Котячья доля

— Ту-туру-туруруру! Мур-руру-муруруру! — Маленькая рысь весело напевала себе под нос, периодически подпрыгивая от нетерпения. Краем глаза заметив пролетающую рядом бабочку, она притихла, вознамерившись поймать это красивое насекомое. Идущий рядом барс щурился от лезущего в глаза солнца и лениво посматривал по сторонам. Не ожидающий нападения, а чисто из присущего кошачьему роду любопытства. В свое время он уже наохотился на бабочек, стрекоз, солнечных зайчиков и врагов. Впрочем, охота на последних не то, чем стоит хвастать в открытую. По крайней мере, в этой стране. Да и вообще. С тех пор, как он взял в ученицы это маленькое урчащее бедствие, он старался не влезать в долгоиграющие неприятности. Раз он взял за нее ответственность, то не опозорит честь учителя. А теперь еще приемного отца. — У моего котенка хорошее настроение? — пробасил, лукаво прищурившись. — Безусловно! Я наконец-то увижу родину отца, его старый дом. — незамедлительно последовал ответ. Снежный барс весьма невежливо фыркнул. Разве можно называть то место домом, если там ему никто никогда не верил. Даже приемный отец, мастер Шифу, встал на сторону черепахи. Пф! Ересь! Его дом — дорога, вечное путешествие. Малышка уловила направление мыслей отца и понимающе кивнула. — Ты сам всегда мне говорил: «Смотри только вперед, наслаждайся настоящим, но никогда не забывай прошлое.» Барс устало вздохнул. Тоскливо покосился на прыгающую за бабочкой приемную дочь. Бабочка наконец попала в чужие лапы. — Киу, солнечный ты листик, я просто хочу предупредить, чтобы ты не ждала ничего хорошего… Рысь осторожно приоткрыла лапы и гордо продемонстрировала отцу невредимую добычу. Миг — и бабочка устремилась в высь. — «Всегда ожидай самого худшего исхода. Если он произойдет — ты это ожидала и уже готова. Получится лучше, только порадуешься.» Старший кот нежно погладил котенка по шерстке на голове, отчего она довольно прищурилась. — Ты за мной записываешь что ли? — Запоминаю. Блокнот потерять можно, а голову — нет. Хотя, можно конечно. Но для этого меч нужен. Или секира. Или топор… Мужчина кивнул, уловив мысль воспитанницы. Что ж, никто и не говорил, что он сумеет воспитать фиялку али трепетную принцессу. Тут уж скорее будущая королева воинов получилась. — Пойдем, болтушка. Если поспешим, ужинать будем уже в Долине Мира.

***

POV Тай Лунг. Снежка, попаданец и просто котичка. Во мне горели противоречивые чувства. После стольких лет увидеть родные места было приятно. И больно. Место, где я взрослел, тренировался и просто наслаждался жизнью в Нефритовом Дворце. Где отец учил меня правильным стойкам в бою, учил не сдаваться. Место, где он от меня отказался. Все отказались. Киу и Ксу. Осень и Снег. Я нашел свою спутницу побирающейся на улице. До бродяжки никому не было дела, а я не смог пройти мимо. До сих пор ужасаюсь что она вообще за мной пошла в тот день. Насколько все было плохо, что она пошла с незнакомым взрослым мужчиной в неизвестность. Киу смеется, что это ей подсказало ее женское начало и ни капли не прогадало. Она обрела отца и наставника в моем лице. Дети не должны рисковать своей шкурой, Киу. Дети не должны оправдывать ничьи ожидания, малыш Лунг. Дети должны расти в тепле и комфорте, не опасаясь завтрашнего дня. Обрести целостность разума в момент ярости не являлось пределом моих мечтаний. Спасибо хоть не в псевдо-неприступной тюрьме Чёргом. Черепаха как раз успеха высказать свое «фи», приемный отец махнул рукой, а прошлый Тай Лунг в приступе ярости собирался разнести Долину Мира. Я обрел себя буквально на первом ударе об разбившийся в щепки стол. Коротко извинившись перед хозяином лапшичной лавки, развернулся и ушел. Сперва в лес, а потом и вовсе из Долины. Я не собирался воевать за пустые свитки и бестолковые звания, за одобрение в глазах приемного отца. Любить должны не за что-то, а вопреки. Зная все недостатки и принимая их. Одному было спокойно и познавательно. До этого любопытство сковывали множество правил и необходимость держать авторитет достойного воина. Достойные войны не скачут за листочками, снежинками, каплями дождя, собственным хвостом. Достойные воины встают в пять и сразу же идут на тренировку. Достойные войны все свободное время уделяют своему мастерству владению телом или оружием. Я не был достойным воином. Я и воином-то себя не считал. Так, слегка запутавшимся в клубке ниток судьбы котенком. Кошек должны растить и обучать кошки. Псы — псов, лисы — лисов, а зайцы зайцев. Иначе херня получается. Как гиены не способны взлететь, так и мне смогли передать лишь основы чужого восприятия, не посчитавшись с моим, совсем иным. Я позволял себе многое. Спать до обеда и охотиться-тренироваться по сумеркам. Отрабатывал движения не по прааавильной технике, а внутреннему чутью. Сидел и лежал в отнюдь не подобающей позе, а как желалось вывернуться да извернуться. Часами пролеживал неподвижно на цветущем дереве или у воды. Ловил и ел рыбу, не всегда тратя время на жарку. Хищник, что тут скажешь! Правильные воины не засиживаются у гейш и юдзё, не пьют вино и стараются не курить табак. Я был не против поболтать или послушать музыку у гейш. И тем более был не против поразвлечься с юдзё. Мне нравилось вино из кошачьей мяты, горячее вино с пряностями. Нравился запах вишневого или гранатового табака. Я не убивал и не грабил, не насиловал и не воровал. Лишь познавал себя, путешествовал, позволяя насладиться каждым прожитым днем. Ребенка вот нашел. Теперь воспитываю. В один из вечеров задумался: «а чего это я от Долины Мира шарахаюсь?». Мальчик уже взрослый, есть голова на плечах, да и ребенок свой. Пора бы и закрыть детские травмы, хватит за хвост тянуть. Рыська была не против посмотреть места детства своего папы. Более чем не против. Скакала вперед меня да песни напевала. Аж в груди потеплело. Долина Мира встретила нас… Да никак, всем было плевать. У всех свои дела, своя жизнь. Было бы не плевать, сирот бы в мире не было. Мы спокойно пообедали в пельменной и отправились к храму. Какое такое мясо в мире гуманоидных животных? Либо рыбу готовили, либо пытались с помощью овощей воссоздать мясной вкус. Местные повара много что могли. Да и сами гуманоидные животные могли частично обращаться в людей. Только уши и хвосты и выдавали. У меня еще пятна на коже были. Правда обращаться прилюдно считалось неприличным. Да и подобный облик считался неудобным. Мы с Киу плевали на приличия и часто проводили вместе время и полуобороте. Сейчас, правда, были все же в зверином. Ночевать остановились в красном квартале. Задерживаться надолго мы здесь не собирались, так почему же не поспать под умелую игру на пипе или гуцине и пение одной из красавиц. Ничего предосудительного я делать не собирался, так что не парился насчет присутствия маленькой рыси рядом. Она и без меня знает, как жесток этот мир. Да и не в первый раз мы с нею вместе ночевали в квартале Красных Фонарей. Тут тебе и музыка и слабенькая безопасность. Киу тоже следует общаться с кем-нибудь ее пола. Куртизанки были не самым лучшим выбором, но других вариантов и не было. Если гейши и удивились, вслух ничего не сказали. Переночевали прямо как родня Императора. Мягкая кровать, вкусные угощения, тихая музыка и ненавязчивое пение. Лучше всех в мире гостиниц! С утра перекусили фруктами из угощений для гостей и отправились в центр города. Слопали по пять жаренных кальмаров, разделили тарелку баоцзы и с трудом доели палочку танхулу. Боярышник был уж слишком засахарен, аж клыки заныли. Сытые, выспавшиеся и довольные отправились в Нефритовый Дворец. Мы бежали наперегонки, нам с рысенком эта длинная лестница ничего не стоила. Непревзойденная пятерка и превзойденный По тренировались в зале под руководством Шифу. А чо, черепаха уже померла? Юху! Кхм, точнее — лучшие всегда покидают нас первыми, ага-ага! — Доброе утро, мастер Шифу! — хором произносим мы с котенком. Хм, не зря репетировали — малая панда выглядит более чем ошарашенным. Мастер делает пару неуверенных шагов вперед, а потом бросается в мои объятья. — Тай Лунг! Мальчик мой! И я в одночасье словно бы все свои обиды отпустил. Я не страдал двадцать лет в тюрьме, не был выставлен монстром на всю округу. Да, это лишь из-за того, что я вовремя ушел, но все же. Следует смотреть в будущее, а не вечно жить прошлыми горестями. Ну да, мне следовало ожидать того, что не только я изменился, но и мой приемный отец. Что он многое обдумал и пересмотрел свои слова и поступки. Котенок ненавязчиво лезет под руку и я тут же ее представляю Шифу. — Это Киу, моя дочь и воспитанница, твоя внучка. А меня теперь зовут не Тай Лунг, а Ксу. Впрочем, для тебя буду на любое имя отзываться. Рысь ластится к малой панде, что забавно смотрится со стороны из-за разницы в размерах. Отец неуверенно гладит ее по ушам. Ох, я уже и забыл, какие у него тоненькие лапки. Выразительно смотрю на присутствующих здесь зверей, неловко переминающихся в стороне. — Это твои ученики? — Да. Тут вперед выходит тигрица. Грации кошачьих ей явно недоставало, сразу видно, что не кошки учили. Хм, не будет выпендриваться, подскажу ей правильные движения. — Мастер Шифу, это… — Да, это мой сын! Всю эту трогательную сцену разбил панда. Ну конечно, кто же еще. Он опасливо выглянул из-за спины тигрицы и ляпнул. — Ого, мастер! Я и не знал, что вы женаты. Не то, чтобы я сомневался в вас! Не-не-не! В смысле, женаты на ирбисе. Вы же мелкий! Ой, я хотел сказать изящный, да! А где же ваша жена? Рыська уткнулась мне в плечо и тихо фыркнула. Я сам с трудом сдерживал свой смех. Если я правильно помню, его гусь усыновил? Что ж, дети из приемных и смешанных семей довольно часто могут ляпнуть чего подобного. Смешанные семьи тоже встречались не так часто, как можно было подумать, вспоминая о хумарнизированной форме. Уж не знаю отчего, но мешать кровь было не принято, не смотря на то, что дети в таких браках все же рождались. Они перенимали черты только одного родителя, так что различных химер в мире не встречалось. — Пап, а где моя мама? — решила подключиться к театру абсурда одна наглая мордочка. — С бабушкой путешествует! — усмехаюсь в ответ. Панде хватит и такого ответа, а умные звери сами разберутся — что к чему. — Ксу, сын мастера Шифу, здесь известен как Тай Лунг. Моя дочь Киу. Мы бродячие совершенствующиеся. Наши имена вы уже слышали. Итак… Оказалось, что эти чудики откопали где-то древнюю традицию обезличивания воинов и отказались от своих имен. Что ж, не мне насмехаться над их странностями. Их жизни, их ошибки. Я не их учитель, чтоб лезть с нравоучениями и советами. Мой ребенок тут же бодро заговорила со Змеей и Журавлем о наших путешествиях. Я тихонько опустился на колени и теперь наслаждался легкими поглаживаниями по голове от отца. Все это время я не позволял себе скучать по Шифу и дому. По изматывающим тренировкам и тихим разговорам во время передышек. По совместным трапезам. По одинаковым историям о Воине Дракона. По скупой похвале. По… Вспоминал, да. Но скучать себе не позволял. Конечно же все тренировки в этот момент были отложены. Тигрица дулась на нас за это и даже попыталась поставить мне подножку хвостом. Нам было плевать на ее детские выходки. Дочь заимела еще одного родственника и благодарных слушателей, а я же откровенно кайфовал. Словно в детство вернулся, только лучше. Нет ни тренировок до стертых в кровь лап, ни волнении о мимолетности времени. Ну да, мне уже 35 и я не воин дракона. Да и плевать! Звания мне что пустой звук. Это приемный отец хотел свиток в семью, не я. Пусть другие соревнуются, я со стороны посмотрю. Обед вызвался готовить сам Воин Дракона. Вот в чем у него талант, так это в приготовлении лапши и уничтожении съестных запасов. Наша семья из трех зверей сидела рядом, дочь периодически сражалась со мной палочками за кусочек лапши или печеньку. При этом она еще успевала язык распустить. — …мы переночевали в городе и с утра направились уже к вам. — В какой гостинице остановились? — В квартале — фыркаем в один голос. Судя по лицам, понял только Шифу, Богомол да Тигрица. Ярэ-ярэ, откуда у воспитанницы мастера такие сомнительные знания? — Да как ты посмел! — Тай… — начал было мастер, но я его перебил. Выкрик Тигрицы же попросту проигнорировал. — Мастер, ничего такого не произошло. Мы послушали красивую музыку и просто переночевали. Я бы не потащил своего ребенка на подобные развлечения! Дальнейшая беседа прошла спокойно. Разве что Тигрица окончательно примолкла, а к разговору подключился Богомол. Да и Обезьяна периодически вспоминал одну из своих шуток. А вот уж после обеда тренировка состоялась. Тигрица настояла. Эта кошка меня бесила, но я старательно это игнорировал. Понимал, что она просто ревнует мастера ко мне, вот и бесится. Однако если она как-то навредит Киу, я ей глотку порву. Без вариантов. На тренировке показать свои умения вызвалась сперва рысь. Похвастаться перед Шифу хочет, доказать, что ее приемный отец тоже является отличным наставником. Тихая как тень, гибкая как ива и быстрая как стрела. С холодным разумом змеи и силой яростного зверя. Я гордился своим маленьким-маленьким котенком. И регулярно ей об этом напоминал. Она рано поняла, что когти и клыки стоит наточить против всего мира. Даже и не знаю, что же из нее выросло, если бы не я. Различных боевых приемов она конечно же не знала бы, но позиция «против мира и всех на свете» осталась бы. — Папа намного сильнее меня. Я потихоньку учусь у него, но не все еще способна усвоить и повторить. Тебе и не надо спешить или повторять, котенок. Просто будь собой, этого более чем достаточно. Ты сама все это хорошо знаешь. Ночевать мы остались уже во дворце. Вот вам и «дорога мой дом». Кто же знал, что отец ни в чем не винил меня. В моем уходе винил лишь себя. Старался разыскать, извиниться. Обнять, покаяться в своих выплеснутых на ребенка амбициях. Я не могу уйти. По крайней мере, в ближайшем будущем. Не могу его оставить, не хочу. Ничего плохого не случится, если мы задержимся на парочку месяцев. Киу заодно посмотрит на чужие боевые стили, глядишь, для себя чего полезного выцепит. Чистых пустых комнат во дворце не оказалось. Киу отправилась ночевать со Змеей, а я со своим отцом. Мурлыкать я не разучился, так что долгое время мы с ним провели в объятьях под мое громогласное мурлыканье. Так и уснули.

***

Мы потихоньку привыкали к жизни в Нефритовом Дворце. В отличии от всех живущих здесь, мы зачастую ложились в три часа ночи и вставали в двенадцать часов, а то и в час. Мы успевали на послеобеденную и вечернюю тренировки. В ночь с нами тренироваться никто не воспылал желанием. Мы регулярно выбирались в город за вкусной едой, вином и развлечением. Нет, лекций мне читать не надо, взрослый уже мальчик. С отцом у меня отношения пока наладились. Почему, пока? Его раздражает отсутствие дисциплины в нашей жизни и сломанный режим тренировок. Это для вас он сломанный, нам же вполне себе удобный. Мы же кошки, ночные животные. Да даже в одном помете котята разные, а тут уж говорится о разных видах животных. Журавля и Обезьяну с Богомолом так тренируй, им нормально. И то, я сильно сомневаюсь на этот счет. Панды обычно спят до обеда, Тигрица, как и мы, кошка. Ей бы наш режим пошел. Да и Шифу хоть и маленький, но хищник. Гребанная маразматичная черепаха уже давным давно вбила тебе в голову свой режим, а ты и следуешь ему, как маленький или неразумный. Пора бы уже перестать цитировать своего мастера и стать тем, кого цитируют. Иногда, чисто по скуке, мы с детенышем готовили для всех обед или ужин. Завтрак не успевали, они слишком рано встают. Хотя нет, однажды успели. Просто мы в ту ночь еще не ложились, вот и успели к завтраку. Приготовили, поели и завалились спать. В один из вечеров нас позвали присоединиться к тренировке, проходящей под дождем. Сходить-то мы сходили и даже поучавствовали, но потом, опасаясь простуды рысенка, я сварил ей глинтвейн и закутал в свой плащ. Все бы ничего, но отец воспринял подобное лечение вштыки. Я прям чувствовал, что однажды мы все же поцапаемся. Мой дорогой «правильный-прааавильный» мастер очень резко реагирует на отступления от идеала кунг-фу мастера. Я отступил. Не просто отступил, натурально шарахнулся. Да еще и показал, что «да, иначе тоже можно. И очень даже хорошо». Шифу долго разорялся какой же я безответственный отец, не способный адекватно воспитывать детей. Рыська рыкнула на него и цапнула за хвост. Я более чем охренел. Потом пришлось первому идти мириться с отцом и отдельно поговорить с ребенком. Моя девочка дикая, слишком хорошо помнит постоянный сосущий голод, равнодушие прохожих и холод улиц. Она готова со всеми биться, лишь бы мы остались семьей. Даже скулила, что я был полностью прав и не надо было встречаться с моим приемным отцом. Пришлось ночевать с ней. Сначала рассказывал сказки, какие только смог вспомнить. А потом просто уже не вытерпел и замурчал. Все хорошо, котеночек. Из-за такой ерунды мы не расстанемся. Что ж, посмотрим, что же нас ждет в будущем. Мы, свободное кошачье племя, не терпим никаких пут и оков. Даже и не знаю, отчего Тигрица так яростно следует правилам. Пожалуй, еще недельку здесь поживем да присмотримся. А не понравится, всегда можно будет снова отправиться в странствие. — Мирных снов, родная. — Спокойной ночи, пап…