Кофе на двоих

Киора стащила ошалевшего Чоджи с дивана и, наспех бросив в него курткой, вынырнула вместе с ним из квартиры. Хината стояла на ватных ногах. Не держи её Наруто, она бы уже давно осела на пол. От него шло тепло, становилось жарко. Он, наверное, бежал по лестнице, сбившееся дыхание постепенно приходило в норму. Только сердце колотилось как сумасшедшее, кровь пульсировала в ушах, а Хьюга даже и понять не могла, её ли это сердце, или блондина, всё ещё крепко сжимающего её. На секундочку закрыть глаза и чуть глубже вдохнуть его запах. Но это слишком опасная дорога. Хината с титаническим усилием заставила себя не делать этого, больно укусив себя за губу. Наруто, почувствовав её замешательство, отстранился. Хьюга укусила себя сильнее для смелости, подняла на него взгляд и удивлённо застыла. - Наруто-кун, ты плачешь? - всё ещё охрипшим дрожащим голосом спросила она. Узумаки быстро вытер рукавом глаза и улыбнулся. - Я, извини, - он пытался что-то бормотать, пока Хината выдавливала из себя ободряющую улыбку, - там на улице немного ветрено, знаешь, простыл наверное. Ты какими здесь судьбами? Хьюга опять замерла. Что ему сказать? Почему-то слова, которые она репетировала так долго в своей голове никак не приходили сейчас на язык, и вообще всё было совсем не так, как она себе представляла. Да к черту, когда вообще что-то происходило так, как представляется в голове? Когда вот он, стоит так близко, а кровь в ушах шумит, заглушая бормотание телевизора и редкие визги проезжающих машин. И она сделала свой выбор. Потому что она ведь правда любит Гаару. Точно? Он столько сделал для неё. Конечно, точно. Нельзя в этом сомневаться. - А я, Наруто, знаешь, - как же трясётся голос. Хината отвернулась и медленно пошла к окну, продолжая очень быстро и неуверенно выжимать из себя объяснение. - Хотела вот в гости к Кио-тян зайти и пригласить, и к тебе, конечно, тоже, но я не знала, где тебя найти и вообще это конечно всё так неожиданно, я понимаю. Очень неожиданно тебя здесь увидеть, но я, знаешь, очень-очень рада, что именно так и получилось, у меня ведь, наверное, бы и смелости не хватило с тобой встретиться, понимаешь. Брюнетка уперлась в окно и прислонила к нему лоб, к которому уже пристала намокшая челка, и запнулась. Какой же бред она несёт, Ками-сама. "Соберись, ты же уже не мямля из старшей школы", - сказала себе Хьюга и прижалась сильнее к стеклу. Оно было прохладное и остужало её мысли. - У меня через неделю свадьба, - она развернулась и попыталась через силу улыбнуться, не смотря на него. - И я была бы очень рада, если бы ты на ней смог присутствовать! Пауза затягивалась. Хината всё не могла в себе найти сил, чтобы поднять на него глаз, потому что ей было страшно, что вот, сейчас, ком из горла вырвется и она просто разревётся, как обычно, как всегда. Но он молчал, выхода не было. Хьюга посмотрела на него. Наруто смотрел на неё в упор. Ни улыбки, ни грусти, ни радости, ни ярости. Только что-то, что она не сразу смогла прочитать, но от этого становилось страшно. Больно, нет. Стыдно. От его взгляда ей становилось стыдно за себя. - Зачем ты улыбаешься, Хината? - тихо пробормотал Узумаки. - Я же вижу, что это не по-настоящему. Хьюга вздрогнула. Она поняла, что было в его взгляде. И почему ей было так стыдно. Это разочарование. Он разочарован в ней. Она никогда раньше не ловила этого взгляда от него. Но слишком часто от отца. Слишком. И теперь уже не стыд волнами поднимался в ней. А злость, желание ответить что-то колкое, сделать больно. Она хотела было открыть рот, что-то сказать в ответ, но не успела. Наруто развернулся и яростным стремительным вихрем направился к двери. - Наруто! Я... Дверь захлопнулась, проглотив все её слова. В висках траурным маршем слышался топот Узумаки, сбегающего по лестнице. *** ТенТен, нервно бурча на неудобный чемодан, заталкивала его на ленту у стойки регистрации. Девушка, скучающая за ней, терпеливо ждала, чтобы нацепить бирку на находящуюся на грани выживания ручку и озвучить пассажирке номер гейта. Такахаши, наконец, справилась и со счастливой улыбкой забрала билет и паспорт. Времени ещё достаточно, ведь она приехала в аэропорт гораздо раньше, чем началась регистрация. Теперь всего 2 часа до вылета, 12 часов в воздухе и она сможет вдохнуть полной грудью. Журналистка выпрямилась и уже хотела бодро и гордо шагать к пункту досмотра, как вдруг совершенно неожиданно её сбило с ног что-то огромное, белое и ни на секунду не прекращающее хаотично двигаться. - Сэр, держите свою собаку под контролем! - разобрала Тен английскую речь. - Чёрт, ну что ты творишь, парень, отстань от девушки! - теперь уже, видимо, говорил хозяин, и пусть всё ещё на ненавистном ей английском, но интонации и тембр голоса показались Такахаши невероятно знакомыми, и, пытаясь снять с себя снежную гору, она лихорадочно шарила в памяти. Собака, больше напоминающая медведя, продолжала тыкаться ей в подбородок и лицо, облизывать и покрывать слюнями дружелюбия любимый пиджак журналистки, пока нерадивый хозяин тщетно пытался её оттянуть. - Акамару, мать твою, фу! - парень уцепился за ошейник и смог, наконец, позволить Тен вдохнуть, не рискуя подавиться шерстью. Хозяин в это время начал тараторить, - Мисс, простите, он очень испугался контроля и ненавидит летать, вот и носится как сумасшедший, если вы позволите, я немедленно с этим разберусь и угощу вас кофе или чем-нибудь... Одной рукой удерживая пса, а второй помогая Тен встать, парень всё продолжал что-то болтать, пока она отряхивалась и всё так же отчаянно копалась в памяти, пытаясь понять, чья интонация так сильно смогла привести её в смятение. Парень запнулся на несколько секунд и внезапно шатенка услышала родную японскую речь, от чего почти оцепенела и медленно, с недоверием подняла глаза. - ТенТен? ТенТен Такахаши, ты что смеёшься надо мной? Перед ней стоял статный парень в кожаной немного потрёпанной куртке, с довольной ухмылкой бессовестно рассматривающий её. Киба? - Киба? - неуверенно повторила свои мысли Тен. - Киба Инудзука? Названный рассмеялся и, забывая про ошейник Акамару, крепко сжал её, отчего Такахаши запищала, и приподнял. Пёс, на удивление, не стал тут же срываться, чтобы сбивать с ног остальных мирных пассажиров международного аэропорта "Лос-Анджелес", а спокойно сидел рядом, радостно виляя хвостом. Тен вырвалась из объятий старого знакомого и ещё раз посмотрела на него. - Киба, неужели это ты, мне не верится! Что ты здесь делаешь? Инудзука улыбнулся ещё шире и, совсем как раньше, закинул руки за голову, отставив локти в стороны. Журналистка смотрела на него и чувствовала, будто вернулась в Японию на 12 часов раньше, так от него веяло теплом и домом. Снова и снова пробегаясь неверящим взглядом по его лицу, Такахаши также с удивлением для себя обнаружила, что он стал невероятно привлекательным, и наверняка это знал, так как уже пару раз словил её взгляд на себе. - А я вот на фестивале был! Знаешь, музыкой больше заниматься не выходит, вот хоть так поддерживаю! - На фестивале? Weenie Roast? - Да, именно на нём! Подожди... Только не говори мне, что ты тоже? Тен рассмеялась и начала усердно кивать. - Очень жаль, что мы там не встретились! Думаю, моё времяпрепровождение здесь стало бы в миллион раз приятнее, - с небольшой ноткой сожаления ответила девушка. - Как вообще вы с Акамару, как жизнь проходит, чем ты занимаешься? - Думаю, нам всё же стоит присесть и поболтать, и явно кофе ты не отделаешься! Девушка радостно кивнула. Впервые в жизни она не пожалела, что приехала в аэропорт намного раньше. *** - - Ещё виски, - дно стакана настойчиво ударилось о барную стойку. Бармен, не задавая лишних вопросов, подошёл, ловким движением забрал стакан, достал новый и подлил ещё. Видавший виды, он встречал таких, как этот парень каждый день. Они теряли работу, или ссорились с девушкой. Чаще, конечно, из-за девушки. Этот тоже сидел поникший, в шляпе и чёрных очках, которые он не снимал даже в баре с приглушённым светом. "Может, его бросила любовница? Он приходил на свидания с ней всегда в таком виде, чтобы шифроваться от коллег, которых мог бы встретить, а тут она не пришла и парень решил, что его бросили?" - бармен любил придумывать такие истории про клиентов. Нужно же было как-то себя развлекать. - Я вас здесь раньше не видел, - других гостей за стойкой не было и бармен всё же решил завести разговор. Парень в шляпе молча подобрал стакан и потянул напиток. - Меня здесь раньше не было, - отрешённо ответил клиент после долгой паузы. - - У вас можно курить? Бармен снова профессиональным движением достал пепельницу и аккуратно приземлил рядом со стаканом. Парень снял наконец очки и пристально уставился на неё. За тенью от шляпы его глаза было всё равно довольно сложно разглядеть. - А сигареты у вас есть? - всё тем же отрешённым тоном обратился клиент. Бармен пошарил по карманам и достал открытую пачку. - Могу вас разве что угостить. Наруто аккуратно достал одну. Он никогда до этого не пробовал курить. Сигареты всегда вызывали дикое отвращение, поэтому когда Шикамару или Неджи затягивались при всех, Узумаки демонстративно уходил или даже прибегал к крайним мерам, как, например, выливание жидкостей на голову курильщика. Но если люди это делают, то какой-то смысл у этого должен быть? Бармен чиркнул зажигалкой и поднёс её к лицу гитариста. Наруто зажал фильтр между зубами и позволил огню лизнуть кончик сигареты, после чего неуверенно затянулся. В первые несколько секунд ничего не происходило, пока дым предательски не защекотал горло и он по-дилетантски не закашлялся. Бармен сочувственно и понимающе улыбнулся, но ничего не сказал, продолжив заниматься тем, чем положено заниматься всем барменам - протирать бокалы с философским и немного пафосным видом. Блондин продолжал затягиваться, глаза слезились. Но как-то же это должно работать. - Добрый вечер, могу ли я вам что-нибудь предложить? - вырвал его из размышлений голос бармена, обращённый к кому-то, бесцеремонно усевшемуся рядом. - Джин-тоник, - отозвался пришедший, который, оглядевшись, остановил своё внимание на Наруто, с силой и ненавистью вдавливающем окурок в пепельницу. - Думаю, мой друг, вы зря стараетесь предотвратить пожар, всё надёжно затушено. Узумаки поднял на него раздражённый взгляд. Это был мужчина, немного седеющий, лет сорока на вид, одетый как типичный японский офисный клерк. - А вы у нас стало быть пожарный? - глухо откликнулся новоявленный курильщик, опрокидывая остатки виски в себя. Мужчина посмеялся и протянул руку. - Я Мидзукоши. - Я в дерьме, - протягивая руку, осведомил его гитарист. Мидзукоши снова издал пару смешков и жестами попросил бармена обновить стакан Наруто. - Что же, очень приятно, "в дерьме"-сан. Что же привело вас сюда, если не секрет? - А вас? - Разбавляю одинокие холостяцкие будни. - Тогда мы квиты, - Узумаки поднял вновь наполненный сосуд и, чокнувшись со стоящим неподалёку стаканом нового знакомого, сделал глоток. - Разве стоит в таком молодом возрасте так переживать по этому поводу? Наруто промолчал. - Не иначе как убиваетесь из-за дамы, "в дерьме"-сан? - довольно потягивая напиток, поинтересовался мужчина. - Стоит ли оно того? Вы так молоды и столько девушек вокруг! - Мне не нужны другие, - блондин внезапно повысил голос и бросил яростный взгляд на своего угощателя. - Они не... - Не такие, как она, - ни грамма не испугавшись, продолжил мужчина. - Конечно, не такие. Все разные. И вы наверняка замечаете, как со временем становитесь другим. Но дело не всегда только в людях. Гораздо чаще всё зависит в критической степени от обстоятельств. Это не судьба, и не показатель усилий. Бывает, что люди делают всё, что могут, но обстоятельства складываются совершенно иначе - и ничего не зависит от нас. Наруто слушал и пытался понять смысл. - Мне плевать на обстоятельства, пока я ещё хоть что-то могу сделать! - сквозь зубы упрямо отвечал он. - Она делает ошибку, и даже не хочет мне объяснить зачем! - А вы уверены, что она должна вам что-то объяснять? - после паузы мягко заметил Мидзукоши. - Ведь что бы человек не решил, это только его жизнь. И только самому ему позволено решать, правильно что-то или нет. - Но, - Наруто осёкся и бессильно уставился в стакан. - Но что тогда делать мне? Мужчина улыбнулся и жестом пригласил Узумаки поднять напиток. - Учиться жить так, чтобы ваша жизнь не зависела от других. Ведь только вы её хозяин. Учитесь отпускать людей, если они решили отпустить вас. Только так. Иначе как вы планируете двигаться вперёд, постоянно оглядываясь назад? Гитарист молчал и думал. Он хотел вскочить, и доказывать, пока этот непонятный тип наконец не поймёт, как он не прав, но что-то останавливало его. Внутренний голос, который подсказывал, что Мидзукоши говорит правильные вещи. - И как, получается у вас двигаться вперёд? - наконец изрёк Узумаки. - Я бы продвинулся гораздо дальше, если бы смог отпустить раньше. Не повторяйте ошибок старого дурака, - таинственный Мидзукоши встал, расплатился за свой напиток и за заказанный для Наруто и повернулся к нему напоследок. - Живите сейчас, молодой человек. Довольно грустно, если вы через 20 лет окажетесь на моём месте. Узумаки допил свой виски и оставил деньги под стаканом. Стоило ему открыть дверь, как его лицо обдало ледяным ветром, мгновенно отрезвляющим, хоть и совсем ненамного. Но достаточно, чтобы прийти в себя. Наруто достал телефон и нашёл в нём номер Темари. - Чего тебе, Узумаки? - удивлённо спросила Сабаку но. - Прости за беспокойство, Тем, но не могла бы ты дать мне номер своего брата?