Облака

Облака, плывущие по небу, похожи на сотни разных вещей. Кас лежит на траве возле собственного дома и наблюдает за ними. Вот гордо и плавно движется большой слон, а следом за ним плывет чашка. Чуть выше – снеговик, а рядом осьминог. А вон то, что висело прямо над деревом, было похоже на кота, который не мог спуститься с веток. Солнце в небе было похоже на желтое пятно, которое никак не оттереть. А само синее небо напоминало банку с водой, в которую вылили краску, но ещё не успели её там размешать. Дом Каса был похож на тюрьму. Или не совсем на тюрьму, а на такое место, где держат опасных душевнобольных. Майкл был гением, но помешанным. Всё, чем он жил – его работа. Мир был сжат до размера компьютера. Он хотел уехать далеко, подальше от всего, что творилось в доме, но почему-то всё не уезжал. Люцифер был буйным. Дрался, сбегал. Через шесть месяцев ему восемнадцать. Значит, его выпустят. Габриэль был… Странным. Жил в каком-то другом мире. Этот мир его не волновал, почти. Он не хотел признавать того, что творится. А Кастиэль был просто замкнутым. Отец был строгим надзирателем. Он наказывал. Чаще всего морально, но иногда и физически. Мама была доброй медсестрой, которая их любила и жалела, но ничего не могла изменить. Школа была похожа на свежий ветер в жаркий день. Кастиэль появлялся там редко. Он сдавал экзамены, показывал, что хорошо учится и дома. В школе к нему относились очень хорошо, а ещё там было уютно и спокойно, Кас с удовольствием ходил бы туда намного чаще. Ему нравились кабинеты, коридоры, столовая… Чаще всего он видел только нескольких учителей да учеников, которые порой попадались в коридорах. Чаще всего он появлялся в школе во время каникул и встречал тех, кто не смог сдать какие-то тесты вовремя. Именно в школе он однажды встретил Дина. Дин был похож на счастье. Он был заядлым двоечником, хулиганом, душой компании. Он был веселым и ничего не боялся. А ещё он был очень добрым. И очень ласковым. Он стал писать Касу письма и просовывать их через калитку в строго определенное время. Это был единственный способ общаться. Он ждал, когда Каса в очередной раз отправят в школу на экзамен, и ждал его там. Он ходил, держа его за руку, когда была такая возможность, и даже целовал. Целовать его было приятно. Это заставляло забыть о всех проблемах. Вот только случались эти минуты счастья слишком редко. И всё остальное время Кас ждал новой встречи с Дином. И представлял себе, как он гуляет с кем-нибудь другим. Ревность была похожа на ежика в груди, который временами перебирался в горло и кололся там. Кас не хотел думать о том, что Дин гуляет не только с ним, но понимал, что это естественно. Они виделись так редко. А у Винчестера было так много друзей… Он писал Касу о том, чем занимался в течении дня, и очень часто встречались фразы о том, что он был где-то с друзьями. А вот у Кастиэля друзей совсем не было. Интересно, а говорил ли Дин кому-нибудь о нём? И как он его называл, своим другом? Своим парнем? Касу было бы приятно быть чьим-нибудь парнем. Улица была похожа на спасательный круг. Казалось, нужно только ухватиться за него, и всё будет хорошо. Казалось, стоит только оказаться за стенами дома, и потом всё будет хорошо. Будет Дин. Будут друзья. Будут все эти замечательные места, вроде школы, магазинов, парков и всего остального, что так естественно для людей, живущих на свободе. Но Кас знал, что не выберется отсюда прежде, чем ему исполнится восемнадцать. Потому что его дом похож на тюрьму. И он ещё не отбыл здесь свой срок. Пока у него есть только письма от Дина, учебники и газон перед домом. Газон, с которого видно небо, похожее на подкрашенную воду, и облака, похожие на сотню разных вещей.