Глупые шутки. Жестокие провокации

- Реджина... - прошептала Свон вслед хлопнувшей двери. Впервые Эмме захотелось не сбежать, а все исправить. Но как?!       Она бросилась вслед за женщиной, в надежде нагнать ее, что дальше делать и говорить она не знала. Для начала, просто нагнать. Выбежав из кафе, она огляделась и, заметив удаляющуюся фигуру, побежала следом: - Реджина!       Тень остановилась. - Реджина! - уже громче крикнула Свон.       Эмма подбежала к женщине и, обойдя, встала перед ней, готовая ко всему, замечая на щеках Злой Королевы слезы. - Что тебе ещё от меня нужно, Спасительница? - севшим голосом прошептала женщина, поднимая на Эмму взгляд. - Что?! - Я - дура, - Эмма поджала губы, всматриваясь в сверкающие карие глаза Королевы и решаясь не повторять ошибок собственной матери. - Я никогда не думаю о последствиях... Я свалилась тебе, как снег на голову: отняла у тебя Генри, проклятье, заставила тебя отказаться от магии, отняла у тебя мать.       Реджина вздрогнула, скрипнула зубами и снова пошла к своему дому, огибая Свон. Эмма пошла за ней, не отставая ни на шаг: - А теперь отняла у тебя и истинную любовь, надежду на счастливый конец. И я не знаю, что делать, но... Реджина! - Эмма схватила Королеву за рукав пальто, останавливая. - Я могу попросить прощения ещё раз и ещё...но тебе этого мало. А сама я считаю это бессмысленным. - Хех... Ну да... Мое счастье для тебя не... - Миллс обернулась и злобно посмотрела на Эмму, которая её тут же оборвала: - Именно потому, что имеет! Или ты стала настолько наивной, чтобы думать, что если ты казнишь Мэриан перед толпой народа, её муж не узнает, чьих это рук дело? Очнись, Реджина! Ты серьезно думаешь, что можно полюбить убийцу, своего врага?! И это после того, как моя мать поспособствовала смерти Даниэля? Ты простила её?! Лицом Королевы завладела гримаса ярости, и, схватив Свон за грудки, Королева прошипела: - Не смей! - Что? Не сметь, что? Говорить тебе правду? Ты единственная из этого долбанутого города, помешанного на истинной любви, чистом добре и абсолютном зле, рационально смотришь на вещи. Неужели ты не видела, что для него это всего лишь игра? Что я отняла у тебя, м? Очередное разбитое сердце и унижение? Или спасла от стрелы Робина? Что?! Да, я чёртова дочь Белоснежки! Да, я не обучалась манерам, потому что выросла на улице! Но я же не пытаюсь убить тебя за это! - Реджина истерично рассмеялась и отпустив ворот рубашки Эммы, оттолкнула блондинку от себя, покачивая головой. - Боже, Свон... Ты меня поражаешь... - Королева вздохнула, словно успокаиваясь, и пошла к своему дому. - Думала, конечно. Надеялась, что он не знает. И не узнает. - Наивно так думать...- Эмма пристроилась рядом с Королевой, настороженно косясь на неё и ожидая очередного приступа праведного гнева. - И без тебя знаю, - уже более миролюбиво огрызнулась Королева, - но у него татуировка льва... А Тинк нагадала мне истинную любовь с татуировкой льва на... - О боже, Реджина, ты серьёзно? - Эмма закатила глаза, вздыхая, - мало ли, что она нагадала, обязательно всему верить и следовать? - Ты не понимаешь...- Королева покачала головой, словно признавая непроходимую тупость Спасительницы. - Это ты не понимаешь! Ну, вот съезжу я в Бостон, чисто гипотетически! Предположим, зайду в тату салон и сделаю себе тату льва на руке. Вернусь в Сторибрук и что? Я стану твоей истинной любовью после этого? - Эмма попыталась вложить в голос как можно больше иронии, за что и получила злой взгляд от Миллс. - Не смешно. - А кто смеется, Реджина? - ухмыльнулась Свон и, оглянувшись, посмотрела на своего жука. – Я совершенно серьезно! Пойдем! Пора разбить дурацкие предубеждения! Эмма потянула Миллс за руку к машине, и та заупиралась. - Какого черта, Свон? Что ты опять задумала?! Твои безумные идеи всегда выходят боком мне! - Хочу доказать тебе, что нет этой идиотской истинной любви! Или ты боишься? Боишься, что я окажусь права, а?! - Миллс скривилась и сама пошла к машине шерифа.       Сев за руль и дождавшись, пока сядет Мэр, Эмма завела мотор и сорвалась с места, уезжая прочь из Сторибрука. *** - Ну и? Я так понимаю, ты решила сделать себе тату? - с издевкой спросила Реджина, апатично смотря в окно. - Если это поможет тебе не ненавидеть меня хотя бы за возвращение Мэрион, то да. Сделаю хоть на обеих руках и на заднице, если придется! - С чего вдруг тебе стало важно, как я к тебе отношусь, Свон? - Может потому что ты мать моего ребенка? Или может, потому что я завидую Генри, что у него такая мать? Что она у него вообще есть, а не выкинула на обочину дороги, в другом мире, надеясь, что ребенок её спасет через двадцать восемь лет одиночества и страданий? - Оу, смотрю не у одной меня есть зуб на Снежку... - с ехидной ухмылкой заключила Королева, откидываясь на сидение, - кстати, не понимаю, что ты хочешь доказать мне. Ты же сама - дитя истинной любви. И прекрасно знаешь об этом... - Ну, тогда, как только я себе сделаю тату, мы будем жить долго и счастливо! - съязвила Эмма, выезжая из города. - Даже не надейся, Свон. Я абсолютно гетеросексуальна, - усмехнулась Королева, прикрывая глаза. - К счастью для тебя, у меня был опыт с женщинами, - усмехнулась Эмма, - так что надежда умирает последней! Блондинка окончательно рассмеялась, ловя вопросительный взгляд Королевы. - Что? - Ты спала с женщинами?! – Мадам Мэр изумленно приподняла бровь, округлившимися глазами смотря на блондинку за рулем. - А ты думаешь, я прожила двадцать восемь лет под тёплым крылышком приёмных родителей, которые сдували с меня пылинки? - расплылась в ухмылке Эмма. – Ну да, спала. И что? - Ничего, - Миллс отвернулась к окну, задумчиво кусая губы. - И много у тебя было женщин? - Две или три. Не больше пяти - точно, - уже увереннее ответила Эмма, - да какая разница? Татуировка - чушь! Я просто докажу тебе, что истинной любви нет. А потом буду надеяться, что мы вернёмся к нашим пассивно-агрессивным родительским отношениям. Мне нравится, как ты воспитываешь Генри, хоть он и эгоист. Мне нравится, в каких условиях он живет, и пускай он слишком эгоистичен, понимать, как ему с тобой повезло, зато это понимаю я. - Ты мне льстишь, - заметила Реджина. - Вовсе нет, - хмыкнула Эмма, - вот, если бы я принялась расписывать твою доброту, щедрость и самопожертвование, вот тут - да. Я бы очень нагло льстила. Реджина рассмеялась вместе с Эммой, а потом прикрыла глаза и незаметно провалилась в сон. Она слишком устала быть постоянно начеку, а смех, пусть и злой, разрядил атмосферу неизбежности.

***

- Реджина! Миллс нахмурилась и приоткрыла глаза, чтобы испепелить Свон взглядом, но встретилась с радостными серыми глазами. - Ну, что опять? - буркнула Мэр. - Во! - Эмма оголила рукав, показывая предплечье, на котором красовался лев в полной боевой готовности: оскал, выпущенные когти, прижатые уши. - Ну как? Чувствуешь ко мне истинную любовь? - с сарказмом поинтересовалась блондинка. - Я чувствую, что ты - идиотка, Свон. И больше ничего, - усмехнулась Реджина, рассматривая тату. Эмма пожала плечами, села за руль и попыталась завести машину. Та, хрюкнув, заглохла и отказалась заводиться напрочь. - М-да, - поморщилась Эмма, стараясь не смотреть на Миллс, и достала сотовый, листая список контактов. - Знаешь, Свон, думается мне, что в Сторибруке все убиты горем. Особенно Снежка, - зевнула Реджина, рассматривая в окно высокие многоэтажные здания. - С чего вдруг? - Эмма набрала номер и приложила трубку к уху, слушая гудки. - Ты пропала. Я пропала. Машина пропала. Как думаешь, что они подумают? - Что нас достали сказки, и мы решили свалить от них подальше? - ухмылка. - И бросили Генри? - бровь Миллс удивленно поднялась вверх. - Бен, здорово! Долго не виделись, прости... Да, я знаю, что сочельник! Бен, у меня машина сломалась... - слушая кого-то на том конце провода, Эмма внимательно посмотрела на Реджину, - тату салон "Многоликий дракон" знаешь? Вот... Я такси возьму. Спасибо, - повесив трубку, Свон вздохнула. - Ты не обижайся, конечно, но меня раздражает отношение Генри к людям. К близким людям, - увидев в глазах Мэра злость, Свон поспешила объясниться, - он настолько привык ставить свое "Я" выше других, что совершенно не замечает ничего вокруг. Не замечает, что ты страдаешь, а если и замечает, считает, что так тебе и надо. Ставит ультиматумы. Шантажирует. Разве так любят? - Эмма хмуро покачала головой, - ну, живу я с ним сейчас, и знаешь что? Если что не так, вплоть до того, что "не хочу спать, буду играть!" в 2 часа ночи, то тут же начинается скандал, мол, он уйдет прямо сейчас к тебе. Снежка - в панике, Дэвид - тоже. А я... - Свон тяжело вздохнула, - я просто не могу банально выспаться. И я уверена, что у тебя он ведет себя аналогично. Миллс поджала губы. - Ты хочешь сказать, что это моя вина, что он такой? - Нет. Просто он слишком... Эгоистичен. Нельзя так. Надо любить то, что у тебя есть, а не использовать. А нас он именно использует. Меня так точно. С самого первого дня, - Свон набрала еще один номер и, дождавшись ответа, попросила такси, назвав адрес. - Может ты и права. Но он - мой сын, - тихо сказала Миллс, - ничего не могу поделать. - Мы можем. Когда вернемся. Надо просто разработать план, который поможет нам показать ему, насколько он не прав, относясь к нам так потребительски. - И как ты себе это представляешь? - хмыкнула Мэр. - Надо купить книжки по воспитанию ребенка в разведенной семье... - задумчиво протянула Эмма, смотря, как такси подъезжает к ним. - Пойдем. Такси приехало. - Вообще-то, мы не в разводе, Свон, чтобы... - но поняв, что Эмма ее демонстративно не слушает, замолчала. Они вышли из машины и пересели в такси. Эмма назвала свой бостонский адрес, и машина тронулась. - Зачем мы едем к тебе? - Как зачем? - с деланным изумлением спросила Эмма, - будем организовывать наш счастливый конец! - Ха-ха-ха, – холодно и по слогам сказала Миллс. - А что? Татуировка есть. Предначертание феи есть. Постель есть. Что тебе ещё надо? - оскалилась Эмма. - Любовь? - раздраженно. - Ой, только не говори, что ты любишь Робина, а? - Эмма сморщила нос. - Кстати о любви, ты бросила своего одноручку ради меня. Он будет в порядке? - ядовито подметила Миллс, завороженно смотря в окно, на неоновые вывески. - Вполне. Жил без секса столетия и ещё проживет столько же, - зевок. - Секс, секс... Ты совсем не веришь в любовь, Свон. - Ага, особенно в истинную, - Эмма пошарила в кармане и, достав мятые деньги, начала их расправлять. - У тебя под носом - пример в виде Снежки и Принца, а ты не веришь? - с усмешкой смотря за стараниями Свон по поиску денег, Реджина широким жестом достала из кармана две аккуратные десятки и положила Эмме в руку. - Спасибо, - кивок, - по мне, так это не любовь, а зацикленность вкупе с эгоцентризмом. Белоснежка всех милее, так? Королева поморщилась. - А Принц - прекрасный. Они лишь последовали своеобразному канону. Не может же прекрасный принц взять и влюбиться в Красную Шапку, например. Она его заведомо не будет достойна... Или в Румпеля? Реджина зло рассмеялась. - А Спаситель и Злая Королева могут?! - Ну, так я же ещё и принцесса! - широко улыбнулась Свон.       Таксист посмотрел на них в зеркало заднего вида, как на сумасшедших, покачал головой и остановился. - Приехали. Двадцать пять, - Эмма сунула ему деньги и, открыв дверь, вышла. Следом за ней вышла Миллс и, задрав голову, посмотрела на высокое здание, в котором, оказывается, была квартира Эммы. - Пошли, Миллс, купим что-нибудь поесть, - Спасительница отвернулась от здания и пошла в противоположную сторону. Реджина, спрятав руки в карманы пальто, побрела за ней к супермаркету.