Капли крови на черной вуали

      –Хэй, Джерард.Джерард, мать твою, очнись!–Тейлор пыталась растрясти своего задумчивого друга,–У нас мало времени.       –А, ну да, пойдем.        Они пытались идти тихо, и, на самом деле, это оказалось легко. Всегда, каждую ночь какой-нибудь безумец будет кричать, смеяться или биться о стены, заглушая шаги. А всем санитарам и охранникам давно наплевать на психов. Ко всему привыкаешь.       Немногочисленные камеры наблюдения были только у главного входа и в карцере. Охрана изредка бросала взгляд на экраны, чтобы у начальства был хоть какой-то повод платить им деньги.       –Стрит! Да! Можешь свои карты даже не смотреть, неудачник.–злорадостно ликуя, сказал один.       –Не спеши с выводами. У меня роял.—усмехнулся второй.        Первый громко выругался. Он снял свои фальшивые часы с руки и небрежно бросил на стол, обижено отойдя к экранам наблюдения.        –Ну, что, еще раз? Не хочешь отыграться?-спросил охранник с язвительной улыбкой.       –Кажется, не в этот раз.–напряженным голосом произнесен ответ.        Одна из камер показывала открытую дверь карцера и лужу крови.        Включилась сирена. Еще не разбитые красные огни начали мигать. Некоторые особо буйные психи начали орать и метаться. Джерард поспешно и нервозно открывал дверь палаты Энди и в голос матерился.       Когда он разобрался с замком, он резко отворил дверь.       –Джи?–ошеломленно спросил парень,–Но как?       –Все потом. Нет времени.        Уже втроем они сорвались с места и побежали в кабинет психиатра. Там оказалось единственное окно без решеток.        Этот врач часто проводил ночи на работе, в своем кабинете. Бетонные четыре стены, которые все равно пропускали крики психов, стали его личной зоной комфорта. Он ходил по кабинету, покуривая и думая о чем-то и время от времени просматривая дела больных. Его привычкой стала чистка револьвера каждую ночь. Это все с тех пор, как в его кабинет ворвался один буйный. Хотел сбежать. Из этого револьвера его застрелили. Теперь приходится быть на чеку.       Когда тревога отвлекла его от мыслей, он решил остаться в кабинете и ждать. Опасаясь за свою никчемную жизнь, психиатр дрожащей рукой достал револьвер.       Спасение близко. Буквально один коридор до свободы. Уже чувствуется более менее свежий воздух, а не духота камеры. Единственный свет в коридоре исходил из кабинета, дверь в котрый была неплотно закрыта. Запутаться было невозможно, поэтому никто не думал и не решал куда бежать. На бегу распахнув дверь, Ди вбежал в комнату.       –Не двигайтесь!–закричал врач с полными страха глазами,–или я выстрелю!        Бирсак поднял руки и медленно стал подходить к окну.       –Слушай, давай мы просто уйдем от сюда, будто нас здесь и не было. И ты целым останешься,-четко проговаривал слова Энди.        Психиатр нервно усмехнулся:        –Господи... Я веду переговоры с психами!        Прогремел выстрел. Второй. Третий. Энди упал на пол, отхаркивая кровь. Доктор открыл глаза и посмотрел на умирающее тело. На свои руки. Бордовая лужа растеклась по полу и коснулась ног Тейлор. Никто не понимал, что только что произошло. Не осознавал. Отказывался принимать. Джерард вдруг сорвался с места и направился к убийце. Тот дрожащими руками навел револьвер, но Уэй яростно выбил его из слабых рук и стал наносить удары по трясущемуся телу жалкого труса. Он кричал от боли, поначалу. Но потом у него не было ни воздуха в легких, ни сил, что бы издать хоть звук. А Джерард не мог остановиться. Ярость приходила равномерными порциями, вместе с осознанием смерти и горечи событий. Жажда мести заглушила жажду свободы. Он уже не слышал и не чувствовал ничего. Кроме ярости и боли.       Тейлор, все это время просидевшая рядом с Энди, вдруг опомнилась. Она схватила Уэя за плечо.       –Джерард!        Он просто скинул руку с плеча и продолжал бить. Тогда она ударила его.       –Тейлор! Какого черта! Беги!       –Беги со мной!       –Они отвлекутся на меня, беги!        Он толкнул ее к окну, а сам повернулся к избитому трупу у стены. Тейлор еще раз схватила его, но Джерард вырвался и снова толкнул. Тей выпала. Небольшая высота здания обеспечила жизнь, однако падение этот факт не смягчил. После падения в глазах девушки помутнело. Черные круги плавали перед глазами, сознание грозилось оставить это тело. Но кое-как поднявшись, в состоянии шока Момсен дошла до забора. Она обернулась.        Джерарду пустили пулю в голову. Кровь брызнула на стены и лица тех ублюдков. Они стреляли еще и еще, проделывая дырки в очередном трупе. Даже из далека было видно, что им это нравилось. Безумно нравилось.       Когда она перелезла через забор, она не смогла сдержать слез. Она бежала. Подальше отсюда. От места, в котором потеряла все. Рядом свистели редкие пули и ветер. Только сейчас она поняла, что это не могло продолжаться вечно. Они выживали множество раз. Вместе и по одиночке. Они могли умереть тогда. Но умерли именно сейчас. Когда уже поверили в то, что все возможно. Поверили, что смогут убегать и спасаться вечно. Так больше не могло продолжаться. И они все умерли там. Все.