Проклятие предтеч

— Вперед! — скомандовал Коннор, закидывая мешок на спину. — И быстро, шевели… Чем там женщины могут шевелить вообще, — уже тише, но зло добавил могавк. — Почему быстро? — Хизер была зла то ли на себя, то ли на труп, то ли на раскомандовавшегося индейца. — Вот почему. Радунхагейду грохнул лампу о стену, и вонючая горючая жидкость, выплеснувшись, подпалила отвергнутые бумаги, кучей сваленные на полу. Пламя весело кинулось пожирать предложенное, перебираясь на деревянные опоры. — Ты спятил?! — ужаснулась девушка, содрала туфли и бросилась за поспешно уходящим ассасином. — Тут же… Это же… Ты вообще слышал про культурные ценности?! — Мир это переживет. Взлетев по лестнице, Хизер завертела головой в поисках окна: оно было высоковато, и нужно было постараться, чтобы влезть в него, а из лаза уже тянуло дымом. — Лезь! — приказал Коннор. — Мне не допрыгнуть! — Хизер демонстративно подняла руки и попрыгав, показала, сколько осталось до проема. — Зараза! — Коннор бросил мешок и подхватил девушку под колени. — Лезь! — Мама! — вякнула Хизер, с трудом подтянулась и выпала с другой стороны окна. — Тут что, везде сено? — пробормотала послушница, вылезая из невесть откуда взявшегося корма для лошадей. По голове ударило что-то пыльное и тяжелое. Кажется, это прилетел мешок. — Чтоб тебя! — в ярости крикнула она, вылезая из сушеной травы. И вовремя — прилетел Коннор. — Бежим. Тут будет жарко, — пообещал он, подхватил мешок и требовательно уставился на девушку. — В этом?! — Хизер продемонстрировала туфли. — Да я в них хожу с трудом! — Тогда заткнись! — прорычал ассасин и перекинул мешок на другое плечо, освободив место для ученицы — это она поняла, когда с высоты роста Коннора смотрела на выбегающих из здания людей, болтаясь, словно оленья туша. — Дальше сама, — спустил послушницу на землю тяжело дышащий Радунхагейду. — Это замечательно. На тебе сильно укачивает. Побледневшая Хизер трясущимися руками нацепила обувь и, покачиваясь, побрела следом за индейцем. Так, в предгрозовом молчании, они добрались до корабля. Там их уже дожидался Фолкнер, нетерпеливо расхаживающий взад-вперед около трапа. — Успех? — старпом взволнованно ожидал ответ. — Как обычно, — Коннор тряхнул мешком. — Отчаливай. Меня не беспокоить, — и, недовольно щурясь, сразу направился в каюту и грохнул дверью так, что перепугал стоящих поблизости матросов. Хизер не удержалась и показала ему вслед язык. — Ты как? — Роберт помог Хизер подняться на корабль. — Выглядишь паршиво. Я сразу же ушел, как ты подала сигнал, так что хотелось бы знать продолжение. Видать, что-то пошло не по плану? — Да, Коннор. Да и не каждый день на тебе убивают потенциального насильника, — проворчала девушка. Обида сдавливала грудь, а может, это все проклятое платье? — Даже так? — покачал головой Фолкнер. — Но, кажется, все обошлось? Вроде бы ты… В обычном настроении. — О да, обошлось, — подтвердила Хизер, выдирая шпильки из прически. — Слушай, тут такой вопрос, приватного характера… — Постараюсь посодействовать, — заботливо помог пройтись по палубе старпом. — Развяжи этот чертов корсет! — девушке было уже наплевать на приличия — койка казалась лучшей наградой. Фолкнер усмехнулся: — А что не капитан? — А как думаешь, стоит его хоть о чем-то сейчас просить, чтоб это самое что-то не оказалось у тебя в заднице? — Хизер зло сорвала ленту с волос. — Ему бы пересмотреть или свой лексикон и яснее выражаться, или перестать воспринимать некоторые вещи близко к сердцу! — Я думаю, что не стоит подливать масла в огонь. Вряд ли тебе еще понадобится этот корсет, а со шнурком прекрасно справится любой нож, поверь уж моему опыту. Не думаю, что кэп обрадуется, увидев тебя в моем обществе в своей же каюте, — Фолкнер кашлянул, и сложив руки за спиной, с энтузиазмом разглядывая чайку, севшую на борт. — Кажется, я перестала понимать мужскую логику. Но спасибо за отличную идею, с радостью распотрошу эту мерзость! — Хизер зло дернула дверь на себя и нарочито шумно ввалилась в свою каморку. В соседней же было нарочито тихо. *** — «Аквила» — дом родной, — проснувшись, констатировала Хизер, глядя в уже досконально изученный деревянный потолок. Настроение девушки слегка улучшилось, хотя ответы на некоторые вопросы сильно хотелось услышать от того, кто затеял эпопею с поджиганием схрона. Никто Хизер не будил ни на завтрак, ни на обед, ибо еда — это дело сугубо добровольное. Выбравшись на палубу, продирая заспанные глаза, девушка ожидала увидеть как минимум Бостон, ну или хотя бы знакомый островок. — Ну? И куда нас несет судьба на этот раз? — поинтересовалась она у Фолкнера, привычно стоявшего на своем излюбленном месте, недалеко от штурвала. Коннора подменял один из матросов. — Домой, — пожал плечами Роберт. — Кажется, наш кэп что-то еще удумал. — Это его нормальное состояние, — отмахнулась девушка, — особенно после удачно проведенной операции. — Кажется, он не считает ее таковой, — заметил Фолкнер. — Он не рассказал, что там произошло, как бывает в случае как раз-таки удачи. — Странно… — Хизер тяжело вздохнула, а внутри вновь шевельнулась обида и непонимание. — Я старалась, как могла. Точнее, из шкуры вон лезла. — Знаю, частично видел, — моряк кивнул и скосил взгляд за борт. — Думаю, вам просто стоит все обсудить, чтобы не было… недомолвок. — Поговорить с вулканом накануне извержения, чтобы он не булькал? О да, конечно, — смешок получился на редкость ядовитым. — Вот как решу, что жизнь обрыдла… — Смотри сама, — Фолкнер кашлянул в кулак и огладил бороду. — Скажу только, что тяжело в учении — легко в бою. — В первом своем бою я случайно грохнула пирата и провалялась под ним около получаса, — напомнила девушка, — и тело не было легким. Ну ладно, в Дэвенпорт, так в Дэвенпорт. Тем более что планов у меня — громадье. — Хизер снова смачно зевнула. — Жрать хочу. — И это говорит вчерашняя леди? — хохотнул старпом. — Это говорит вчерашняя лядь и голодный желудок учащегося, — оправдалась послушница братства. Посмеиваясь, Фолкнер посоветовал обратиться к коку: у того всегда было что пожевать. Как минимум галеты в достатке водились на камбузе. Жуя на ходу, Хизер зашла в каюту и прошла туда, где царили завалы. Услышав невнятное ворчание, девушка осторожно привстала на цыпочки, заглядывая за ворох бумаг, скрывающих место за столом, где скрывался ассассин. — Есть что новенькое? Не зря хоть мучилась? — Кто? Ты? — с недоверием взглянул на нее Радунхагейду, — Не заметил мучений. — Вновь зашелестели листы. — Сам бы попробовал ходить на каблуках! — Хизер с хрустом откусила еще один кусок галеты. Сердитое сопение капитана в ответ было весьма выразительным: кажется, действительно не пробовал, что не могло не радовать. — Так что там? — Отчеты за то время, что провел в наших краях Хэйтем, — красноречие и приветливость индейца било ключом. — Они со своей шайкой тут все перерыли. — И что откопали в итоге? — Хизер оперлась о край стола, с интересом глядя на пожелтевшие, исписанные докладами листы. — Ничего особенного. Сплошные неудачи. И ни слова про остров, — Коннор отложил бумагу и потер переносицу, устало глядя в сторону. — Ты вообще спать-то ложился? — поинтересовалась девушка, снова вгрызаясь в свой нехитрый завтрак. — Нет. — Сон для слабаков? Или ты еще зеленых человечков в трико не видел? — глумливость так и лезла изо всех щелей. — Что? — Коннор понял, что теряет нить разговора, и уставился на нарушительницу спокойствия и душевного равновесия. — Каких еще… Что ты тут вообще делаешь?! — взорвался он. — Как что? Галету жую. Хочешь куснуть? — невинно предложила Хизер. — Пошла вон! — возмущенно указал на дверь индеец. — Это что еще за фривольности? — Грубиян, — девушка и не думала подчиниться приказу. — Я вообще-то пришла отношения выяснять. Мне Фолкнер посоветовал, а у него опыт ого-го, он сам сказал. — С ним про его опыт я поговорю отдельно, — пригрозил ассасин. — Что еще выяснять вздумала? — Ну, нам с Робертом показалось, что ты недоволен вчерашним спектаклем, — Хизер нагло села на угол стола. — Во избежание повторов хотелось бы установить причины недовольства, капитан. — Дожили! — треснул кулаком по столу Коннор, едва не опрокинув чернильницу. — Хорошо. Неоправданный риск — это достаточно для моего негодования? Тебя просили его отвлекать, а не… — он набрал воздуха в легкие и крутанул рукой перед собой, подыскивая нужное слово. — А не ложиться под него, — закончила фразу ученица. — А ты при обсуждении не говорил, какими методами нужно было отвлекать подонка. Я его отвлекла? Отвлекла. Еще ка-а-ак отвлекла: он даже не услышал, как ты сзади подошел! — Хизер усилила "еще как" размашистым жестом. — Если бы я не подошел, то Вюрст там бы тебя и... И... ! — возмущенно чиркнул оттопыренным большим пальцем по горлу ассасин. Вот зараза. Сместил таки акценты. — Не факт, — пожала плечами пошедшая в несознанку девица. — У меня было, чем защититься. Я почти до шпильки дотянулась. — Да как же, дотянулась! Видел я это "дотянулась". Что ж тогда терпела?! — Коннор откинулся на спинку стула, возмущенно глядя на собеседницу. — А может, мне понравилось, — хмыкнула она, но тут же улыбка сползла с губ: в глазах Коннора не то что хорошего ничего не появилось, но и доброго не осталось. — Каюсь, перебор. Шутка не удалась. Процесс был прерван вовремя и очень закономерно. — Да уж. — Хорошо. Клянусь блюсти себя на заданиях! Уже блюду, — девушка тяжело вздохнула. — Раз учитель недоволен, учту. Прости. — Взгляд ассасина несколько смягчился и обрел ироничность. — А вне заданий? — подмигнула Хизер. — Дай сюда! — Коннор, резко подавшись вперед, отобрал остаток галеты и смачно захрустел. — Кажется, я пропустил обед. — Пойдем, великий мастер, пока кок добрый, — Хизер соскочила со стола. — Капитан капитаном, а кока на кухне еще никто победить не смог. Сам Сигал так сказал. — Кто «сигал»? — Радунхагейду поднялся со стула, уже отчаявшись понять взбалмошную девушку из будущего. — Не «кто», а «куда». На камбуз — и в койку, каждый в свою для твоего спокойствия, — девушка, торжествуя, вышла из помещения. — Вообще-то тут я командую, — напомнил Коннор, смиряясь и закатывая глаза к небу, тем не менее следуя за ней. — И что? Твои действия будут отличаться от предложенного плана? — поинтересовалась нахалка. — План утверждаю. Только умолкни, женщина, — попросил ассасин. — Я уже сам себя не слышу.