Since I Don't See You

*** Целый час Даниэль не мог усидеть на месте и время-от-времени все поглядывал в окна. Его мать из кухни удивленно наблюдала за сыном. Еще утром он предупредил ее, что сегодня должен придти его друг, но она не думала, что Дэнни настолько сильно будет ожидать его прихода. У парня было много приятелей и всевозможных знакомых, потому что он был достаточно общительным, хоть и, порой, в нем будто включался другой человек. Он становился скованным и молчаливым. Но эту особенность мало кто подмечал, и все знали Дэнни как парня, который никогда ни о чем не задумывается. Это было почти правдой. Когда Миссис Ричардсон неторопливо собиралась на работу, по дому прошелся звук дверного звонка. Кто-то явно нервничая, слишком долго удерживал палец на кнопке. Тут же со второго этажа, быстро перебегая с одной ступеньки на другую, спустился Даниэль, на ходу бросив: - Это ко мне. В дверях стоял высокий молодой человек, не более двадцати лет, одна рука которого покоилась в кармане джинс, а другой он придерживал внушительную книгу. Он улыбался, прекрасно осознавая, насколько он располагает к себе людей, лишь сокращением лицевых мышц. При взгляде на Даниэля его глаза заблестели, потому что он тоже с нетерпением ждал их встречи. - Привет, проходи, - тихо сказал ему Ричардсон. С нескрываемым любопытством рассматривая обстановку дома, Эрик зашел в комнату, на которую ему указал Дэнни. Тот направился за ним лишь заглянув к матери, которая уже собиралась уходить: - Эрик пришел помочь мне с физикой. Мы будем в гостиной, - наполняя свою сумку нужными и не очень нужными вещами, миссис Ричардсон лишь кивнула. Парни сидели на диване, соблюдая некую дистанцию, разложив вокруг себя книги, тетради и листки бумаги. МакКейн что-то тихо объяснял, жестикулируя и отрывисто выводя что-то карандашом. Они слышали, как миссис Ричардсон шумно прошла в холл, с шелестом надела плащ и, взяв ключи от машины, сказала: - Дэнни, я ушла, - и хлопнула дверью. Через пару минут, когда ее машина скрылась за поворотом, предметы окружающие парней, были отброшены в сторону, а сами они, поддавшись порыву, в мгновение сократили расстояние между ними. Они целовали губы друг друга жарко, глубоко, долго. Горячие объятия, стоны. Абсолютно отказывающееся думать сознание и не выдержавшие такой нагрузки, плавящиеся эмоции. Футболка Даниэля исчезла примерно в той же стороне, где и книги, а Эрик шумно вдохнув, медленно провел руками по открывшемуся телу. - Какой же ты...- он сильно поцеловал его куда-то чуть ниже ключицы, за что получил в ответ несдержанный томный стон. За всем этим этим они не заметили, как к дому подъехала машина, миссис Ричардсон торопливо пробежав по дорожке, вошла в дом. - Дэнни, представляешь, я забыла свои...бумаги... - услышав ее голос оба, будто ошпаренные, отскочили друг от друга. Но это их не спасло. Дэнни и Эрик не виделись уже несколько дней после того, как последнего выставили из дома Ричардсона, зло прося больше не появляться здесь. За это время МакКейн все сильнее скучал по Даниэлю и всему, что было связанно с ним. Неужели, он тот особенный человек, потому что те чувства, что Эрик к нему испытывал он не разу не ощущал в таком размере. Около высокого дерева, напротив дома Даниэля все утро, ожидая и дрожа от холодного, пронизывающего ветра, недвижимо стояла фигура. Парень видел, как дверь распахнулась, и оттуда выбежала миссис Ричардсон, неся тяжелый чемодан. За ней, окинув взглядом улицу, нехотя вышел Дэнни. Его мать уже закрыв дом и сложив вещи, сидела в машине, что-то гневно говоря ему. Тут юноша увидел знакомый силуэт в отдалении и грустно махнув ему рукой, забрался в автомобиль. Видя удаляющуюся машину, по щеке Эрика покатилась единственная слеза, которую он поспешно стер. *** Даниэль лежал, задумчиво смотря в потолок или, вернее, в темноту и ощущая на себе взгляд МакКейна. - Тогда мы переехали к маминой сестре, а после сюда, - голос Дэнни сейчас казался слишком громким, несмотря на то, что он говорил полу-шепотом - все это время она пыталась изменить меня, что бы я стал нормальным, но, как видишь, у нее мало что получилось. Одно время я вдруг стал слушать ее, боясь за свое будущее. Зря...Я исполнил все ее мечты и желания, а мои так и остались похороненными, где-то в коробках на чердаке. Он криво усмехнулся, прикрывая глаза, так, словно, он устал от всего, что ежедневно происходит вокруг него. - А что было твоей мечтой? - спросил Эрик, зевая в ладонь - Я даже забыл, - в словах слышался смех, граничивший с грустью - кажется, мне нравилась фотография. Я хотел стать фотографом. МакКейн помнил это, но неужели его желания так и не поменялись спустя годы. - И, конечно, мне хотелось найти тебя, - продолжил Даниэль - не знаю, хотя бы просто знать, как ты жил все это время. - Не очень... - Правда? - Ричардсон перевернулся к нему лицом, осторожно дотрагиваясь до щеки Эрика. - Только не уходи сейчас, ладно? - МакКейн произнес это уставшим тоном. Его глаза самопроизвольно снова закрывались. Ответ так и не дошел до него. Очень поздно проснувшись, так как солнце нещадно заливало всю комнату, а из приоткрытого окна доносился шум города, сигналы автомобилей и слишком громкие для раннего утра голоса, Эрик потянулся. Он тут же понял - рядом с ним никого нет, а та часть кровати холодная, настолько, что парень решил, что теперь ему сняться очень реалистичные сны. Но нет, вот небрежно разложенные пластинки на столе, включенный в сеть проигрыватель, зажигалка на тумбочке. МакКейн, к слову, не курил. Все это было, включая воспоминания и вчерашние, и те, которые уже давно не покидали его разум, но Даниэля не было. Эрик прикрыл глаза. Вероятность того, что Ричардсон ушел была слишком велика. Внезапно дверь распахнулась, и вместе с запахом крепкого, только что сваренного кофе в комнате появился Дэнни, неся на подносе две дымящиеся кружки. - Доброе утро, - улыбнулся он, присаживаясь на край кровати. - Доброе, - пробормотал Эрик, не веря своим глазам смотря на парня. - Не ожидал, да? - спросил Даниэль, протягивая МаКейну кофе - осторожно, горячий. - Да, - признался парень немного отпивая из кружки. Ричардсон, опустив взгляд, водя указательным пальцем по краю чашки быстро заговорил: - Я вчера много думал и, наконец, до меня дошло, что я ведь теперь сам распоряжаюсь своей жизнью, и я в праве поступать так, как считаю нужным. И самое правильное событие, из всех, что были - это встреча с тобой. Ты спрашивал хотел бы я снова быть с тобой? Да. Ведь я... - Эрик прервал его, положив руку на плечо. - Помолчи, - МакКейн, поставив поднос куда-то на пол, приобняв парня, прикоснулся к его губам, целуя его так, как никого и никогда. Даниэль охотно отвечал ему, запутываясь в его волосах. Разорвав поцелуй, они долго смотрели в глаза друг друга на самом, из всех возможных близком расстоянии. Снова глубоко целуя Эрика, Дэнни откинулся назад, утягивая его за собой. Одежда была скинута на пол. Их дыхание стало учащаться, биение сердец объединилось, как и тела. Чувства и ощущения можно было описать словами, позаимствованных из бульварных романов. Наслаждение, страсть, может быть любовь. Вспышки молний перед глазами - они оба достигли пика, конечной точки. Возникшая тишина нарушалась тиканьем настенных часов, тяжелым дыханием и сонатами, переливающимися звуками живого города, доносившимися даже до небольшой улицы и врывающимися в окно квартиры. Никто не может сказать конец ли это или начало, потому что каждый сам управляет своей судьбой. И что, позднее, произойдет дальше - решать им самим.