А мир вокруг, он - наш

      Она благосклонно склоняет голову, как артистка, вышедшая на бис в десятый раз за вечер. Снисходительным тоном, коим обращаются к глупым детям, приносит свои извинения и поднимается из-за со стола, попутно принимая прощания и прощения случайных зевак. Аделаида беззвучно закрывает за собой дверь в столовую, компенсируя могильную тишину, укутавшую замок, звонким цокотом высоких каблуков. Она специально шагает медленно и размеренно, наслаждаясь негромким эховым резонансом огромного количества коридоров. Она непринужденно кивает охране при входе в покои и заходит в открытые двери. Скидывает с себя ношу в виде туфель и платья, заворачиваясь в неприветливый холод ноября, как в плед. Она заходит на мраморный мини-балкон, смотрит вдаль, пытаясь разглядеть то, что за горизонтом. Она рассчитывает на сегодняшнюю ночь, как вся династия рассчитывает на нее...

Рейс "Аделаида - Вечность" объявляет посадку.

      Аделаида опускается на пол - ниже своей гордости. Она смотрит на школу своих сверстников и находит себя не в силах скрыть улыбку. Ах если бы, ах кабы я была обычным подростком. Ах если бы, ах кабы... Аделаида свешивает ноги вниз, краем уха ловит божественный шелест старых кленов. Она раскидывает руки в стороны, подражая длиннокрылой птице. Эдли остро чувствует нехватку воздуха, хотя дышит полной грудью. Змея обвивает ее кольцами и сжимает, сжимает, сжимает девочку до самой смерти. Уже и не отличишь, где змея, а где Аделаида: монстр крепко-накрепко вцепился в ранимую душу своими острыми зубами. Змеюка нетерпеливо бьет хвостом по ребрам Эдли. Та отмахивается и скручивается калачиком, забирая себе сморозь мрамора. Девчонка все еще держит глаза широко распахнутыми, осматривая все и ничего невидящим взглядом. Она вспоминает: сначала одно, потом другое. Она пытается прогнать неприятное, чтобы было место для хорошего. Но на некоторых мыслях есть клей. Аделаида лежит на полу, в мавзолее собственных мыслей. Аделаида крадет у воздуха несколько жизненно важных поцелуев. Клетка не растет, в отличие от девочки, но парадоксально укрепляется с каждой попыткой сбежать. Эдли встает. Эдли перегибается через перила балкона. Она прогибается под невыносимой легкостью бытия. Она падает, но не вниз. Она летит. Легко и безмятежно. И нет больше клетки. Потому что клетка - это мы. А мир вокруг, он - наш.