Новенький

POV СынРи Время не стоит на месте и усталость взяла своё. Почти сразу, после его возвращения, я заснул, а когда проснулся, его уже не было дома. Дэ, который как всегда по утрам хозяйничал в кухне, рассказал мне, что рано утром хёну позвонил его отец и зачем-то вызвал к себе. Ещё он сказал, что после этого звонка Джи Ён был невероятно зол и буквально вылетел из дома, хлопнув дверью настолько сильно, что картина, висевшая в прихожей, упала на пол. Я немного забеспокоился за него, ведь вчера он был так рад, когда вернулся домой. Что же могло его так разозлить? Решив долго на этом не зацикливаться, я стал помогать Дэ-хёну готовить завтрак, слушая вполуха его щебетание о том, что скоро закончатся экзамены и они с Онью будут свободны и вольны делать, что хотят. А точнее больше времени уделять мне. - Ты слушаешь меня, СынРи? - неожиданно громко спросил ДэСон, и я чуть не порезался от неожиданности. - Нет, прости, хён, я задумался, - виновато посмотрел я на старшего, который, судя по всему, звал меня уже не в первый раз. - Да ничего, - добродушно улыбнулся ДэСон, взял из моих рук нож и отложил его подальше. - Я просто хотел попросить тебя сходить в магазин сегодня. Я уже не успеваю, мне в универ бежать надо. - Конечно, хён, не вопрос, - согласился я. - Прекрасно! - заулыбался ещё ярче Дэ. - Ключи, список покупок и деньги я оставлю на тумбочке в прихожей. Побежал. - Удачи на экзаменах, хён! - Спасибо! - отозвался Дэ из прихожей. Я поел и поднялся к себе в комнату, чтобы собраться в магазин. СынХён и Тэ всё ещё спали, так что я старался быть как можно тише. Прихватив куртку Джи, которою я так ему и не вернул, я вышел из дома, попутно запихивая деньги с ключами в карман и пробегаясь глазами по списку. Ну и много же купить надо! Интересно, как я всё это дотащу до дома? Как только я вышел за калитку, на меня налетел какой-то человек и сбил с ног. Я не очень удачно приземлился на колени, и он принялся рассыпаться в извинениях, поднимая меня на ноги и отряхивая джинсы от пыли. - Простите, простите... День сегодня такой... Даже не знаю, как так получилось, - бормотал он. Голос мне показался знакомым, но я решил не обращать на это внимания. Раскланявшись со странным мужчиной, я пошёл в сторону магазина, но тут вдруг он меня окликнул. - Эй, эй! СынРи-а! Подожди! Я остановился, не имея представления откуда он знает моё имя. Повернувшись к мужчине, я, наконец-то, смог нормально его рассмотреть. Невысокого роста, лоб с высокими залысинами, помятая мешковатая одежда, явно не первой свежести и бутылка дорогого виски в руках. Приглядевшись я узнал в нём давнего приятеля-собутыльника матери. - Что вам нужно? - холодно спросил я, наблюдая за тем, как мужчина подходит ко мне слегка шатающейся походкой. - Ты чего такой... хмурый? - слегка запнувшись, спросил мужчина. - Как давно не виделись, да?.. А ты подрос... И он неуклюже попытался до меня дотронуться, но я отшатнулся, и он, захватив руками воздух, чуть ли не упал, но кое-как выровнял равновесие. - Что вам нужно? - повторил я вопрос, уже собираясь уходить. - Что нужно, что нужно... Может, я просто соскучился?.. - пробормотал мужчина и снова попытался до меня дотянуться, но вторая попытка тоже не возымела успеха. - Понятно, - я в который уже раз развернулся и сделал пару шагов в сторону, но мужчина неожиданно сильно ухватил меня за руку и повернул к себе лицом. Я попытался вырваться, но он не отпустил моей руки. - Отпустите меня! Я сейчас за... - Да не дрыгайся ты, дай сказать! - дыхнул он мне в лицо перегаром, и я поморщился. - Мать твоя больна, сильно. Ей ты нужен. Я нахмурился. - Почему я должен верить вам? - спросил я, не оставляя попыток высвободить руку из захвата мужчины. - А смысл мне врать? - криво ухмыльнулся он. - Дело твоё, конечно, верить - не верить... Только мы сейчас тут болтаем, а матери твоей хуже становится с каждой минутной. Я задумался. И действительно, ему-то какой прок мне врать? Он мог оказаться прав. Помедлив секунду, я кивнул сам себе. - Где она? - спросил я у в миг повеселевшего мужчины. - Так это, я щас и отведу тебя! - сказал он, и, не отпуская, повёл в неизвестном направлении, помахивая бутылкой в свободной руке.

***

- Ну чё, вот и дом этот, - сказал мой пьяный сопровождающий, когда мы остановились около какого-то барака в бедном районе. - Всё, отвёл я тебя, дальше сам как-нибудь. Вот этот подъезд, второй этаж, квартира десять. Привет от меня передавай! И он ушёл, прямо на ходу откупоривая бутылку и глотая содержимое из горлышка. - Спасибо, - пробормотал я и вошёл в указанный мужчиной подъезд. Пока я шёл по ветхой, чудом уцелевшей до наших дней старой грязной лестнице, я не мог думать ни о чём другом кроме того, что, возможно, скоро моя мама умрёт. Сейчас я даже не вспоминал о том, что она недавно выгнала меня из дома, я просто не мог поверить, что скоро её не станет. Я вышел в узкий грязный коридорчик, по обоим стенам которого шло бесконечное количество обшарпанных дверей. Переступив через гору какого-то тряпья, я прошёл немного вперёд и остановился перед дверью, на которой красовалась поблёкшая цифра десять. Сердце бешено стучало, и в ушах у меня стоял шум, я не мог побороть себя и открыть эту дверь и увидеть то, что за ней находится. Наконец собрав в кулак все силы и заставив себя успокоиться, я толкнул дверь, так как на месте ручки оказалась зияющая дыра. В комнате был полумрак и сильно пахло дешевым алкоголем. Я нахмурился. Сделав шаг, я задел что-то, и послышался оглушительный в царящей тишине звон разбивающегося стекла. Вдруг зажёгся яркий свет, и я от неожиданности прикрыл глаза, а когда снова открыл их, то не смог поверить увиденному. Я находился в маленькой тесной комнатке с облезшими обоями и одним маленьким грязным окошком, с потолка свисала лампочка без абажура. В комнатке не было ничего, кроме стола, полностью заставленного пустыми бутылками из-под алкоголя, от которых исходил отвратительный запах. Бутылки стояли даже на полу, и несколько из них я по неосторожности разбил. Но самым ужасным было не это. У противоположной стены, рядом с выключателем, стояла моя мать. За то время, что мы не виделись, она сильно исхудала, и будто бы постарела на десять лет. Она была одета в какой-то засаленный халат, волосы её были давно не мыты. Она держалась за стенку, чтобы не упасть, и смотрела на меня красными, воспалёнными глазами. Только не от болезни, а от количества выпитого. Я не понимал, что происходит. - Что, неужели блудный сыночек вернулся? - хрипло и как-то безумно засмеялась она, и от этого смеха у меня побежали мурашки по спине. - Ма - Мама?.. С тобой всё хорошо? - тихо спросил я, отступив на шаг назад. Мне стало вдруг противно смотреть на мать, вернее на то, что от неё осталось. - Со мной? - ещё громче рассмеялась мать. - А что со мной может случиться? - Мне... мне сказал твой друг, что ты болеешь, - я споткнулся об ещё одну бутылку, и она с громким звоном покатилась по полу. - Что ты там мелешь, щенок?! - вдруг взревела она, и лицо её исказилось от злобы. - Ненавижу! Только и можешь, что мямлить что-то у порога! Отродье, глаза б мои тебя не видели! Бросил меня тут одну и ещё смеешь спрашивать, как я себя чувствую?! Она медленно подходила ко мне, шипя проклятья сквозь зубы, а я смотрел на неё и не понимал, как когда-то мог любить это существо. Грязная, озлобленная, пьяная, она совсем не была похожа на ту, которую я так любил в далёком детстве. Мне казалось, что я не знаю эту женщину и не имею с ней ничего общего, но где-то в глубине души я всё ещё любил её и был готов простить ей её вечный эгоизм и даже эти грубые слова. Похоже она не слышала мою внутреннюю борьбу с самим собой, и схватив меня за руку, разрушила тот шанс, который я хотел ей дать, но никогда не имел возможности, разочаровываясь в ней снова и снова. Неожиданно, тонкая деревянная дверь затрещала под сильным натиском снаружи, и в итоге, не выдержав, сорвалась с петель, оглушительно громко упав на пол. Я развернулся, и, к своему удивлению, увидел в дверном проёме взволнованного и одновременно злого Джи, за спиной которого, маячил Тэ. - Джи? Что вы тут... - С тобой всё в порядке, Сын Ри? - перебил он меня, бегло осматривая на предмет внешних повреждений, но, ничего не найдя, с облегчением заправил выбившеюся прядь волос мне за ухо. - А! - воскликнула мать. - Ты теперь стал подстилкой для этого богатенького сосунка? Неплохо устроился! Я всегда знала, что из такой тряпки, как ты только пидарас и может вырасти, - она подошла практически вплотную к Джи, который не отводил от неё настороженного взгляда, ожидая от неё чего угодно. - Ну и как мой сыночек в постели? Отрабатывает деньги? Только сейчас я понял, что знаю эту женщину. В тот момент, когда хён растерялся и не нашёл что ответить, я знал этот злой блеск в глазах. Она ненавидела Джи, так же сильно, как и меня и собиралась излить на него свою ненависть, но я перехватил её руку. - Ты можешь говорить всё, что угодно, про меня, но не смей оскорблять человека, которого я люблю!!! - Ах ты!... - зашипела она и сделала новую попытку ударить, но уже меня. На этот раз я не только увернулся, но и отбросил её руку. - Мне противно смотреть на то, во что ты превратилась, мама. И... не доводи меня до греха! Я ещё никогда не поднимал руку на женщину, но, если ты продолжишь в том же духе, тебе же будет только хуже, - я схватил почему-то счастливого и хитро улыбающегося мне Джи за руку и потащил его к выходу. - Пойдём отсюда. Я не хочу больше здесь находиться. А потом развернулся, чтобы последний раз посмотреть на женщину, которая выбрала между мной и алкоголем, алкоголь. Я, желая как можно дольше её не видеть попросил у ребят денег и убедившись, что на пару месяцев хватит, швырнул их под ноги матери. - Постарайся выжить на них, мама. У тебя всегда хорошо получалось выживать... Я решил не продолжать фразу, развернувшись и быстро покинув квартиру. Тэ молча прошёл за нами, изредка поглядывая на меня, как будто хотел что-то спросить. - Что? - не выдержал я. - У тебя всегда получалось выживать, но... ты явно хотел сказать что-то ещё. - Но вместо этого надо было учиться жить... просто жить вместе.