Просто оставь меня в покое.

Окно было открыто нараспашку и в комнате стоял холод. Юу, только проснувшийся, сразу же полез к банке с таблетками на тумбочке, но не рассчитал и, задев рукой, уронил ее на пол. Таблетки разлетелись во все стороны: под кровать, тумбочку, некоторые отлетели даже на метр. Слабой худощавой рукой он стал разыскивать сигареты. В последнее время от нервов Юу начал курить еще больше, выкуривая чуть ли не по пачке в день. Ему было просто плевать на свое здоровье. Сигареты заменили ему все: еду, воздух, чувства. Нащупав очередную пачку и зажигалку, он встал, подошел к окну и закурил, вдыхая невыносимый, но уже до тошноты нужный дым. Его волосы развевал ветер с улицы, пронзавший своим холодом насквозь. Вид у Юу был не самым лучшим: бледный, худой, с большими мешками под глазами из-за бессонницы. Одежда буквально висела на нем, а черные кофта и джинсы делали его еще более худым. Закончив, Юу неуверенными шагами пошел на кухню. По ней были разбросаны кучи бутылок: от обычных газировок до крепких напитков. Одни были совершенно пустыми, другие же еще были не до конца выпиты, но уже валялись за ненадобностью. Пошарив в холодильнике, Юу все же нашел более-менее приличное яблоко для перекуса. Сил не хватало дойти до стула, поэтому он сразу сел на пол, упершись спиной о холодильник. Крутя в руке несчастное яблоко, Юу вспомнил, что сегодня праздник. Но с кем встречать Новый Год? У Койю наверняка своих забот хватает. После того раза он не пытался звонить, не приезжал, не ломал эту дверь снова и снова. А, собственно, кому он мог сдаться? Ненужный, брошенный, как дворняжка, никчемный. В его возрасте люди добиваются многого, а Юу? Юу просто сидит, думая о своей же никчемности, даже не предполагая, что ждет его в будущем. Да и наплевать на это будущее так же, как и на все остальное. *** - Койю, сходи за продуктами, - сказал Акира. - Почему именно я? - Потому что я играю. Ты что, не видишь? - Да, действительно. Это нельзя не заметить. Койю подошел к Акире, который в это время убивал всех в еще одной игрушке на приставке. Вокруг него валялись несколько бутылок энергетиков и куча упаковок его любимой шоколадки, напоминающие о бурно проведенной ночи в обнимку с приставкой. - Может, ты хотя бы приберешься? - Нет. Ты что, не видишь, что я должен замочить того и того, и вообще всех? Койю понял, что дальше лучше не продолжать разговор нет смысла, потому что все будет сводиться к одному результату. Собрав все банки в один пакет, Койю надел свое пальто и поспешил на улицу. Нужно было успеть сделать столько, а времени так мало, что он даже пожалел, что в сутках так мало часов. - Как так-то?! – сказал Койю, проходя мимо очередного продуктового магазина. – Не могут же они так рано закрыться. Проходя мимо одного поворота, Койю остановился. Он вспомнил, что этот поворот ведет к дому Юу, и навестить его сейчас было самым лучшим, что только мог придумать Койю. Повернув, он прошел несколько высоких домов и дошел до нужного. Дверь подъезда, как всегда, была открыта, и зайти не стоило труда. Поднявшись на нужный этаж, он нашел нужную дверь и вспомнил свое прошлое пребывание здесь. Все было в точности, как сейчас. Поднялся – увидел – начал стучать и звать Юу. Только сейчас он уже не будет ломать и крушить в надежде, что хоть кто-то отзовется. Он позвонил один раз, но никто не вышел. Второй – результат тот же самый. Опустошенный, он покинул этот дом, даже не пытаясь позвонить или сделать что-то еще. Если Юу не хотел открывать тогда и сейчас, значит, на то есть причины. Вернувшись домой с продуктами, которые он еле нашел, Койю сразу же плюхнулся на диван. Акира, отстранившись от игр, спросил: - Эй, с тобой все хорошо? Но Койю словно и не заметил этого вопроса. Он желал одного – чтобы с Юу ничего не случилось. Сейчас он переживал за него особенно много, предчувствуя что-то плохое. При каждом воспоминании о Юу, по нему проходила дрожь, а в груди возникало нечто особенное, нечто, непонятное ему. Разве это можно назвать любовью? Разве, когда любишь, от этого страдают оба? Это не то, что он мог бы назвать любовью. Скорее всего, лишь небольшая привязанность, как к другу. - Эй! – уже крикнул Акира, заставляя Койю выйти из своих мыслей. - А… Что? Ты что-то сказал? - Ты выглядишь не особо хорошо. Ты ходил еще куда-то помимо магазина, я прав? - вид у Акиры был такой, что ему только не хватало формы полицейского, и тогда можно было бы проводить полный допрос. В ответ Койю лишь что-то промычал и решил уйти на кухню готовить праздничный ужин. *** Юу решил сегодня не просиживать весь день дома, поэтому уже сейчас он ходил между всяких улочек, вдыхая свежий морозный воздух и смотря на проходящих парочек. Последнее заставило его вновь вспомнить все, что он хотел забыть. А ведь он бы тоже мог вот так же ходить вместе с Койю и выбирать друг другу подарки, смеяться. Все могло бы быть, не скажи бы тот тогда «нет». Но сейчас остается лишь с душевной болью все вспоминать и проглатывать, словно так должно быть. Юу окинул взором близ стоящие высотки: снизу они казались такими большими, а стой ты, например, на крыше, то люди, кажущиеся здесь высокими, будут выглядеть как муравьи. Он направился в одну из высоток, чтобы подняться на крышу. Все входы: и в подъезд, и на крышу - оказались открытыми, чему Юу был удивленно рад. На крыше был просто восхитительный пейзаж: вблизи стояли почти такие же высотки, снизу копошились люди, проводя последний день года как последний день своей жизни. - Всем сейчас весело. Койю, надеюсь, и тебе сейчас весело. Достав из кармана телефона, он поковырялся в нем и стал ждать. Юу просто стоял, разглядывая вид, раскинувшийся перед ним. Не каждый день увидишь такую красоту. Но, отстранившись от сего действия, он подошел к концу крыши и стал рассчитывать примерное расстояние, на которой он сейчас находился. Достав и проверив телефон, он перелез оградку на крыше. «Что ты делаешь?» В голове послышался голос Койю. Такой родной и такой ранимый. - Я лишь хочу сделать тебя счастливее. «Но разве от твоей смерти я стану счастливее?» - Я не знаю. Ты ведь всего лишь голос в моей голове. Ты не можешь мне указывать. «И все же, тебе это сильно нужно?» - Я просто не вижу другого выхода. Кому я сдался, если даже ты отвергаешь меня? Я всего лишь хотел любить, но ты даже не дал мне шанса. Ты считаешь мою любовь чем-то неправильным. Что я могу еще сделать? Даже если я умру, никто не заметит моей смерти. Лишь СМИ напишут об очередном суициднике, которого забудут на следующий день. Если бы ты тогда сказал, что тоже любишь меня, я стал бы намного счастливее. По щекам стали стекать слезы от собственных слов. Закрыв глаза, он отпустил руки и полетел вниз, перевернувшись спиной к земле. Последние его мысли занимал лишь Койю. О другом он и не смел думать. Ему было хорошо. Юу летел, словно птица, ощущая свободу. Кто мог подумать, что именно сегодня и именно так закончится его жизнь? *** - Койю!!! – Акира позвал своего друга, будто его резали острым ножом по одной из чувствительных частей тела. - Что такое? – лениво произнес Койю, который уже принарядился для праздника, хотя до него еще оставалось несколько часов, зайдя в комнату, где находился Акира. Быстрым шагом Акира схватил его за локоть и повел к телевизору. По тому шли новости с пометкой «срочно». - Сегодня на одной из главных улиц с крыши одной из высоток прыгнул молодой человек, - говорила женщина из прямого эфира. - Как сообщается, очевидцы видели, как он долго стоял за перегородкой, а потом неожиданно отпустил руки. К сожалению, такие случаи в праздники не редкость… Дальше Койю просто не стал слушать. На одном из кадров он увидел, как из-под белого покрывала, скрывающего окровавленное тело, вылезло несколько черных прядей и одна светлая. Эту прядь он мог узнать из тысячи. Парализованный, Койю все еще сидел и не знал, что предпринять. Данная ситуация привела его в шок. Юу не мог так поступить. Просто не мог. Он не один из таких, кто просто так решат покончить с собой. Он мог бы сначала позвонить или что-то еще. Тут Койю вспомнил про свой телефон, валявшийся среди кучи ненужных предметов на столе. Целый день он не пользовался им, а сейчас, возможно, от него зависела жизнь важного ему человека. Мигом преодолев расстояние, он стал разбрасывать вещи в разные стороны, пытаясь найти телефон. - Вот он! – вскрикнул он. На экране светилось оповещение о сообщении. «Ты любишь меня?» Сейчас на эти слова он готов был кричать «да» хоть тысячу раз, но все было бы впустую. Мертвые уже не слышат. Швырнув телефон со злости на самого себя в стенку, он тяжело дышал. Ради Юу он уже готов был построить машину времени, чтобы отговорить того от собственной смерти. Он готов сделать все ради него, как и он, преодолевая себя, делал все возможное для Койю. Почему нельзя вернуть все назад? Почему нельзя вернуться вновь в тот парк и сказать «да»? Некоторые решения способствуют радости для одних, но становятся железной обузой для других. Пытаясь сделать счастливее себя, Койю совсем позабыл о чувствах Юу. Он ведь тоже человек. Был им. Сейчас Койю чуть ли не рвал на себе волосы, но Акира останавливал его, предлагая запить все это сакэ. - Я дурак? – спросил Койю. - Еще какой. Я говорил тебе, что нужно было с ним быть, а ты нет да нет. Противно ему, видите ли, было. Теперь мучайся самому, успокаивая тебя. «Можно я просто забуду все? Все, что было. Всю эту жизнь, чтобы никому не было плохо. В особенности Юу. Он не заслуживал такой смерти. Тем более в таком раннем возрасте. Он ведь мог просто оставить все так, как есть. Почему он не остался дома именно сегодня? Почему ему нужно было выйти на улицу именно сегодня? Я мог бы ему помочь. Это я виноват, мелкий эгоистичный дурак, думающий лишь о своем благе». *** - Койю, а ты веришь в любовь с первого взгляда? - В смысле? - Ну, тебе приходилось только увидеть человека и понять, что это тот, кто тебе нужен? - Нет, не приходилось. Я даже не верю в такую любовь. Понравится может внешность, но полюбить искренне можно только душу. - А это больно, любить? - Я не знаю. В моей жизни еще не было такой любви. - А если она будет? В будущем. - Любить всегда и больно, и радостно, Юу. Ты не можешь угадать, что твой партнер преподнесет в очередной раз, будь то плохая или же, наоборот, хорошая новость. Но любить приятно, а особенно приятно, когда любят тебя.