Рабство - не приговор

— Итак, - представитель правоохранительных органов по работе с несовершеннолетними открыл небольшой блокнотик и Тсуна вздрогнула. — Что же Вы, Савада Тсунаёши, ходили одна по тёмным улицам в столь поздний час? Разве Вас не учили, что это опасно? "Ага, особенно, когда это "опасно" возглавляет Дисциплинарный Комитет твоей школы", — мрачно подумала девочка. — Ну-у-у-у, - шатенка нервно поправила челку и вздохнула. "Хиии! Что же мне делать! Почему он отправляет меня за виски?! Почему у него пистолет?! Что здесь вообще происходит?!" Тсуна была в настоящей панике. Она сидела под дверью комнаты, в которой обитал Занзас, словно озлобленный хищник, и паниковала. Все пошло наперекосяк. Девочка совершенно по-другому представляла себе нового друга. Нане все же удалось уверить дочку, что раб - отличная идея. Что они быстро подружатся и будут весело жить, ходить в одну школу, помогать в магазинчике, в общем - радуга единорогов, а не жизнь. Но реальность оказалась намного суровее. А может пойти к Нане и попросить образумить и направить на "путь истинный"? Нет, ну это уже совсем глупо. А просить купить виски разве не глупо? И то верно. Тсуна вздрогнула — наличие двух противоречивых голосов в голове настораживало. Так и до шизофрении не далеко. Наверное. Она вообще смутно представляла, что это такое. Тогда остается только одно — обман. Это, конечно, не в правилах девочки, но на этот раз другого выхода нету. Она решила пойти в магазин и купить пустую бутылку из-под виски и налить в нее очень сильного чёрного чая. Идея бредовая, ибо только попробовав, Занзас все поймет, но там она уже с импровизирует как-то. Наверное. — Просто мне захотелось персиков, - Савада невинно улыбнулась и покраснела. Не говорить же ему правду, какой бы глупой ложь не казалась. — Хорошо, - мужчина насмешливо хмыкнул. — А каким образом ты оказалась на заброшенном заводе в компании особо опасного человека, который уже второй год в розыске? - следователь приготовился "читать" лицо малышки. Какой бы невинной она не казалась, в подобном положении она оказалась явно неслучайно. Савада громко сглотнула, даже не зная, что сказать. Рассказав правду, она задержится тут еще надолго, ведь никто не поверит в случайность. За тонкой стенкой послышался громкий грохот и лязг метала. Девочка вздрогнула, а мужчина лениво улыбнулся. В соседней комнате проводился допрос того, из-за которого она собственно здесь и оказалась. — Д-добрый вечер, - Тсуна неловко улыбнулась высокой продавщице. Эту женщину она знала еще с совсем малых лет и та всегда относилась к ней с добротой. Сейчас она была ее единственной надеждой. — Вы не могли бы мне помочь в одном очень деликатном деле? Женщине не удалось скрыть удивление, а затем и умиленную улыбку. Эта маленькая девчушка всегда смотрела на всех смущенным, даже слегка затравленным, взглядом и слышать сейчас ее интригующе-тихий шепот, видеть лихорадочно мерцающие глаза совершенно в новинку. — Мне нужна пустая бутылка из-под виски и какой-то сок или чай, цвета оного, - шатенка с каждым словом становилась все краснее и краснее, а шепот тише и тише. — Зачем тебе? - удивлению женщины не было предела. — М-мне нужно одурачить кое-кого. — Ну ты же понимаешь, что тебя раскусят после первого же глотка, - с полуулыбкой подметила продавщица, доставая крепкий чёрный чай. — К тому времени я уже успею убежать, - тихо пробубнила Тсунаёши и уже громче добавила, — мне и пары минут хватит. Спустя несколько минут девочка уже бодро шагала домой по тёмным подворотням. Женщина сделала все так, что внешне и не отличишь. Правда деньги брать отказалась, мол "считаю, что мы просто чай пили", а потому Тсуна решила сегодня же сказать Нане, что они вместе (но без Занзаса!) идут в гости к ее хорошей подруге и обязательно должны прихватить с собой большой и вкусный торт. — Чёрт побери, - рядом раздались негромкие ругательства хриплым мальчишеским голосом. Присмотревшись, девочка невольно вскрикнула. Недалеко от нее сидел молодой светловолосый парень и быстро обматывал белой майкой кровоточащую руку, крепко сжимающую меч. Помимо руки, у парня была разбита голова, а вдоль торса тянулась сетка мелких ножевых ранений. — Вы в порядке? - шатенка присела рядом с ним и отобрала майку, дабы правильно перевязать. — Хоть сейчас пешком на Эверест, - съязвил "больной", нехотя разрешая ей помогать. — Что случилось? - закончив, Тсуна требовательно посмотрела на блондина. — Не твоё дело, мелкая! - парень резко вскочил и побежал в сторону заброшенного завода. Не успев даже подумать о последствиях, шатенка рванула за ним. — Дура! Ты же понимаешь, в какое дерьмо ввязываешься?! - заорал блондин, услышав вой сирен. — Это была случайность. Я просто увидела раненого человека на дороге и решила помочь, но он отмахнулся от меня и убежал на завод, - девочка решила, что солгать у нее в любом случае не получится, поэтому проще сказать правду. — И ты пошла за ним? - мужчина слегка насмешливо выгнул бровь, а вопрос скорее был утверждением. — Он был в ужасном состоянии, - очень тихо добавила она. — И тебя совершенно не смутило место, в которое он пошел, меч в его руке и пулевые, понимаешь, пулевые ранения? - кажется, следователь начинал злится. Лицо не выражал никаких эмоций, но голос... Голос был звеняще-тихим и шипяще-вкрадчивым, вызывая табун мурашек. Шатенке вдруг показалось, что она на самом деле слышит панический крик своей интуиции, о приближающейся опасности. — Извините, - девочка не была уверена, слышал ли ее мужчина. Она опустила голову и смотрела в пол. Никогда, еще никогда, она не чувствовала себя настолько жалкой и никчемной. И тупой. Нет, не глупой - именно тупой. — Ты же понимаешь, что так просто тебя никто не отпустит? - на сей раз его голос звучал устало и более мягко, что не могло не радовать. Но девочка горько усмехнулась - уже в который раз она слышит эту фразу сегодня. — Вы меня посадите в колонию, а потом суд? - Савада подняла глаза, полные страха и отчаяния. — Нет, - следователь усмехнулся, оценив размах фантазии девочки. — Ты еще слишком мала, чтобы самостоятельно отвечать за свои поступки. Разбираться будут с твоими родителями, - мужчина что-то пометил в блокноте, а сердце Тсуны сорвалось куда-то в бездны Преисподней. Нана. Её добродушное улыбающиеся лицо стояло перед глазами шатенки. Эта женщина самостоятельно вырастила её, вложила всю любовь и ласку в этот комочек. И сейчас они хотят отобрать её. Отобрать и бросить в камеру. Холодную, мерзкую камеру с преступниками. Преступниками, которые грабили, мародерствовали и убивали. — Нет! - девочка резко встала и громко стукнула по столу маленькими кулачками, соединенными меж собой наручниками. Некогда пухлые губки были плотно поджаты, а в глаза плескалась решимость, коей позавидовали бы и великие боссы. Не позволит. Она никогда не позволит тронуть этот хрупкий сияющий лучик. Если так хотят кого-то наказать, пусть забираю её - Тсунаёши, а Нану пусть не трогают, и плевать на закон! В том, что они возьмут Нану не было никаких сомнений - она единственный её родитель. — Я не позволю вам и пальцем тронуть Нану! - она прекрасно знала, что выглядит сейчас совершенно не устрашающе, но это не приуменьшало ее решимости и желания защитить дорогого человека. — Успокойся, - мужчина немного опешил от такого, но быстро вернул себе прежнее ленивое величество. — У тебя же есть еще и отец, - как бы невзначай сказал он. — Он бросил нас около тринадцати лет назад, - хмуро бросила девочка. Отец бросил их, как только узнал о беременности молодой женщины и с тех пор ни разу не появлялся. Хотя Тсуна многое бы отдала, если бы они нашли его. Даже совершила еще пару-тройку преступлений, дабы его посадили. Его, но не Нану. — И все же он очень интересная личность, связанная с не менее интересной "группировкой", - на последнем слове он странно усмехнулся. Тсуна молчала. Она уже привыкла жить без отца, а он без них. Она на все сто процентов была уверена, что на просьбу явится в Японию, да еще как ответственный за свою маленькую дочь, которая уже ввязалась в криминал, лишь фыркнет и даже бровью не поведет. — Мы уже связались с ним и… - договорить мужчине не дал оглушающий грохот взрыва и слетевшая с петель стальная дверь.