Кот

- Локи, отнеси заказ на шестой столик, - Мелисса поставила на барную стойку два высоких бокала. Белая шапка взбитых сливок, обсыпанная шоколадной крошкой, едва заметно дрожала. Лафейсон холодно кивнул. Держа поднос одной рукой на уровне груди, мужчина с природной, даже какой то звериной хищной грацией приблизился к искомому столику и поставил коктейли перед посетительницами, двумя миловидными девушками примерно лет 18 – 19. Их накрашенные личики расцвели сияющими улыбками, когда трикстер подошел к ним, но он не заметил или не пожелал заметить восторженно заискрившиеся глаза и, окинув девушек холодным равнодушным взглядом, вернулся к барной стойке. Лисса невольно залюбовалась им, униформа кафе просто идеально подходила ему. Темно – зеленая рубашка подчеркивала глубокий цвет глаз изгнанного бога, черная ткань брюк обтягивала стройные бедра. Девушка запоздало поняла, что откровенно, беззастенчиво пялится на асгардийца. Мелисса поспешно опустила голову и принялась с энтузиазмом полировать и без того чистую столешницу, надеясь, что Локи не застукал ее за таким занятием, как наглое созерцание его персоны. Мужчина подошел, взял несколько меню и вновь удалился в зал. Лисса облегченно вздохнула и, отложив тряпку, подперла кулачком подбородок, с философским видом разглядывая мерно гудящий кондиционер, но бывший кот Лили снова притягивал ее взгляд словно магнитом. Воспользовавшись тем, что он стоит к ней спиной, Медисса, хитро улыбаясь, снова принялась рассматривать трикстера. А задница у него очень даже ничего, крепкая, мускулистая… Локи будто почувствовал взгляд девушки и обернулся. От неожиданности Лисса вскрикнула и не придумала ничего лучше, чем быстренько юркнуть под стойку. - Вот же дура! – сдавленно просипела девушка, прижав ладони к щекам. Черт! Она ведет себя как школьница! Да чего уж там, даже в младших классах она так глупо себя не вела! Если только в детском саду… а, не важно. Мелисса поднялась на ноги, деловито отряхнув блузку. Она старалась сохранить достойный вид, но это довольно тяжело, если щеки пунцовеют аки маков цвет. И зачем она только согласилась на эту работу?! Сидела бы сейчас дома, книжечку бы читала. Но нет, Локи ведь будет тяжело одному, в незнакомой обстановке. Ей будто бы легко! Мелисса сама не могла понять, чем же ей так нравится Локи. Уж не чувством юмора, определенно, максимум, на что мятежный бог способен это лишь язвительные подколки. Нет, девушку привлекали его… Лисса сама не могла сказать, что ее в нем привлекало. Он ей просто нравится. Лафейсон не похож на других, он единственный в своем роде, есть в нем что то поистине королевское. И неземное. Девушка тяжело вздохнула. Это же надо так умудриться… - Два кофе без кофеина, пожалуйста, - Лисса вздрогнула от неожиданности, по спине пробежала вереница мурашек. Предмет ее мыслей стоял напротив девушки, облокотившись о барную стойку. В глубине ярко – зеленых, словно первая весенняя листва, глаз мелькали лукавые искорки, - извини, я тебя напугал. О чем задумалась? - Да так… о своем, о девичьем, - Мелисса достала две аккуратные белые чашки. Тонкие изящные губы Локи кривились в легкой усмешке. Девушка почувствовала, как раздражение тугим колючим клубком сворачивается у нее в груди, ворочается, обращаясь маленькой когтистой тварью, урчит и царапается. Вот зачем, зачем надо так на нее пялиться?! Что, в другую сторону посмотреть нельзя? Лисса откинула с лица каштановую прядь, выбившуюся из высокого хвоста и поставила чашки перед Лафейсоном. Трикстер бросил на нее кроткий взгляд из – под полуопущенных ресниц, от которого девушку словно ударило током, взял поднос и гордо удалился. - Мерзавец, - глухо пробурчала Мелисса, не в силах сдержать глупой улыбки. Не доведет ее до добра увлечение бывшим представителем семейства кошачьих… - Ваш заказ, - Локи с улыбкой поставил перед старушкой в кокетливой соломенной шляпке с ленточками креманку с рисовым пудингом. Вторая посетительница, довольно упитанная пожилая дама с тремя нитками жемчуга на шее, томно вздохнула и, сосредоточенно нахмурившись, взяла чашку двумя пальцами, большим и указательным. Старушка подняла на изгнанного бога благодарные глаза. - Спасибо, внучок. Вот, возьми на шоколадку, - и она протянула богу коварства сложенную вдвое десятидолларовую купюру. Лафейсон хотел было возмутиться. Да кто она еще такая?! Смеет швырять ему эти жалкие подачки, ему… ссыльному асгардийскому принцу, первое время скитавшемуся по Мидграду в облике бессловесного животного. Заметив его смятение, старушка настойчивее сунула ему деньги. - Бери, бери… не огорчай бабушку, молодой человек! – грозно нахмурив нарисованные брови, посетительница преклонного возраста буквально впихнула купюру несколько опешившему трикстеру. Слегка наклонив голову на бок, мужчина покорно принял чаевые, отошел от столика и огляделся. Новые клиенты не подошли, дополнительный заказ никто сделать не хочет, грязной посуды на столах нет. Значит, можно немного передохнуть. Лиссы за барной стойкой не было, видимо, куда то отошла. Забавная она все таки, даже несколько трогательная. То глаз с йотунхеймского принца не сводит, то под столы прячется. Ее симпатия вызывала у Локи двойственные чувства. С одной стороны ему было до ужаса приятно ловить на себе ее взгляды, видеть, как ее щеки заливает румянец, а с другой… ну, кто она и кто он? Да и какая девушка захочет быть рядом… с ним? Мелисса – милая мидгардская девушка, чьи родные погибли во время вторжения читаури. Разве она может полюбить того, кто косвенно виновен в их смерти? Весело тренькнул колокольчик над входом, возвещая о прибытии новых посетителей. Локи бросил косой взгляд на часы. Половина шестого. Через полчаса его смена заканчивается. Лисса работает до семи, а потом собиралась заскочить к Беверли, Дилан сегодня в ночную смену, так что квартира будет в его полном распоряжении. Можно будет есть прямо в гостиной и разбросать носки по всей комнате… мечтательная, правда, с толикой хитрости улыбка приподняла уголки губ трикстера. Взяв меню, он было направился к только что прибывшим посетителям, но вдруг резко остановился как вкопанный. За столик у окна усаживались Черная Вдова и Соколиный глаз. Клинт заботливо пододвинул Наташе стул, русская шпионка игриво поводила обнаженными плечами и без конца поправляла прическу. Опаньки… то есть, во имя златолистной рощи Глясир*, только их здесь не хватало! Что делать?! Куда прятаться?! Если они его здесь увидят… надо спросить у Лиссы, есть ли и для него местечко под барной стойкой. Черт, что за мысли? Он ведь бог магии и обмана, младший принц Асгарда. Он не станет прятаться. Прижимая к груди папку с меню, Локи направился к столику Мстителей. Несмотря на все самоубеждение, сердце сорвалось на безумный бег, в горле пересохло. Если начнутся расспросы, Лафейсон просто скажет, что они обознались. А что, магии у него нет, поймать его кроме внешности не на что. С дежурной улыбкой трикстер положил перед Бартоном и его дамой меню и торопливо удалился. Выйдя на улицу через черный ход, Локи жадно втянул носом прохладный воздух. Да они, кажется, на него и внимания то не обратили… настолько были поглощены друг другом. Мужчина провел рукой по волосам. За время его пребывания в Нью – Йорке они отросли и теперь доходили практически до лопаток. Может, следует подстричься?.. - Ну, здравствуй, Локи, - в голосе Клинта Бартона звучали стальные нотки. Лучник стоял, скрестив руки на груди и угрюмо глядя на асгардийца. Губы плотно сжаты, брови нахмурены. Однако вся эта напускная суровость вызвали у трикстера лишь кривую ухмылку. - Соколиный глаз… рад тебя видеть. Как же это ты оставил свою девушку одну? И еще, как ты догадался, что это именно я, - слишком поздно в голове мелькнула мысль, что Лафейсон хотел играть в несознанку. Уж очень хотелось подразнить Мстителя. - Я тебя где угодно узнаю. - Да? Право же, я польщен… - Не пытайся играть со мной, Локи, - Клинт подскочил к трикстеру и схватил его за грудки, - думаешь, я не знаю, зачем ты здесь?! Опять строишь козни? Или готовишь новое вторжение, а? - Если бы я готовил новое… мм… восстание, разве бы я стал торчать в этой забегаловке, разнося мороженое? – Лафейсон опустил ресницы, прикусил нижнюю губу, - наверное, нет. Знаешь, я слышал, что любовь лишает разума. А у тебя она отняла логику и сообразительность… - глаза Бартона потемнели, кулак Соколиного глаза с размаху ударил Локи в скулу. Голова мотнулась в сторону, алая вспышка боли на мгновение ослепила трикстера. Ярость, черная, клокочущая, затопила рассудок асгардийца. Сплюнув на асфальт кровь, Локи медленно повернулся к Мстителю. Клинт невольно отшатнулся от мага, увидев как в кислотно – зеленых глазах вспыхивают искры безумия. Локи вложил в удар всю свою силу, всю свою боль и обиду, весь накопившийся гнев. Соколиный глаз отлетел в сторону, зажимая рукой кровоточащий нос. Сжимая кулаки, Лафейсон двинулся на него. Бартон вскочил на ноги и попытался достать асгардийца хуком справа, бог лукавства уклонился, сделал шаг назад. Крутанувшись, он ударил Соколиного глаза ногой в грудь. Клинт хрипло выдохнул и согнулся от боли, однако удержался на ногах. Он схватил трикстера за щиколотку и резко вывернул. Земля устремилась навстречу наследнику Йотунхейма, удар выбил воздух из его легких и слегка оглушил. Перед глазами все плыло. Жадно хватая ртом воздух, Локи поднялся на колени и, обернувшись, наотмашь, больше наугад, ударил вправо. Приглушенный хрип Мстителя послужил подтверждением тому, что его кулак попал в цель. Вытирая окровавленный рот рукавом, Лафейсон, пошатываясь, поднялся на ноги. Бартон, рыча, бросился на него. - Клинт!! КЛИНТ! – Черная Вдова вцепилась в рубашку Соколиного глаза, - Клинт, хватит! Прекрати! Лучник, сопя как обиженный медвежонок, отступил и опустил руки, не сводя с трикстера испепеляющего взгляда. Локи надменно ухмыльнулся. Голова кружилась, сбитые костяшки пальцев неприятно саднили. Он перевел взгляд на Наташу, буквально повисшую на своем негодующем кавалере, и едва не поперхнулся воздухом. Лицо русской было перемазано мороженым, на щеках алели пятна клубничного джема, а с губ лакомство стекало на подбородок и шею, а оттуда – на полную манящую грудь, прикрытую кружевами платья. Лафейсон сглотнул и поспешно отвел взгляд. - Ну, Локи, - голос Бартона прямо таки сочился презрением, - может, все таки скажешь, что тебе понадобилось на Земле?