали, рассказывая, кто как провел день. Микки обрадовался, что мы помогли беременному омеге, чей супруг травмировался на стройке. Энрике рассказывал про проблемы с отчетами в конце месяца. А Микки — про вредных преподавателей-бет у них на факультете, которые не любили отпускать омег с учебы на время течки. Это был прекрасный вечер, никто не чувствовал себя лишним. Жалко было расставаться, но в девять часов я заставил брата собираться домой. На прощание любимый поцеловал нас обоих. Мы втроём обнялись, и Микки подарил каждому из нас совсем не целомудренный глубокий французский поцелуй. Это получилось так обыденно, правильно и нежно. Совсем по-домашнему. Когда мы вышли из подъезда, я сказал: — Мы должны быть все вместе, втроем, это и есть наша судьба. Я не ревновал, пока он целовал тебя. — Я тоже. Надеюсь, он тоже поймет это за ближайшие две недели. Каждый сел в свою машину, и мы поехали домой.