Кофе на двоих

- Ну, и в конце нашего интервью хотелось бы задать вам волнующий многих вопрос, - вышколенный шоумен с серьгой в ухе и хитрецой в уставших глазах закинул ногу на ногу. - Как вы думаете, чему всё-таки обязана успехом ваша группа? Изменением ли состава, сменой названия и направления, или, может, личными факторами? Брюнет ухмыльнулся краем губ. Вечно они вынюхивают личные подробности об участниках группы. Долго скрывать ничего не возможно, они уже копают даже под Киору. Помнится, Чоджи чуть камеру не разбил одному такому. Но сейчас он записывает интервью для эфира, нужно держать себя в руках. Впрочем, в этом Неджи равных все равно было сложно найти. Хьюга чуть прищурился и властно положил руки на подлокотники дорогого кожаного кресла. - Я думаю, все эти факторы, господин Фурусава, - медленно и уверенно произнес он. - Но, раз уж представилась такая возможность, я бы хотел поблагодарить человека, который дал толчок к этому. Думаю, человек этот даже не осознает до конца, какую услугу нам оказал. Ноздри шоумена раздулись в ожидании сенсации. Он подмигнул на камеру и вновь перевел взгляд на своего гостя. - Вот как. Что ж, вы правы, возможность сегодня у вас великолепная, уверен в том, что ваш загадочный человек пренепременно услышит вашу благодарность! - залебезил ведущий. - И кто же эта таинственная личность и какой импульс она дала вашему творчеству? Оператор профессионально зевнул, не издавая и тысячной части децибела. Вот уж кому, а ему точно было глубоко плевать, что за таинственная личность, и вообще кто перед ним сегодня находится. Его задачей было вовремя подавать знак и брать хороший крупный план, особенно, когда приглашённые гости попадали в просак от заданных вопросов. Но с Хьюгой ловить ему было нечего. У того эмоций на лице было не больше, чем у статуи. - Она втоптала нас в дерьмо, из которого можно было выбраться только отказавшись от всего немногого , чего мы добились, - ровно ответил клавишник, а ведущий округлил глаза и театрально прикрыл рот рукой. Бывалый оператор заинтересованно повёл бровью. Гости обычно пытаются казаться или милашками или бруталами, но ругаться в эфире с таким самообладанием, как это делает этот длинноволосый парень, мало у кого выходит. - Но это именно то, что было нужно нам, чтобы наконец сбросить балласт. Группа "Без сахара" осталась в прошлом, как и её бывший солист и продюсер. Мы вернулись к тому, с чего начинали, только теперь мы вернулись, чтобы взять свой реванш. Шоумен придвинулся ближе и провел рукой по уложенным волосам. - Теперь-то мы уж точно не отпустим вас без заветного имени, - игриво заголосил он, Неджи едва содержался, чтобы не поморщиться от его приторной интонации. - Фанаты в ожидании! Кто? Неджи снова ухмыльнулся и посмотрел прямо в камеру. Конечно, она это увидит. Как ещё может быть. Она должна знать, что не выиграла. На этот раз и навсегда победа за ним. - ТенТен Такахаши. *** Хината опустилась на кривой стул в маленькой тёмной квартирке на окраине Токио. Она была бесконечно тесна для двоих. Но её это совсем не заботило. Отец всё узнал неделю назад. Он бы устроил грандиозный скандал, запретил ей выходить без разрешения из квартиры, если бы не Неджи. Это он встал на её защиту. Это он своим холодным и уверенным тоном заложил в голову Хияши, что у Хинаты могут быть и свои мечты и цели в жизни. Когда её брат уходил, он остановился в проходе, где стояла девушка, потерявшая дар речи, улыбнулся и пробормотал, что наконец-то искупил свою вину. Но больше всего её поразил отец. Он вернулся на следующий день и попросил прощения. Не отказался от неё, не стал перечислять, чему она ему обязана. Впервые за долгое время он улыбался и прятал блестящие глаза, добавляя, что она слишком похожа на маму. Хината могла делать всё, что захочет, но она отказалась от всего, что предлагал ей отец. Больше всего ей хотелось добиться чего-то самой. И этот отчаянный шаг стал первым. Хьюга перевела взгляд на часы. Это уже не дорогие швейцарские часы, что ей подарил Хияши на двадцатилетие. Это обычная побрякушка, тем не менее, исправно исполняющая свою функцию. Десять пятьдесят шесть. Через три минуты он придет. Хината легко поднялась и заученным движением подняла переключатель на чайнике. Две кружки, два пакетика чая в ожидании горячей воды. Чайник закипел. Десять пятьдесят девять. В замке ворочается ключ, а вода из чайника заполняет керамические просторы кружек. К Хьюге подходят сзади и аккуратно, чтобы она, не дай Ками-сама, не обожглась, обнимают сзади и зарываются носом в волосы. Брюнетка ставит чайник во владения подставки. Счастливейшая улыбка расползается, стоит ей уловить знакомый запах. - Я дома, - на ухо ей говорит обниматель. - С возвращением. Устал? Её сжимают крепче. Хината на ощупь дотягивается и ерошит родную лохматую голову. - Ничего, я уже получаю свой заслуженный отдых, - всё так же в полголоса отвечает Гаара и целует свою невесту в макушку, не отпуская. -Как твой день? Хината, вопреки крепким объятиям, разворачивается и улыбка её становится ещё шире. - Я нашла работу! Сабаку вновь притягивает её к себе. - Я даже в тебе не сомневался. Навряд ли кто-то не захотел бы взять на работу госпожу Хьюга. Девушка, посмеиваясь, выскальзывает от красноволосого и ставит кружки на стол, выуживая из них пакетики. - Боюсь, я представилась немного не так. Все равно через неделю менять документы. Гаара умиротворённо уселся напротив, вдыхая запах лавандового чая. - Сабаку но Хината. Так мне нравится гораздо больше. *** - Он правда это сказал, - Таюя не могла отвести взгляда от экрана. - Сабаку, он правда её назвал! Канкуро лениво выглянул из мастерской. Таюя торчала у него днями. Он не очень возражал, хоть и ворчал иногда. Воспоминания о Тен легонько кольнули. Нет, он не считал, что предал её. Совсем нет. Они не съехались с Таюей на следующий день. Прошло долгих три месяца, прежде чем требующий вечной цензуры фотограф смогла себя простить. Да и сам он не готов был так быстро переметнуться. Отпустив Тен, он отпустил себя. Стало гораздо легче. Он не винил её ни в чем, слишком многим он был ей обязан. В первую очередь, Юей. - Ты скучаешь по ней? - вдруг решил он задать вопрос. Розоволосая мотнула головой и задумчиво потянула молоко из бутылки. - Знаешь, иногда. Не то, чтобы у меня много подруг. Не с кем даже члены обсудить, - фотограф засмеялась сама себе и едва не подавилась молоком. Канкуро подавил смешок. Стоит только увидеть ей, что он над ней смеется, Сабаку настигала месть в лице поколачиваний всеми подручными. Пряча улыбку, он постучал ей по спине и вытер молочные усы. - Ну, если хочешь, давай со мной обсудим, - усмехнувшись, предложил он. Таюя, с ещё слегка слезящимися глазами подняла на него подозрительный прищуренный взгляд. - Гомик, что ли? - и неожиданно притянула для поцелуя. Сабаку но растерялся в первые секунды, но быстро сориентировался и шутливо придавил её к ковру. Таюя отпихнула его и довольная, как сытый кот, вновь сделала глоток из белой бутылки. - Ну, вроде ж натурал, - заключила розоволосая и потянулась. - Значит, придется мне искать другого собеседника. Я курить. И сообщив об этом, со вздохом и кряхтением поднялась, не забыв отвесить шатену любовного леща, пошла на балкон. - Достала курить, - пробурчал Сабаку, на что ему ответили красноречивым средним пальцем. "Поехавшая", - подумал Канкуро и вернулся в мастерскую. Настроение поднялось. *** - То есть как это ты меня выгоняешь? - вопил блондин на всю квартиру, в которой провел последних три года. Акимичи вздохнул. Он был готов к такой реакции. И так оттягивал, сколько мог. - Наруто, ну ты тоже пойми, мы с Кио теперь будем жить вместе, а втроём - это как-то ну неправильно, - оправдывался простодушный Чоджи. - Ты уже давно можешь позволить себе жить один, неужели не хотелось? Узумаки насупился и начал громко что-то впаривать о том, как он просто жалел своего, как ему казалось, друга, и вообще это по-свински и Чоджи ему явно просто завидует. Ударник пропускал всё мимо ушей, делая виноватое лицо. Спасительный звонок в двери вывел его из попыток абстрагироваться от гневных воплей. - Кио, я ему сказал, - виновато пробасил Акимичи. Киора засмеялась и, вручив Чоджи коробку с пиццей, уверено прошествовала вглубь квартиры. Ударник невольно залюбовался, как она, с энтузиазмом пританцовывая, пошла обнимать и утешать его нерадивого соседа. - Наруто, ну не дуууйся. Я пиццы принесла! И это вообще не к спеху! И ты можешь зависать у нас хоть каждый день! Акимичи покашлял, укоризненно посмотрев на свою девушку. - То есть, почти каждый день, - оперативно исправилась та. - Ну что, по пицце и в приставку? Наруто что-то пробурчал, но от пиццы не отказался. Чоджи поместил коробку на общий стол и плюхнулся рядом с Кио, которая заметно поправилась и ожила за этих полгода. - Как же круто, что тур закончился. Я думал, загнусь от скуки, - уже через десять минут стрекотал Узумаки, запихивая в рот весь последний кусок. - Вот съеду от тебя и заведу себе девушку, вот увидите. - Давно пора, - в один голос промычали поглощающие свои куски Чоджи и Киора, на что блондинчик снова демонстративно обиделся, через минуту забыв и об этом. - Ой, сегодня же интервью с Хьюгой, - вспомнила девушка, вбивая название программы. - Надо глянуть. Кстати, а почему именно он от вас пошёл? Чоджи потянулся. За месяц тура он безумно вымотался, так что эти немногие выходные для него были как праздник. - Ну, Шике как обычно влом. Наруто идиот, а я не контролирую себя с журналистами. Вот и вся история, - терпеливо пояснил он. Кио, наконец, нашла нужное видео и включила на общее обозрение. - А я напоминаю, что сегодня у нас в гостях участник новой музыкальной чумы, охватившей Японию с выходом в свет их альбома "GaMe", под ваши аплодисменты, господин Хьюга Неджи из группы "Mocking kills"! *** У Тен сбилось дыхание. Чёртов Хьюга. Она отказалась от всех, кто хоть как-то связывал её с ним. Даже от общения с Киорой. А он всё преследует её, заставляя каждый раз при упоминании своего имени вздрагивать. Сердце ускорило темп. Как у него это выходит? Она в Америке, в командировке освещает очередной фестиваль, а он достал её даже тут. Теперь все начнут под неё копать. Хорошо, хоть в Cure личная жизнь журналистов мало кого заботит. Тен вздохнула и откинулась на мягкой кровати гостиничного номера. А ведь она почти забыла. Отказывалась от всех мероприятий, в которые они были вовлечены, потеряла всех своих старых друзей. И вот, машинально переключая каналы, наткнулась на родную речь. Какого черта вообще японские каналы делают в американском вещании? - Ксо! Злосчастный пульт полетел на пол. Уже два ночи, не стоило бы шуметь. Тен передернула плечами и, словно жалея, подняла черную пластиковую панель. Её командировка заканчивается через неделю. Она сможет, она заставит себя не думать об этом. Ей плевать на его игры. Он пережиток. А от пережитков нужно избавляться. Сколько бы нервов и сил для этого не требовалось. Тен выключила телевизор и легла, закрыв глаза руками. Доносился шум из-за окон: в Америке все веселятся вне зависимости от времени суток. "Может, переехать сюда?" - проскочила мысль. Ну уж нет. Бежать она не будет. Просто ещё раз нужно убедить себя, что плевать. Это уже всё равно входит в привычку.