Механизм времени

- Эй, просыпайтесь! Подъем, подъем, а кто спит - того взорвем! - в унисон радостно прокричали некто совсем рядом. Гермиона со слабым стоном пошевелилась. Она вся продрогла до костей - утро выдалось холодное. - Мерлин, какого Мерлина вы меня будите, Мерлиновы близнецы Уизли? - пробормотала она, обхватывая себя руками. Неожиданно до нее дошло, что перед ней стоят вовсе не Уизли, а... - Черт, какого черта это не чертов сон! Гермиона дрожа от холода вскочила с кресла, на котором вчера задремала. Кто-то тут же услужливо накинул ей на плечи свитер. Он был теплый. Грейнджер благодарно улыбнулась этому незнакомцу. - Ого, какую она речь толкнула! - насмешливо произнес... Мерлин, да это же Сириус! А рядом Люпин, который и дал ей свитер, дальше, видимо, отец Гарри, и Петтигрю... - Лунатик, запиши-ка это в свой блокнот, может когда-нибудь нам понадобятся эти мудрые высказывания! - Привет, - поздоровалась Гермиона, твердо решив не показывать, что она из будущего. - Я Гермиона Грейнджер, а вас как зовут? Поттер воодушевленно встрепенулся, явно намереваясь познакомить Гермиону не только со своей компанией, но и со всем факультетом, преподавательским составом и всей остальной школой. - Джеймс. Джеймс Поттер. - проговорил он. Гермиона не удержалась от усмешки: манера представляться ну точь-в-точь как у Гарри! - Это Сириус Блэк, Ремус Люпин и Питер Петтигрю. - Петтигрю? - Гарри проснулся с неподходящими словами. Так, по крайней мере, считала сама Гермиона. Гарри перевел взгляд с Петтигрю на своего крестного, затем Люпина и остановил взгляд на отце. Две копии ошалело смотрели друг на друга. Одновременно их руки потянулись к и без этого растрепанным волосам, и тут же боязненно опустились, увидев такое же действие в противоположной стороне. Только вот Гарри чувствовал недоверчивую радость, в отличие от Джеймса, который явно пребывал в ступоре. Джинни умиленно наблюдала за этой картиной, а Гермиона почувствовала раздражение. Она была уверена, что никто не должен знать о том, что они не из этого времени. Она отдала свитер обратно Люпину и схватила Джинни и Гарри за руки. - Так, все, хватит! - Грейнджер решительно выволокла их из гостиной. - Хватит смотреть на картину "Возвращение блудного сы"... Неважно! Она остановилась только возле дверей Большого зала. - Гарри, твои родители не должны знать о том, что ты их сын. Это будет вмешательство во времени. Твое будущее может измениться на корню... - Я и хочу этого! Гермиона, ты не понимаешь... - Да, не понимаю. Но скажи, что ты будешь делать, когда увидишь, что твои родители живы, нянчат уже двухгодовалого ребенка? Это будешь ты, Гарри, но уже не тот Гарри, что стоит передо мной. Ты отделишься от своей сущности, станешь отдельным Гарри Поттером, и так и не обретешь своих родителей. Подумай над этим, пожалуйста. Гермиона прошла мимо поникшего Гарри в Большой зал. Грейнджер постаралась как можно незаметнее проскользуть за гриффиндорский стол, но на нее все равно обратили внимание. - Привет, вы новые студенты, да? Я Клэр Франсис. - Гермиона Грейнджер. А ты родственница алхимика Адриана Паула Франсиса, верно? - Да. Это мой отец. Только вот он совсем не обращает на меня внимания. Все время сидит в лаборатории, изучает алхимию. До меня ему нет дела. Иногда мне кажется, что он сошел с ума. Гермиона вспомнила текст одной из коллекционных карточек, которые можно найти в коробках шоколадных лягушек. Там было написано про не очень известного, но безусловно, талантливого алхимика Адриана Паула Франсиса. "Адриан Франсис, изобретатель магического окуляра, который позволял видеть воспоминания живых существ. К сожалению, судьба не пощадила его, и алхимик, который мог бы стать великим, трагически погиб при результате смешения драконьей крови с кровью василиска в 1978 году. Так же погибла и его дочь, Клэр Франсис, которая находилась на тот момент слишком близко к месту происшествия." Грейнджер взглянула на Клэр. Такая миловидная, и, видимо, добрая. Несправедливо, что такая девушка может умереть через год. - Клэр, а кто вон там сидит? Ну, такой рыжий... - Это Артур Уизли, а с ним рядом Молли Пруэтт. Они хорошая пара, но успешно отрицают то, что тайком встречаются. Рядом с Гермионой поперхнулась Джинни. Завтрак прошел в полном молчании. Джинни все время косилась на родителей, да и Гарри не отставал. Гермиона же преимущественно косилась на мародеров, и размышляла, как несправедливо сложится их жизнь. Люпин оборотень, этого достаточно, чтобы вся жизнь пошла наперекосяк. Поттер умрет в молодости, так и не успев пожить счастливой семейной жизнью. Блэк проведет тринадцать лет в Азкабане, а затем станет скрываться ото всего мира. Петтигрю станет приспешником Волан-де-Морта. Невесело, в общем. А сейчас, посмотришь на них, и не верится, что с ними вообще может это произойти. - Сейчас у нас... - История магии, - лаконично ответил Гарри, не отводя взгляда от Лили Эванс. - Джинни, Гермиона, вы не будете против, если я сяду с?.. - Конечно нет! Она же в конце концов твоя... - Гермиона понизила голос. - Мать. Тебе бы не помешало узнать ее поближе. История магии прошла довольно спокойно. Хотя, спокойно - это слишком мягко сказано. Скучно. Как всегда, на уроке профессора Бинса половина учеников спала прямо на партах. Сириус с откровенно скучающим видом качался на стуле, Петтигрю изо всех сил пытался не заснуть, Джеймс Поттер бросал ревнивые взгляды на Гарри с Лили Эванс, и только Ремус Люпин внимательно слушал учителя. - Сохатый, может, следующий урок прогуляем? - Блэк зевнул. Профессор Бинс продолжал что-то так же монотонно бормотать себе под нос. - Замолчи, Сириус! Как ты можешь подбивать Га... то есть, Джеймса на подобные поступки? - к их несчастью, Гермиона сидела прямо позади них. - Это неправильно, и... - Слушай, - Блэк повернулся к ней. - Я что-то не понял, когда я успел стать для тебя Сириусом? Грейнджер досадливо замолчала и в упор уставилась на Блэка своим коронным взглядом старосты. Но на того это впечатления не произвело. Гермиона фыркнула и уткнулась в учебник, пробурчав что-то вроде: "лентяи". Весь день Гермиона упорно следила за Блэком и не давала ему сбежать с уроков, за что получила кучу угроз вроде: "Приду ночью, покусаю", гору умилительных, щенячьих взглядов и попыток умилостивить ее. Получалось у него, честно говоря, неплохо, но Сириус не учел того, что для Грейнджер важнее учеба, чем прогулки на свежем воздухе. И в самом конце, он случайно добился того, чтобы Гермиона оговорилась. - Будь добр, посещай все без исключения занятия, Блэк. Конечно, я понимаю, что Люпин оборо... Грейнджер осеклась, вспомнив, что тут никто из студентов, кроме мародеров не знает этого и не должен знать. Только вот не составляет труда по уже сказанной части слова догадаться, что она имеет в виду. Сириус помрачнел, схватил ее за локоть и втащил в пустой класс. - Я знаю тебя только один день, Гермиона Грейнджер, - медленно сказал он. - Но, похоже, ты откуда-то знаешь то, что тебе не положено знать. Главный вопрос: откуда? - Ну... Я просто... - Гермиона даже не знала, что ответить разъяренному Сириусу Блэку.