Механизм времени

- Он увидел дату? - Да. Я сказала ему, что это газета, изданная по специальному заказу моих младших братьев, для шалостей. Но, кажется, он мне не поверил. Гарри бросил взгляд на Сириуса и вздохнул. - Можешь объяснить мне, почему нам нельзя вмешиваться в ход времени? - Тут срабатывает то же правило, что и при Маховиках Времени, - воодушевленно начала Гермиона. Затем она нахмурилась и стала выразительно проговаривать каждое слово, что показывало, что она дословно пересказывает текст какого-то учебника или книги. - Затянутый в петлю времени волшебник имеет возможность наблюдать будущее или прошлое, но это не значит, что он не может вмешиваться в ход времени.Если же естественное развитие событий в прошлом серьезно нарушено, то время "залечивает" само себя, то есть воспроизводит вместо волшебника, попавшего в прошлое двойник. Это значит, что даже невольный путешественник во времени может получить другое будущее независимо от того, насколько он был тесно связан с настоящим, в его случае - с будущим, которое видится ему как прошлое. Мы видим, что путешественник имеет шансы вернуться в свое время только до тех пор, пока не вмешается в ход времени. Но бывает и так, что будущее волшебника лежит через чужое ему время. В этом случае время обязательно вытащит его обратно, когда путешественник будет готов. Как же узнать, лежит ваше будущее через временную петлю или нет? К сожалению, ответ на этот вопрос остается неизвестным. Элизабет Янг. - Ты так заумно и хитро все это сказала, что я много чего не понял, - улыбнулся Гарри. Гермиона раздосадованно поморщилась. - Ладно, объяснишь позже, когда с нами будет Джинни. - Мне сейчас в библиотеку, - Гермиона вскочила с места. - Надо собрать побольше информации о временной петле... Ох, Гарри, чуть не забыла: профессор Дамблдор зовет нас к себе завтра перед обедом. Передай Джинни, хорошо? Гарри кивнул и проводил ее взглядом. Допив свой тыквенный сок, он последовал ее примеру. - И как же тебя зовут? - Гарри преградили дорогу. Он изумленно взирал на отца, слегка склонившего голову и не очень-то дружелюбно кривившего губы. Почти как Малфой. - Меня? - Гарри огляделся. Коридор сейчас пока что был пуст. - Я Гарри. Просто... Гарри. - А полное имя? - Тебе зачем? - Нужно же знать имя своего нового однокурсника! Гарри вдруг остро захотелось назвать отцу свою настоящую фамилию и посмотреть на его лицо. - Гарри Джеймс... - он резко замолкнул. - Гарри Портер Джеймс.

***

- Какое совпадение! - радостно улыбался Сириус, еле отдышавшись после смеха. - Портер - Поттер! Джеймс - Джеймс! И похожи друг на друга почти... к-как... две капли... вод-ды... Сириус снова зашелся лающим смехом, увидев вытянувшиеся лица Гарри и Джеймса. Последний тяжело вздохнул и растрепал свои и без того торчащие во все стороны волосы. Печальные взгляды, как оказалось, на Сириуса не действовали - он нашел в схожести нового студента и лучшего друга что-то очень смешное и теперь его никак нельзя было угомонить. - Сохатый! - изредка подвывал он, смотрел на Джеймса, зачем-то махал руками и снова заходился в приступе смеха.

***

Джинни запихала учебники, выданные ей сегодня в библиотеке обратно в сумку. Ей совсем не хотелось писать все заданные несколько (она уже не помнила, сколько) дюймов эссе по защите от темных искусств. Тем более, это ее первый день в прошлом, так почему бы и не позволить себе отдых после якобы "изнурительной поездки из другого города"? Она с минуту понаблюдала за поддразнивающими обоих Поттеров Сириусом, затем решила прогуляться по замку. В коридорах было тихо, в отличие от шумной гостиной. Тишина была почти давящей. Джинни откашлялась и громко повторила несколько раз вслух свое имя. - Джиневра Уи... Гордон. Джиневра. Джинни... К разочарованию Джинни, эхо не отозвалось на ее голос - оказывается, коридоры не обладали столь высокой акустикой. Кроме того, в этом коридоре висели гобелены, которые никак не сопоставлялись в воображении Джинни с эхом. Коридор, гобелены на стенах, ковер на полу и эхо? Нет, последнее сильно походило на лишнее. Внимание Джинни вдруг привлекло изображение часов в левом верхнем углу гобелена. Стрелки были сломаны и на циферблате болтались лишь жалкие кусочки металла. От часов шла надпись на незнакомом Джинни языке. В правом нижнем углу были песочные часы - на них время почти иссякло, большая часть песка была внизу. И рядом тоже надпись. Посередине гобелена располагалась фигура в мантии. И все. - Странный гобелен, - прокомментировал чей-то голос. - Обычно они бывают так богато разукрашены, что становится страшно. Джинни кивнула. Она посмотрела на студентку и узнала в ней Клэр, с которой на обеде разговаривала Гермиона. - Хотя, тут изображено так мало чего, что тоже становится страшно, - беспечно продолжала Франсис. - Вообще, меня от этих гобеленов в дрожь бросает. Они такие исторические, жуть. А от этого - страшнее вдвойне. - Ты права, - взгляд Джинни невольно метнулся к фигуре в плаще. - Лучше пойду отсюда, а то, несмотря на всю мою отвагу, мне будут всю ночь сниться кошмары. - И правильно сделаешь, - Клэр кивнула. - Понимаешь, мой прадед, Синклэйр Франсис, однажды пережил сильное потрясение, проснувшись в ночь накануне Рождества. В его спальне был повешен старинный гобелен. Бедный мой прадед, он увидел, как магглы пытают пойманного волшебника на неожиданно ожившем гобелене! Говорил же ему мой отец, что нельзя вешать гобелены в спальне! Тем более такой, со сценой пыток, а не диковинного леса. В общем, остаток дней прадед закончил в особом отделении св.Мунго. Джинни поежилась. Зато, Клэр, похоже, ничто не угнетало. Она напевала себе под нос "Котел любви" Селестины Уорлок и что-то непрерывно теребила в руках. Джинни поняла, что это письмо. Любовное.