Тень на стене

Он найдет его, найдет тебя, найдет всех, кто сделал его таким — убил, дав шанс воскреснуть. Когда фаза луны вновь сменилась, в одном ничем не примечательном районе, поход по улицам которого люди желают сократить до минимума, тень дрогнула. Истошный крик, больше похожий на детский плач, гулким эхом отозвался в переулке. Шаг. Он здесь. Вернулся сюда. Пришел, чтобы мстить. В свете тускло горящих фонарей, его зеленые глаза, источающие яд, светят многим ярче. Они будут искать. Они найдут. Они докажут ему, что столько лет пропали не зря. Теперь сил много. И скоро тот человек их увидит. Человек? Скорее кусок грязи, боготворящий самого себя. Он идет, пиная пустые банки, задорно хохоча. — Нашел… ха… ха-ха… ха-ха-ха-ха! Да? Да! — Тень поднял голову, позволяя улицам увидеть его безумный взгляд зеленых глаз, жаждущий расплаты. — Сейчас… сейчас ты, наконец, сдохнешь! Твоя душа принадлежит мне! Взмах руки. Густой туман, выходя из-за его спины, плавно заполонил улицы района. Идет. Туман — его дорога, он составит свой путь; свою ловушку. И сейчас она захлопнется. Да. Ты здесь. Замрешь, как мышь в кошачьих лапах. Он спал и видел тень в кошмарных снах. Глупец. Так просто ты не отделался бы. Сжигал его, грязный колдун, вешал — все без толку. — Я для тебя лишь тень на стене, друг мой? — преспокойным голосом спросил он, ближе подходя к загнанному в угол старому и толстому человеку. Трус. Обливаясь потом, не знал, куда себя деть, как спастись. Испугался? Бешено испугался? Молодец, радуй мстителя. — Я никогда не любил ворожить, — удар, улыбка шпаги так небрежна. — Я никогда не любил воскресать, — твоя расплата неизбежна, знаешь это, значит, будешь убит. — Я никогда не любил убивать, — дитя не прощает, мстит. — Я никогда не любил! — голос Тени дрогнул, едва не выдав скорбь его души. Он повалил ослабевшего за годы колдуна на землю. Жалкий старик. Знал бы он как страдал Тень!.. — С-симон… — начал попытку спасения колдун. — Убив меня, умрешь и ты. Не делай глупостей, хочешь же еще жить. Не выйдет. — Однажды я уже воскрес, найдя нужную дверь в твоем зале. Я взломал этот мир, как ржавый замок. — Тень сильнее сжал кадык старика. — Я уже умер, шесть сотен лет назад. Пришло и твое время. Свой век ты давно изжил. Тень сжал пальцы. Вырвал кадык. Смерть. Симона словно схватили на шиворот и куда-то поволокли. Он видел только отдаляющийся труп колдуна, его улыбка вновь посетила лицо. «Неужели, в ад?» Нет. Он Тень. И останется ею до конца времен. Месть свершилась. Теперь спокоен. Малое дитя набралось опыта за сотни лет. Час пришел; час прошел. Теперь по городу будут слыть легенды о мстительной тени в переулке. И каждый, кто ее услышит, будет вглядываться в опороченную тьмой стену и видеть прознающие душу глаза и безумную улыбку. Не стоит играть с ним в «кошки-мышки». Он навсегда останется победителем.