Маленькая месть

От горячей воды, бьющей из самых недр, поднимался пар. Гостиница стояла на подземных источниках. Она была довольно известна как среди простых туристов, так и среди охотников, отдыхающих после изматывающих заданий. Так что не удивительно, что после эпизода с бывшим номером четыре из Призрачного отряда, Гон, Киллуа, Леорио и Курапика остановились здесь, решив провести еще пару дней вместе. Тем более, для некоторых из них горячие источники были в новинку. Но отдых друзей оказался, в некотором смысле, испорчен одной небезызвестной личностью. И с этим ничего нельзя было поделать: увязавшемуся за ними Хисоке никто не указ. Итак, время было довольно позднее, поэтому, как сообщали и нэн, и банальное зрение, в купальне никого не наблюдалось. Как и на всем этаже. Курапика облегченно вздохнул. Наконец-то можно расслабиться. Убедившись в своем одиночестве, Курапика принялся неторопливо избавляться от одежды: сперва на полку легла традиционная накидка клана Курута, за ней рубашка и брюки, затем эластичный бинт… Курапика едва заметно улыбнулся. Никто из его товарищей не понял бы, зачем он нужен. Они даже не догадываются… О многом они не догадываются, но у Курапики есть на то причины. Есть принципы, выверенные годами, - его собственные цепи. Ни на кого не полагаться, никому не доверять до конца и не подвергать опасности тех, кто дорог. Возводить вокруг себя стены, держать дистанцию. Курапика давно не может улыбаться так же широко и беззаботно как Гон. И, наверное, никогда уже не сможет. Это останется неизменным, пока цель не будет достигнута. И раз он последний из племени Курута – значит, вождь. Мужчина. Единственный наследник и мститель. Это правильно. Еще один секрет от друзей не сыграет роли. Курапика верит в это и будет упрямо молчать. Будет притворяться столько, сколько сумеет. Надолго ли его хватит? Ведь как ни носи мужскую одежду, тот факт, что Курапика Курута, вообще-то, девушка, может в самый неподходящий момент всплыть на поверхность. Достаточно лишь присмотреться немного внимательнее. Из этого следует, что бдительность терять нельзя. Да только она никогда раньше не была на горячих источниках! И вряд ли здесь ее будет подстерегать еще какая-то опасность. Она обязательно обнаружит постороннего задолго до того, как он войдет сюда. Так что время собраться будет. Конечно, это рискованно, но друзья, ринувшиеся к источникам сразу после заселения, выглядели потом уж очень довольными. А сейчас Гон, Киллуа и Леорио спят, утомившись после яростного боя подушками, который поставил на уши чуть ли не весь персонал гостиницы. Они не задаются вопросом, отчего это Курапике нужно идти купаться именно сейчас и именно без них. Схватив ванные принадлежности, девушка вышла из раздевалки в купальню. Она представляла собой террасу с душами и открытым бассейном с термальной водой, декорированном камнями. Все это было огорожено высоким забором. Гостиничный буклет сообщал, что сначала следовало принять душ, и только потом спускаться в горячий источник. Курапика медленно потянулась, радуясь свободе от одежды в целом и неудобных бинтов в частности, включила душ и, закрыв глаза, принялась мыть голову. Медленно и тщательно она втирала шампунь в пшеничного цвета волосы, наслаждаясь моментом. Шампунь пах корицей. Возможность отдохнуть от собственных секретов выпадала ей нечасто. Закончив с головой, она намылила мочалку, провела ею по худощавым и бледным рукам, по плечам и ключицам, по груди, небольшой размер которой был как нельзя кстати для маскировки (по крайней мере, она могла утешать себя этим), по плоскому животу… Когда горячая вода смывала белые ошметки пены, одиночество девушки оказалось нарушено. От ощущения чужого присутствия она дернулась так, будто коснулась оголенных проводов. Это было слишком внезапно. И слишком близко. Она же следила за купальней и коридором с помощью нэн! Но раз не почувствовала… кто-то использовал зецу? Или она просто слишком расслабилась? Нет, рассчитывать на второе слишком оптимистично. Но если кто-то шел сюда, скрывая свое присутствие, значит, вряд ли у него благие намеренья. Кто-то знал, что она будет здесь? Может, на нее хотели напасть, застав врасплох? Тогда, у них почти получилось. Все эти мысли в мгновение пронеслись в голове Курапики. Девушка стояла лицом к стене с душем так, что бассейн был слева, а выход в раздевалку - справа, в самом углу. И как раз там кто-то неподвижно стоял. Готовая дать отпор, Курапика резко повернулась. По инерции она сделала несколько шагов навстречу, чтобы сохранить равновесие на каменной плитке. Сначала наблюдатель показался ей незнакомым, обычным постояльцем, что любит ночные купания. И она даже подумала, что все обойдется. Но, приглядевшись повнимательнее, девушка с ужасом поняла, что это не так. Поняв, что его наконец заметили, подпиравший дверной проем Хисока лениво махнул рукой. И улыбнулся чувственно до жути. Курапика не узнала его сразу, потому что он был без привычной боевой раскраски и прически. Он мог бы сойти за вполне привлекательного мужчину, стройного и мускулистого без чрезмерности. А из одежды на нем было только полотенце, обернутое вокруг бедер. И на том спасибо. Но как долго уже он стоял вот так? Курапика не могла ответить. Вдруг девушка поняла, что, скорее всего, он просто позволил ей себя заметить. Видимо, ему стало скучно просто наблюдать. Ситуация не предвещала ничего хорошего. Даже не так. То, что ее секрет узнал этот фокусник-извращенец, было сравнимо с апокалипсисом! Хуже могла быть разве что эта же сцена с участием Призрачного отряда. И то не факт. Голова Курапики готова была взорваться от тщетных попыток придумать, что ей делать. Сражаться голыми руками? Она явно проигрывает в силе и росте. Использовать цепи? Можно… но очень маловероятно, что она способна убить Хисоку, который явно все понял. Пока она про себя набрасывала варианты, мужчина лениво окидывал ее взглядом с головы до ног. Взгляд был хищный, откровенно оценивающий. - Как я и думал, - неторопливо, с довольной интонацией произнес он. – Непло-охо… Когда до Курапики дошло, о чем это он, к страху резко примешалось смущение. Из ее головы совершенно вылетело то, в каком виде и перед кем именно она находится. Лицо ее запылало. Курапика попыталась кое-как прикрыться руками, но получалось не очень. Хисока насмешливо хмыкнул, мол, он уже все разглядел, и плавно, по-кошачьи сделал шаг навстречу. По спине Курапики пробежали мурашки. Так, надо собраться, и все-таки материализовать цепи, но… Непроизвольно она сделала шаг назад. Хисока подошел еще ближе. Теперь расстояние между ними не превышало вытянутой руки. Курапика снова отступила. И лопатками почувствовала стену. Хисока же вновь сократил дистанцию. Вдруг крепко схватив девушку за подбородок, он пристально посмотрел ей в глаза. А нэн никак не желал ей повиноваться. Причина была проста: недостаток концентрации. Прищуренные желтые глаза Хисоки заставляли ее чувствовать себя кроликом, загипнотизированным змеей. Беспомощной добычей. Хотя при иных условиях она была бы серьезным противником. Сражаясь, Курапика привыкла реагировать молниеносно: сказывался опыт и тренировки. Но к откровенному домогательству жизнь ее не готовила. А вот манга и любовные романы, что читала Неон Нострад, могли бы подсказать Курапике выход. Да только ее подобное чтиво никогда не интересовало. - О-хо…значит, глаза Курута становятся алыми не только от ярости… - Хисока сделал паузу, улыбка стала торжествующей, - но и от страха? Только тут Курапика поняла, что ее глаза действительно изменили цвет. А она даже не заметила этого. - Или, может, от возбуждения?.. - Хисока плотоядно облизнулся. – Как ты думаешь, а-а? Курапика ничего не ответила. Девушке нестерпимо хотелось врезать ему в челюсть, но она не могла пошевелиться. А выражение лица Хисоки говорило о том, что он сюда явно не сражаться с ней пришел. Все еще удерживая жертву за подбородок, другой рукой мужчина провел по ее волосам, неторопливо перебирая мокрые пряди, потом коснулся шеи, убирая клочок не смытой пены, дотронулся до плеча… Эти его легкие прикосновения настолько сбивали девушку с толку, что какое-то время она стояла, чуть ли не затаив дыхание. Стук сердца отдавался в ушах, становясь все громче и быстрее. А еще и глаза… Курапика старалась не думать, какая из двух предложенных Хисокой причин изменения их цвета была ближе к истине. Стараясь как-то отвлечь его и отвлечься самой, Курапика дрогнувшим голосом задала очень своеобразный вопрос: - Но… тебя ведь… парни интересуют? – это было лучшее, что пришло ей в голову. «Пожалуйста, пусть он просто издевается! - непонятно кому взмолилась она про себя. – Это же в его духе!» - Ну что ты, - Хисока притворился оскорбленным. – Выбирать – это значит, лишать себя половины удовольствия… Я всех люблю, особенно когда… Курапика не стала его слушать. Резко мотнув головой, она высвободилась от отвлекшегося на свои извращенные фантазии Хисоки и стремительно отскочила влево. Кажется, она не в том состоянии, чтобы призвать цепи, поэтому придется спасаться бегством. А там будь что будет. План был хорош в своей простоте, да только Курапика немного не рассчитала расстояние. В следующий миг вода брызнула во все стороны. Девушка рухнула в бассейн, с головой уйдя под воду. Да уж, сегодня явно был не ее день, в чем она еще раз убедилась, откашливаясь и не слишком умело плещась на середине бассейна. Горячая вода не слишком располагала к плаванью. Тут она почувствовала, что что-то невидимое тянет ее за плечо и шею и чуть не захлебнулась. Вдруг она поняла, в чем дело и что сопротивление ничего не даст. Хисока воспользовался своей силой, когда касался ее. И теперь, тоже спустившись в бассейн, он стоял недалеко от бортика и подтягивал ее к себе. Курапика не могла избавиться от его липкой ауры. В конечном итоге, рука мужчины крепко обвилась вокруг ее талии, а пальцы другой впились в ее шею сзади. Кажется, на этот раз вырваться не представлялось возможным. Картина была следующая: едва способная достать носками до дна Курапика, полностью обнаженная, была прижата к Хисоке, упираясь локтями ему в грудь и пытаясь отстраниться. Хисока, как всегда, улыбался. А Курапике хотелось просто умереть от смущения. Или, по крайней мере, завизжать, как обычная девчонка, на всю гостиницу. - Ку-ра-пи-ка, - вкрадчиво произнес он, - перестань убегать. Ты похожа на бабочку, застрявшую в паутине. Она может лишь напрасно трепетать крыльями, ожидая, пока ее съедят. Девушка вздрогнула при мысли о пауках и стала вырываться еще отчаяннее. - Кажется, я расстроил тебя? – с фальшивым участием заметил он. – Прости… но ты плохо себя вела. Я ведь тоже расстроился, когда ты помешала мне сразиться с Куроро… От услышанного Курапика даже перестала сопротивляться. Она раздумывала, что ответить на это, а Хисока вдруг притянул ее еще ближе к себе и властно впился губами в приоткрытый рот девушки. Она почувствовала, как их языки переплетаются. Странное, новое ощущение. Это и называют поцелуем? В этом Хисока был требовательным. Жадным. Искусным и искушенным. Курапике стало невыносимо жарко. Может, все дело в горячем источнике? Отчего-то подгибались колени. Поцелуй завершился. Оба жадно хватали влажный воздух. Чувственно облизнув губы, Хисока разжал объятья, отпуская жертву на волю, и Курапика чуть снова не окунулась с головой. В молчании, она кое-как выбралась из бассейна и, подобрав вещи, скрылась в раздевалке. Вдогонку раздались слова фокусника: - Не расстраивай меня больше, Курапика, - негромко предупредил он. – Будь… хорошим мальчиком. От приторности его тона девушку передернуло, но угроза, а это была именно она, была принята к сведенью. Даже если бы Хисока не обладал нэн, его было за что бояться. И держаться как можно дальше. Лишь одно в какой-то степени утешало. «Кажется, можно не волноваться, что он расскажет кому-нибудь», - поняла она. Торопливо одевшись и выйдя в коридор, Курапика осознала, что нижняя губа ноет. Провела по ней рукой – на пальцах осталась кровь. Что ж, это была небольшая цена за то, что Хисока все-таки оставил ее в покое. А что, если бы… Курапика поняла, что снова краснеет. Так не пойдет. Она сердито помотала головой, разбрызгивая капли с еще не успевших высохнуть волос. «Даже думать о таком не смей!» - приказала она себе. У нее много действительно важных дел, так что события этой ночи следует как можно скорее выкинуть из головы. Именно! Забыть все как страшный сон. А теперь надо составить правдоподобное объяснение для друзей, которые завтра обязательно спросят, где она поранила губу. С долей сожаления Хисока понял, что Курапика ушла. Вздохнул. Ему стало одиноко. Никто не оценил его усилий. А ведь остановиться всего лишь на поцелуе было очень и очень непросто. Он бы с удовольствием продолжил… но с недозрелыми плодами нужно обращаться бережно. Порой, они слишком хрупкие. Так что пока это останется просто маленькой местью. Всего лишь демонстрацией и ничем больше. «Я знаю, кто ты. А ты теперь знаешь, что я могу с тобой сделать». Он уже предвкушал, как будет вздрагивать Курапика при каждом его появлении.