Эволюция занпакто. Разрывая бессмертие.

      Тонкое лезвие со странным звуком разрезало воздух, которым дышали двое — Урахара решил не беспокоить товарищей. Блондинка уверенно смотрела на противника, даже ухмылялась, замечая, как тот разошёлся. Бывший временный шинигами хоть и выглядел очень плохо: красные глаза из-за лопнувших сосудов не желали проходить, сердце не могло успокоиться, а легкие никак не вспоминали привычный ритм дыхания, но парень был уверен в каждом своём движении, хоть жаркий тяжелый воздух был слишком губительным.       — Может тебе хоть водички выпить? — спросила Хиёри, наблюдая, как рыжий делает к ней шаг. Она думала, ударит, но за ним без ответа следует второй, третий. С четвертым шажком парень слишком медленно замахивается мечом для удара, но блондинка его блокирует и отталкивает оппонента, который на отчего-то ватных ногах пятится по инерции назад. — Тогда соберись, идиот!       Этот вопль немного подействовал на него, и Куросаки собрался: плавно полукругом отвел правую ногу назад, поднял катану так, что рукоять была на уровне подбородка, и, сделав пару широких шагов с разворотом, быстро направил меч на девушку, которая вновь отразила удар. Только вот в этот раз парень действительно сосредоточился и начал серьезную серию атак. Его катана нападала с достаточной скоростью с разных сторон, чтоб не давать ударить блондинке. Однако, Саругаки была этим недовольна, так и мальчики лет десяти после пяти занятий бить могут.       Выдержав пять секунд, она резко втянула воздух носом и пронесла меч прямо над головой у еле увернувшегося рыжего. Тот отпрыгнул на пару шагов, пошатался на месте, но вновь поднял катану, чуть наклонил её в сторону Хиёри и атаковал три раза под таким наклоном. Затем, заметив безрезультатность своих действий, сделал шаг назад и, разворачиваясь, блокировал ее резкие удары, пытаясь хоть как-то обдумать ситуацию. Блондинка ощутимо разозлилась, поэтому уворачиваться становилось труднее, а на любые соображения времени не было. В одну секунду она чуть не снесла ему голову с плеч, и это был тот самый, нужный момент.       Продолжая битву «на автомате», парень медленно и плавно начал проникать во внутренний мир, являющий собой ныне лишь черную угольную пустоту. Он словно издали видел исчезающую картину того, как его тело спокойно уклоняется от ударов и атакует, но не чувствовал этого. Его сознание, которое сейчас словно погружалось в воду, давало хоть маленький, но шанс на то, что не все потеряно. Больше не ощущались краски центровой высотки, не было уже и неба, зависимого от настроения, только лишь не уходила паранойя, подсказывающая ему следить за любым изменением реяцу и не выпускать меч из рук.       Действительно, спустя пару секунд чья-то мощная атака подобралась к рыжему и оттолкнула его с места. Это было не больно, так как они, как ему и показалось в начале, находились в какой-то жидкой субстанции, воде. В воздухе нужды почему-то не было, но парня удручало больше то, что он ничего, кроме себя, не видел. Его тело излучало слабое свечение, в то время как невидимый на тёмном фоне противник имел идеальную маскировку, ведь еще тогда, когда впервые Зангецу и Хичиго начинали изменяться, они были покрыты черными бинтами.       Волна сильной реяцу вновь прошлась по телу рыжего, опять отталкивая его на некоторое расстояние. Вдруг вкралась мысль о времени. Ведь он почему-то не знает, не представляет сколько уже минут прошло с того момента, как он начал погружаться. При первой попытке сосредоточиться и посмотреть, что происходит вне его мира, острое лезвие пронеслось прямо перед закрытыми глазами. Он не видел меча, лишь чувствовал, как субстанция, в которой он находится, будто бы рассекается и двумя тонкими потоками бьет в лицо.       Прозвучало гадкое шипение — Хичиго был где-то рядом, подкрадывался к своей добыче, и давал о себе знать, запугивая в этой тишине. Рыжий, уже сконцентрировавшийся на выходе, резко открыл глаза, в которых плескалась багровая ярость, и принял вертикальное положение, перехватив катану уверенней острием вниз. Тут же пустота начала отодвигаться волнами от того места, где находился парень. На краю этого поля битвы по разные стороны от Куросаки оказались две черные тени. Теперь они походили на людей лишь расплывающимся туманным силуэтом. Наиболее тощий противник резко исчез в шунпо, появился прямо перед носом отпрянувшего тут же парня и быстро рассек воздух мечом сверху вниз. Сделав еще два шага черный оппонент повторил попытку атаковать, но парень, бывший временный шинигами, вновь отступил, хотя катана чуть было не задела его бок. Рванув край футболки на себя, так, чтоб рыжий потерял равновесие, враг вновь ударил мечом воздух, но Ичиго даже не попытался выровняться, а сильнее наклонился к земле, почти упал, уворачиваясь.       Снова послышалось шипение. Теперь из поля зрения исчез и второй оппонент, ранее стоявший смирно. Зангецу. Он ожидаемо появился с другого бока и занес свой меч для удара, только в этот момент глаза из-за какого-то шестого чувства рефлекторно метнулись в сторону уже поднявшегося и рванувшего на него внутреннего Пустого. Вдруг руку, явно не от удара кого-то из врагов, пронзила боль, и обе черные летящие на него тени растворилась, словно дым.       Когда в мгновение сознание вернулось в реальность, парень удивленно посмотрел на блондинку, которая взволнованно пялилась в ответ. Хиёри опомнилась от увиденного первой и, оторвав от своей футболки кусок, стала перевязывать длинную, неглубокую царапину, которую она оставила на руке рыжего.       — Что это было? Твоя реяцу… — спросила Саругаки, помогая подняться товарищу, — она вновь появилась, но как-то не так.       Блондинка стала свидетелем странного процесса: сила Куросаки начала обволакивать его, испуская ленты и превращаясь в кокон, но не стесняя движений, так как парень все равно атаковал. Когда девушка попыталась ударить рыжего, обретшего силу, то в нее, отцепляясь от его тела полетел полумесяц черной энергии с красноватым свечением Гецуги. А затем реяцу Ичиго стала слишком нестабильной, и Хиёри решила-таки его отрезвить, ранив в руку.       — Не важно. Мне нужно еще раз туда, — прохрипел он. Как ни странно, но сошедшие после возвращения сознания бинты значимо подлечили тело. Глаза, по крайней мере, восстановились. Блондинка все же принесла ему воды и поставила на ноги. А парень как раз вспомнил донимающий его во внутреннем мире вопрос. — Сколько меня не было?       — Восемь минут, — ответила вайзард, достав мобильник из штанов и глянув на время.       — Реяцу была маленькой или…       — Огромной, — перебила блондинка парня, отходя на два шага. Она посмотрела на него с подозрением, а потом начала наступать. — И это была необычная сила. Не банкай, не шикай, не маска. Что за херня, Куросаки?!       — Я не знаю! — отчаянно рявкнул все еще ослабленный рыжий, когда девушка взяла его двумя руками за воротник футболки и откинула на землю. Реяцу вновь стала нестабильными волнами захлестывать разум.       — Я… Ты уверен, что тебе это надо? В смысле, я видела твоих друзей, видела эту Рукию. Они могут за себя постоять, — блондинка, успокоившись, вновь подала парню руку и подняла на ноги. Обращалась, как с игрушкой. Только сейчас Ичиго сфокусировал взгляд на мече, который он держал в руке. Лезвие было покрыто парой царапин, которых ранее не было, а рукоять и гарда вполовину увеличились.       — Да, могут. Я часто видел своих друзей. Видел, как все они хоть раз, но проигрывали, как зачастую они не могли ничего сделать, чтоб защитить себя! — ноги перестали трястись, взгляд стал уверенней, и парень, невероятно разозлившись, встал и направил меч на ошарашенную блондинку. — Мне нужна твоя помощь.       — Я помогу, только подумай, есть ли в этом смысл… Я имею ввиду, что Готею надо лишь то, чтобы ты был выведен из «игры» и не вмешивался более в их дела. Когда ты успокоишься, успокоятся и твои живые друзья, не мешая никому из Сообщества Душ, а потом о вас забудут. Разве это не хороший итог? — произнесла Хиёри, только сейчас начиная осознавать, что Синдзи думал не только о себе. Он подумал о Ичиго, но по каким-то своим причинам не стал объясняться, представляя одолеваемого сумбурными мыслями Куросаки самому себе. К блондинке в голову даже забрела шальная мысль, что Хирако тоже где-то в глубине души надеялся, что Ичиго пойдет против Ямамото, но она попыталась её отогнать. А потом над головами двух товарищей под громкие звуки взрыва пошатнулся потолок. — Урахара говорил ни в коем случае не выходить. Если будет плохо, они сами к нам придут. ***       Брюнетка во время боя тихо и настороженно сидела на пороге лавки Киске, где-то внутри которой ходил туда-сюда Тессай. Он уже в пятый раз предложил ей чашечку чая. Почему-то сейчас девушке было спокойнее всего — она не боялась, что не сможет ничего сделать. Она постарается защитить своего друга, а если не получится, тут еще три человека, которые смогут и армию в бегство обратить.       — Кучики-сан, если не хотите чай, давайте я Вам конфету дам? — вышла из лавки маленькая темноволосая Уруру. Она протянула свою крохотную, еще детскую ладошку, в которой лежала большая шоколадная сладость в красивой коричневой обертке. Совсем ребенок. Их даже два, с учетом Дзинты. И как они будут сражаться за нее? Нашла себе защиту в детях. «Замечательно, Рукия. Прелестно, Рукия!». — Не вините себя, Кучики-сан, Вы ему еще пригодитесь. Может не как боевой товарищ, но как хороший друг или как человек, которому он нужен. Вы просто его лицо не видели, когда он каждый раз мчался Вас спасать. Я точно знаю, поверьте, у нас с Дзинтой почти тоже самое: я сильнее него, всегда его защищаю, а он за это никогда не дает мне расслабится и поддерживает, своеобразно, правда, но поддерживает.       Девочка теперь уверенно вложила конфету в руку сидящей девушки, и улыбнулась ей. Страха не было, лишь желание съесть вкусную конфету. Только вот это будет нечестно. Эту обязанность защищать их товарища поручили обеим, значит и сладость надо разделить пополам.       Девочка с улыбкой приняла кусочек конфеты и, поправив длинную цветную юбку, присела рядом. Сейчас трудные времена, нужно поддерживать друг друга. Но Уруру уже сказала, что хотела, а брюнетке не надо ее успокаивать или поддерживать, так что тишина не обременяла этих двух хрупких в душе созданий. Они спокойно смотрели на темное небо, пытаясь уловить хоть что-нибудь, но все, как назло не проявляли никакой активности: вайзарды, видимо, вообще не знали, что Хиёри пришла к Куросаки, Иноуэ же, Чад и Исида, судя по спокойной реяцу, мирно спали, а Абарай где-то дежурил.       Только вот это «где-то» уже полчаса находится в одном здании. У девушки холодок пробежался по коже, как же она могла не заметить раньше. Брюнетка поднялась и сосредоточилась на этой точке. Реяцу знакомого не двигалась, находилась в одном и том же состоянии. Либо он стоит неподвижно, либо его там нет, и это — уловка.       — Кучики-сан. Что-то не так? — спросила девочка, вставая. Вдруг в них полетел какой-то шарик, но Уруру, не задумываясь, отбила его вверх. Пока маленький объект летел ввысь, его железная оболочка разваливалась, а потом, когда она вся отлетела на землю, черное небо взорвал оранжевый огонь. Темноволосая девочка напряглась и осмотрелась. — Я никого не чувствую.       Это явно была разработка Маюри. Как и та не двигающаяся реяцу Абарая. Из магазина выбежал Дзинта и Тессай с каким-то странным оружием наготове. Даже если Ренджи тут, он не один. Прыгнув на крышу лавки, девушка стала оглядываться в поисках красноволосого шинигами. Он оказался поблизости, стоял за углом соседнего здания, держа в руке странный прибор — наверняка подавитель реяцу. Заметив Рукию, он чуть показался из тени, но тут же, в мгновение, ему под ноги прикатился тот железный шарик.       Парень исчез в шунпо за пару секунд до взрыва, снесшего часть здания. Брюнетка в несколько быстрых прыжков добралась до кипящего места и, обжигая руки, подобрала горячие осколки гранаты, быстро закидывая их в кидо-карман. Вновь полетели шарики. У лавки послышались взрывы и громкие названия заклинаний. Урахары, свалившего «по важным делам» сразу же после после того, как он оставил Саругаки и Куросаки вдвоем на полигоне, все еще не было, так что обитателям магазина придется справляться втроем.       Девушка немного отвлеклась, раздумывая о том, куда бы мог деться лавочник, и чуть не заметила, как где-то сбоку вновь появилась пара зловещих разработок. Наблюдая, как железные пластины гранат быстро отслаиваются, Рукия про себя начала отсчет, забыв уйти с того места, совершенно заинтриговавшись этой разработкой. Она уже было досчитала до четырёх, как Абарай схватил её за руку и насильно уволок с того места. И хорошо, ибо на пятый счёт шарик взорвался.       А потом девушка засмотрелась на взрыв. Точнее, на тени от него, выплясывающие на земле или соседних зданиях. На совершенно человеческие тени.       — Отряд тайных операций, — красноволосый кивает. Так вот от кого он скрывался, не от неё, а от них, следящих за ней. Наверное, на это и рассчитывал Маюри, что она засомневается в Ренджи и будет устраивать разборки с ним, пока они будут творить, что захотят. На самом деле задние было для компрометирования их обоих. — Ты знал?       — Предполагал. Быть может капитан повлиял. Не знаю. Они пришли сразу после нас в тот день и сидели тихо до сих пор. Куросаки, дебил, — на этом они закончили, потом договорят. Сейчас нужно думать о том, как бы группу из отряда Сой Фон убрать. Или выкинуть отсюда.       — Как ты об этом узнал, что они пришли сразу после нас? — вдруг спросила брюнетка, только сообразив. — И откуда у тебя эти приборы? Не Маюри же тебе их выдал?       — Не Маюри, Урахара, — совершенно спокойно ответил красноволосый, наблюдая за потасовкой, образовавшейся внизу. — У него какая-то своя игра, сейчас не лучшее время в этом разбираться.       Схватив катану поудобнее Абарай прыгнул в самую гущу, прикрывая Дзинту. Рукия же остановилась подумать и, пригнув спину и согнув колени, она осторожно следила за нежданными гостями. Отряд тайных операций не так прост, да и неизвестно, сколько капитанов сюда прибыло, так что надо было отследить их тактику нападения. Как оказалось, атаковали они не отдельных людей, а всю торговую лавку в целом. Они, видимо, знали об Ичиго.        У людей внизу были настоящие проблемы — непонятно как, но Готей, казалось, переправил сюда полностью один отряд минимум, таким огромным было количество нападавших. Они очень яростно теснили всех сопротивляющихся подальше от лавки, а те, Тессай, Уруру и Дзинта, под таким давлением понемногу отодвигались изо всех сил пытаясь не дать захватчикам пробраться в помещение. Рукия, сообразившая, что надо сделать хоть что-нибудь, приподняла туловище и направила руку на основную часть нападавших, скорректировав угол так, чтоб не попасть в «своих». А затем полностью, от начала и до конца произнесла стихотворение Сокацуя.       В ту же секунда неведомым для находившихся на земле образом половину пришедших шинигами из отряда тайных операций голубое сияние унесло далеко и надолго, а остальных осталось настолько малое по отношению к прошлому количество, что, решив не обращать внимание на столь странный факт, компания Урахары вместе с Абараем продолжили спокойно, не отступая, рубить врагов. Правда, это было не легко, двое из авангарда высвободили шикай, и у них был снят барьер, а у Ренджи силы дозволено было оставить только на пять меносов за ночь. Ну, у Рукии ещё столько же. Особенно бесило то, что точное количество владеющих начальным высвобождением неизвестно. Красноволосый лейтенант шестого отряда всегда просто ненавидел это: как у кого-то из тайников банкай или шикай появляется, так это совершенно секретно, а как у него банкай, так надо растрепать всем всё и по всему Готею, и пусть он его использовал против своего же капитана — если бы всё было честно, то Маюри, как и в случаях всех из второго отряда, смог бы сделать так, чтоб этот факт не распространялся.       Разозлившись от собственных воспоминаний и разгорячившись по поводу несправедливости в этом мире, Абарай, не задумываясь, собрался отражать нападение таких ненавистных ему сейчас шинигами отряда тайных операций особым образом. Он расставил ноги поудобнее, перехватил катану в правую руку и направил лезвие параллельно земле, взывая к Забимару вылить весь свой накопленный гнев на них. В его глазах едва начала плескаться лазурная реяцу, как, ожидаемо, это наваждение прошло. Чтобы убить пять меносов, банкай не нужен. Барьер, основанный на использовании камня секки, из которого сделаны стены сейрейтея и который блокирует всю духовную силу, заблокировал сейчас и его. Наверное, Ренджи сейчас и шикай не призвать, а в это время противники атакуют. Двое, каверзно воспользовавшись замешательством красноволосого шинигами, вместе спланировали и осуществили атаку на их противника. Нет, Абарай успел увернуться в последний момент, не зря же пост лейтенанта занимает, только вот половина его «ананасового» хвоста все равно пала наземь, отрезанная от основной причёски.       — Знаешь, я была не права, прости, — сказала брюнетка, медленно приземлившись рядом с уже закончившим с врагами Ренджи.       — Знаю, — ответил парень, похлопав руками, будто стряхивая что-то, а потом уставшим взглядом посмотрел на количество нападающих, отметив, что их стало куда меньше после сокацуя. Маленькая хрупкая шинигами, котора по общепринятому мнению — великая глупость — считается слабой, только что побила половину отряда тайных операций одним единственным заклинанием. — Вот Сой Фон удивится…       Рукия думала что-нибудь ответить, а Абарай вновь взять в руки меч и пойти в атаку, только никто так ничего сделать не смог: огромные ленты реяцу, исходящие из-под земли, волнами начали качать землю, которая из-за таких манипуляций стала трещать и крошиться, и сквозь эти поистине жуткие и невероятно громкие звуки, лишь один выкрик долетел до ушей девушки: «Рукия-я, что он там творит?»