Ангелы судят иначе.

Весь оставшийся вечер и половину ночи Вэствуд провела здесь. Коул все еще был без сознания, но его грудная клетка, плавно поднимающаяся вверх, показывала то, что с ним все будет в порядке. Кристофер просыпался за это время пару раз, после чего сразу же снова засыпал. Вэствуд в это время успела сменить повязки обоим парням пару десятков раз, мысленно ругая всех за то, что они ничего ей не сказали. Коул все еще был таким горячим, что прикасаясь к нему она чувствовала, как это место начинало жечь. Лицо Коула почти обрело первоначальную ровность кожи: все маленькие царапинки и синяки зажили, не оставляя после себя даже шрамов, но все остальное его тело было изрядно побито. Ричард приходил проверить их состояние за эти несколько часов так часто, что Вэствуд переживала за мужчину. Он так сильно волновался, что это отражалось в каждом его движении: пару раз его рука дрогнула, когда он рисовал иратце, под глазами у него пролегли темные круги, а сами глаза были красноватого цвета, которые он все время тер пальцами. Кристофер сейчас выглядел так же, как и вчера. Все поверхностные раны сошлись и только от пары остались белые шрамы, рассекающие одну из рук и его бок. От здорового человека его отделяло только то, что он все еще был безумно слаб и почти не открывал глаза. В руках Вэствуд покоился Кодекс, который она усердно продолжала изучать. Она уже несколько раз сломала карандаш, грубо чертя линии по бумаге. - Нужно обязательно издать закон запрещающий так обращаться с карандашами,- издал хрипло Кристофер, при этом найдя в себе силы еле заметно улыбнуться. - Мне все равно,- буркнула Вэствуд, сильнее нажав на карандаш, отчего он с тихим треском снова сломался. Хрипящий звук вырвался из Кристофера, и Вэствуд предположила, что с таким звуком он сейчас смеется. - Ты мог умереть. Вы могли,- сказала она, обернувшись в сторону Коула, который мирно посапывал. - Поверь, избежание смерти является задачей всей моей жизни,- сказал он в миг посерьезнев. Вэствуд удивленно вскинула брови. - Что, правда? - Даже когда ты думаешь, что готов спокойно умереть- у тебя этого не получится. Инстинкт самосохранения возьмет над тобой вверх и заставит бороться за свою жизнь. Всегда найдутся какие- то недоделанные дела, люди и слова, которых ты не захочешь оставить. У Вэствуд по спине пробежала волна мурашек. То, что он говорил, было чистой правдой. - Я знаю это чувство,- закончил он, часто дыша. Казалось, что любое движение, даже такое мелкое как разговор, приносили ему неописуемую боль и он изо всех сил старался держаться. Вэствуд отложила в сторону книгу, подходя к Кристоферу и опуская на его горячий лоб свою холодную руку. - Ты снова горишь,- констатировала она, отдергивая руку как от огня. - Я знаю. Кажется, прежняя руна прекратила свое действие. Достань стило из моей куртки,- попросил он, показывая головой на стул, стоящий рядом. Она сделала то, что он попросил, после чего вернулась обратно к его кровати. - Где рисовать?- спросила она, крутя в руках предмет. - На груди,- коротко ответил он, закрывая глаза. Вэствуд прокашлялась. - Где- где?- переспросила она. - На груди,- снова повторил он. С учетом того, что руну нужно будет нарисовать ровно, а не верх ногами, то Вэствуд просто не могла представить, как сделает это, потому что Кристофер все еще даже не мог сесть. - Ой, пожалуйста, давай без этого. Просто сделай это. Она нервно усмехнулась. - Я боюсь, что сделаю тебе еще больнее. - Я переживу,- улыбнулся он. Когда она села на его талию он улыбнулся, а она закатила глаза и уже хотела ударить его, но вовремя вспомнила, что могла покалечить его еще сильнее чем раньше. Она уперлась левой рукой недалеко от головы юноши и уже хотела опустить кончик стило на его кожу, когда он взял ее руку и положил себе на грудь для лучшей опоры. Девушка нагнулась ближе, внимательно выводя по его коже угольно- черные линии, ни разу не отрывая предмет от его тела. Когда она закончила и подняла глаза, то заметила выражение лица Кристофера. Он улыбался от уха до уха, выглядя при этом достаточно здоровым. - Что?- спросила она. - Твои волосы щекотали меня,- засмеялся хрипло он, а она ударила его рядом с тем местом, куда только что нанесла руну. - Голубки, ваше воркование вывело меня из бессознательной бездны, и я бы даже сказал вам спасибо, если бы меня не тошнило от этого,- Вэствуд второй раз за этот день испугалась от неожиданности и мгновенно соскочила с кровати. Через секунду она вытянула из- под головы Кристофера небольшую подушку, а еще через секунду она полетела прямиком в голову Коула, отчего он тихо захихикал. Утром в комнату вошел Ричард и Аарон, неся в руках подносы с едой. - Я так рад, что с вами все в порядке, мальчики,- сказал Ричард, потрепав по плечу Кристофера. - Я тоже рад, что я все еще жив,- ответил Коул, держась за ребра,- я еще не победил Кристофера в нашем соревновании по истреблению демонов. Ричард хихикнул, подойдя к Коулу, взъерошив его и без того непослушные волосы. - Отдыхайте, мальчики,- сказал он, подходя к выходу,- и после завтрака отпустите Вэствуд в комнату. Ей тоже нужен сон,- закончил он, скрываясь за массивными дверями. Кристофер выжидающе посмотрел на нее, а она лишь отмахнулась: - Со мной все в порядке. Я могу быть здесь столько, сколько вы захотите. Кристофер встретился взглядом с Коулом и еще несколько секунд как будто разговаривали друг и друга в голове, о чем- то договариваясь. - Мы думаем, что тебе и правда не помешает отдых. Ты была тут больше больше 10 часов. С нами ничего не случится,- сказал Кристофер, измученно улыбаясь ей. Вэствуд кивнула, и после завтрака взяла в руки Кодекс, обвела взглядом ребят и вышла. Ее руку пронзило болью, когда на место ее глубокой царапины лег тяжелый переплет. Ей хотелось откинуть книгу на пол, но она быстро перехватила ее другой рукой, чтобы и без того потрепанный Кодекс не пострадал. На белом бинте проступили ярко- красные пятна крови. Она не стала наносить исцеляющую руну, чтобы каждый раз смотря на руку она помнила, что следует быть осторожной с оружием. Она решила наказать себя за собственную глупость. В ее комнате все было как и день назад. Свет, лившийся из окна, оставлял причудливые тени на стене и потолке. Чтобы уснуть ей пришлось задвинуть плотные шторы на окна, чтобы ее точно ничего не потревожило. Дойдя до своей кровати она сразу упала в объятия сна, накрывающего ее с головой. Кристофер к концу дня уже мог сесть на кровати, но вставать пока не решался. Его все еще мучила боль в ребрах, заставляя его сгибаться пополам от каждого приступа кашля или смеха, который в присутствии Коула раздавался каждую минуту. - Меня мучает только одно,- сказал Коул,- когда я успел вырубиться? - Когда ты начал истекать кровью,- ответил ему Кристофер. - Должно быть, неприятное было зрелище,- ойкнул он, растирая уже зажившие раны,- ладно, мистер всезнайка, а вы случайно не знаете, когда мы можем отправиться в наши комнаты? - Я не смогу провести еще одну ночь здесь. Я вернусь в свою комнату через час,- ответил на его вопрос Кристофер,- если ты со мной...- не успел он закончить, когда его оборвал Коул. - Ты верно шутишь. Я безумно соскучился по своей мягкой кроватке,- сказал Коул. *** Вэствуд проснулась далеко за полночь, когда до утра оставалось всего несколько долгих часов. Ничего не оставалось делать, как снова взяться за Кодекс. В этот раз она до листала страницы до оборотней и вампиров. Читая про последних в ее жилах стыла кровь. Для нее было открытием то, что не только демоны угрожали этому миру, но и не принявшие новых законов немногочисленные группы нежити. Через страницу после этого были маги. Теперь Вэствуд откинула всякие попытки уснуть. Она читала про метки, которые были на их телах с самого появления на свет и про то, какие последствия это вызывало. У некоторых из них имелись рога, а у кого- то был другой цвет кожи. Теперь рана на руке Вэствуд снова открылась, заставляя девушку спрыгнуть с кровати в поисках бинтов, но вспомнив, что она не прихватила ни одного, пришлось идти обратно вниз. Она тихо прошла мимо всех комнат, стараясь никого не разбудить, быстро и бесшумно пробежалась по лестнице и с тихом скрипом отворила перед собой дверь. В комнате было тихо и темно, поэтому девушка предположила, что ребята давно спят. Она осторожно прошла к шкафу с медикаментами, вытащив оттуда пару бинтов и бутылочку перекиси и стала удаляться. Только сейчас она поняла, что в комнате было слишком тихо, не слышно было даже дыхания. Сердце Вэствуд забилось сильнее: вдруг с ребятами что- то случилось? Она подошла к выключателю, и щелкнув им, включила свет. В помещении никого не было, а кровати, на которых лежали ребята, были заправлены. Девушка с облегчением выдохнула, и выключив свет, снова отправилась той же дорогой к себе. Она стояла над раковиной, промывая рану. Ее руки чуть тряслись от вида крови, а голова посылала сигналы о том, что было бы не плохо воспользоваться руной. Она шагнула обратно в комнату, включив настольную лампу. Когда свет загорелся, она заметила сидящего на ее кровати Кристофера, испугавшись при этом до чертиков и еле сдержавшись, чтобы не закричать. - Нельзя прокрадываться к людям в комнату. Тем более ночью,- шепотом сказала она, понимая, что если закричит, то поднимет на ноги всех окружающих. - Я лишь хотел сказать, что с утра мы можем сходить к тебе домой,- сказал он чуть громче, чем говорила Вэствуд. Девушка уронила на пол полотенце, не веря своим ушам. Она снова, хоть и не надолго, вернется в свой дом. - Правда?- переспросила она, борясь со слезами на глазах. В ответ на это Кристофер лишь кивнул, так и не повернувшись к девушке лицом. - А тебе это не повредит? В смысле, ты уже в порядке?- спросила она, вставая недалеко от кровати. Он лишь усмехнулся, но после недолгого молчания ответил: - Я в порядке. Можешь не переживать за меня,- сказал он, поднимаясь с кровати и вставая перед ней. На его коже все еще виднелись некоторые порезы, которые Вэствуд сейчас разглядывала. Она легко дотронулась до нескольких из них пальцами, боясь причинить боль. Но когда Кристофер не показал никакой реакции, она продолжила водить рукой по его шрамам, чувствуя под пальцами неровные поверхности, а под царапинами небольшие шишки. Он опустил другую руку на ее шею, большим пальцем гладя ее по щеке. Она подняла на него глаза, еле заметно улыбнувшись лишь для того, чтобы скрыть заметно дрожащие губы. Перед тем, как он наклонился ближе к ней, в голове Вэствуд пролетело множество мыслей, но все вмиг пропало, когда его губы скользнули по ее, заставляя ее поддаться вперед, приложив руки к его груди. Ей хотелось, чтобы этот момент продлился как можно дольше.